Дочь кузнеца, или Секреты Средневековой стоматологии (СИ) - Ламар Ноэль

Увидев, что Шон атакует товарища, младший бандит кинулся на подмогу, вынув свой нож. Я опередила его. Конечно, средневековому разбойнику и не снилось, что такое каратэ. А вот я из своей прошлой жизни знала его приёмы не понаслышке. Будучи студенткой, успешно занималась в секции и одно время даже мечтала о спортивной карьере. Я была уверена, кидаясь к бандиту, что мозг помнит навыки из прошлого даже в моём нынешнем теле.

С яростным воплем я набросилась на противника. Он был явно поражён неожиданной атакой беззащитной девицы и в первую минуту растерялся. Но бандитские навыки взяли верх, и он набросился на меня.

Один из приёмов каратэ, который я, не раздумывая, решила использовать, назывался «эйдж уке». Я вспомнила основы блокировки, подняла руку вверх по крутой дуге, чтобы перехватить удар противника, и перенаправила его силу поверх головы.

Контратака блестяще удалась мне. Тощий бандит был отброшен в сторону. Затем молниеносно последовал классический приём "айкидо", который моим точным ударом лишил противника сознания.

Тем временем Шон продолжал яростную схватку на клинках, не уступая разбойнику в мастерстве владения оружием. Противники были настолько заняты битвой, что не обращали внимания ни на что вокруг. Этим я и воспользовалась. Со скатерти для пикника я схватила увесистую бутылку бургундского и, подкравшись сзади, что было сил грохнула ею по темечку бандита. Ноги его подкосились, и он тут же рухнул.

Шон, казалось, был шокирован не столько нападением, сколько его исходом. Стремглав бросился ко мне.

- Лира! Ты жива! Что я видел! Хрупкая девушка лишила сознания двух матёрых грабителей? Подобного не ожидал даже от тебя! Так моя невеста не только целитель, а настоящий воин! Поистине тебе следовало родиться мужчиной. Лишь прошу, не говори мне, что искусству нападения ты тоже обучилась у странствующих монахов.

- Нет, Шон, не скажу, - я невольно улыбнулась, несмотря на стресс. – Во мне ты найдёшь ещё много загадок. Если это тебя пугает в будущей супруге, скажи прямо, я верну тебе твоё слово.

- И не подумаю! – не дал мне толком договорить доктор. – Где я найду воина, целителя и возлюбленную в одном лице? Наверное, я сорвал самый лучший цветок из всех творений Господа в женском обличье! Но об этом потом! Пока они не очнулись, их надо связать и доставить городским властям!

Шон бросился к экипажу, порывшись, достал прочные верёвки, и стал связывать лежавших без сознания разбойников. Когда он с этим справился, мы вместе, не без усилий, разместили обмякшие тела внутри кареты и немедля тронулись в путь.

По прибытии в город жених первым делом отвёз меня домой, а сам отправился сдавать бандитов в руки стражей.

Так, с неожиданными приключениями, прошёл первый день наших любовных отношений. Войдя в дом, я первым делом кинулась в комнату отца, чтобы поведать ему о тех опасностях, которые мы пережили сегодня с Шоном. Но кузнеца не было дома. Как сообщил мне подмастерье, он ушёл в гости к своей старой знакомой Марте. Я невольно улыбнулась. В последнее время отец всё чаще стал наведываться в домик вдовы, и я понимала, что стоит ожидать серьёзных перемен и в его судьбе…

Глава 26

Интерлюдия

Вечереет. Оружейник Джон Лидс расположился в уютной комнатке подруги своей юности Марты. Всё чаще стал он забегать к ней на такие вечерние посиделки. Тянет его в общество вдовы, и ничего кузнец с этим поделать не может. Оно вроде уже и не к лицу мужчине солидного возраста, который схоронил жену да имеет дочь на выданье, ходить к одинокой женщине, но день, в который он не повидает Марту, уже кажется ему пропащим.

Кузнец неторопливо поцеживает из стаканчика горячее пиво с мёдом, которым заботливо угощает его подруга при каждом визите. Комнатка вдовы в доме судьи, где она служит экономкой - само воплощение уюта и спокойствия. Стены украшены изображениями святых, а пол устлан мягкими ковровыми дорожками. В центре - небольшой столик с изящным подсвечником, вокруг которого разместилась пара уютных кресел с высокими спинками. Окна выходят на увядающий осенний сад, где уже отцвели лилии и розы. В углу потрескивает небольшой камин.

- Вот, значится, как, Марта, - продолжает кузнец неторопливую беседу. - Уж совсем я горожанином стал. Что ж, грех жаловаться, доходы здесь не в пример деревенским. Авось и скоплю трудом праведным кубышку на старости лет, чтобы упокоиться достойно. Одна беда: хозяйки в доме нет. Был у меня ангел-хранитель, да улетел...

Марта скромно опускает глаза, отвечая Лидсу с видимым смущением:

- Что ж за беда! Не век одному вековать, Джонни. Глядишь, и второй раз Бог судьбу пошлёт. Мужик ты видный, да ремеслом не обижен, у всех в почёте. За чем же дело стало?

Кузнец вздыхает и смотрит в глаза старой приятельнице, тоже не без смущения.

- Милая Марта, знаю я, что могу осчастливить кое-кого… Ежели ей по душе придётся. Да вот загвоздка: дочь у меня ещё не просватана. А обзаводиться своей семьёй вдовцу, у которого дочь-девица - не пристало. И люди осудят, да и грех это. Отцовский долг исполнить надобно, а потом уж только и о себе подумать. Что ты будешь делать! Осьмнадцать лет уж минуло Лире, а до сих пор в девках сидит. Не сватался никто и в деревне, а уж в незнакомом краю, где нам жениха найти? Большого приданого за ней пока посулить не могу, а сама знаешь, свахи, коли к ним обратиться, прежде всего, выспрашивают, что у невесты за душой. Да и не в этом дело. Сама она парней сторонится. На гулянья не ходит. Всё болящих лечит. Дело-то оно богоугодное, сама святая Агата целителям покровительствует. Да как бы за житейскими хлопотами не остаться дочке в старых девах...

Марта отвечает нежной улыбкой.

- Судьба, значит, ей ещё не открылась. Не горюй, Джонни. Лира — девица добрая, семейство ваше почтенное. Глядишь, и пошлют вам достойного жениха небеса. Куда торопиться? Ежели какой женщине ты и впрямь по сердцу, то подождёт она долгожданного дня...

Тут вдова совсем смущается, краснеет, и, чтобы не выдать своего волнения, отворачивается, якобы возясь с посудой на столе.

- Что ж Марта, по душе мне твои слова. Ежели суждено будет дочку выдать, тогда и поговорим, как нам дальше своё житьё строить. Только знай, что такой, как ты, не видал я на свете этом, да и не встречу больше.

Кузнец встаёт со стула, кланяется совсем зардевшейся хозяйке и прощается.

- Засиделся я, пора. За угощение благодарствую.

- И впредь милости прошу, коли не скучно тебе у меня, - в свою очередь, прощается вдовушка.

***

Этим вечером отец вернулся из гостей припозднившись. Как всегда, пришёл в мою комнату, чтобы благословить на сон грядущий. Стараясь не пугать отца, опуская подробности, я рассказала ему о сегодняшнем происшествии. Всю заслугу поимки разбойников отдала доктору Портеру, ни словом не обмолвившись о своем активном участии. И сообщила, что Шон повёз сдавать преступников в руки властей.

- Ах, ты, батюшки, напасть какая! - перекрестился отец, выслушав мой рассказ. - Средь бела дня на мирных людей нападать! Куда же стражники смотрят, или они только работяг обдирать горазды, а как с дозором ездить по округе - так, небось, в таверну сворачивают. Спаси Господи мэтра Портера, что уберёг мою единственную ласточку! Непременно ему добром отплачу, лично в ноги поклонюсь!

Я лукаво улыбнулась.

- А ты, батюшка, всё у тётушки Марты гостишь? Неспроста к ней повадился, вижу… Отец, скажу честно, рада за тебя. Она достойная женщина. И ты ей мил, иначе разве привечала бы в своём доме? Так, может, вам пора пирком да за свадебку? Кузнец покраснел от моих слов, а потом горько вздохнул.

- Эх, дочка… Коли угодно было Всевышнему вдовцом меня сделать, так свой крест нёс я терпеливо долгие годы. Тебя растил и память матери твоей покойной, как на духу скажу, не осквернил ни разу блудом. А вот как встретить Марту довелось, так, думаю, может, на то Божья воля? Всё бы хорошо, да вот одно...Ты, Лира, не просватана по сей день. А как видовому отцу затевать новый брак, коли дочь ещё в девицах ходит? Сама понимаешь, не по-людски это. Видел я, как проводник-то наш, Арнольд, на тебя засматривался. Отцовским сердцем чуял: по душе ты ему. Ан не судьба вышла. Так и не посватался, упорхнул в дальние края...Эх, Лира, Лира...