Черная Жемчужина - Марго Арнелл

рисковала собой, чтобы помочь другим. Кем она была здесь? Девушкой, у которой умерла мама. Девушкой, которая еще год назад пряталась на страницах книг, потому что настоящая жизнь ей была не интересна, а теперь – раз за разом оставляла Креарк, чтобы отправиться в пустынные, дикие земли. То ли в поисках настоящего сокровища, то ли в поисках самой себя.

Но чего она по-настоящему достигла? Что полезного принесла в этот мир?

Ничего.

Но как это исправить? Что она могла сделать, чтобы изменить не только свою жизнь, но и чужие жизни, как это делала Денизе – ее второе «я»? Да, здесь у Кэйлы не было силы. Да, в этом мире не существовало чудовищ и духов... или же они скрывались от людей. Однако было другое – то, что куда страшней. Голод, нищета, насилие… безразличие.

Все это она прекрасно знала и раньше, так почему же не предпринимала ни единой попытки, чтобы хоть что-то изменить? Наверное, как и многие, думала, что в одиночку ничего исправить не сумеет. Или думала, что это невозможно – в ее-то возрасте. Но правда в том, что в свои семнадцать Денизе вовсю изучала колдовскую науку, а Джеральд или уже был паладином или усиленно готовился к этой роли.

Первый шаг на пути к переменам многим показался бы смехотворным и глупым, но он был ей необходим.

Кэйла пешком добралась до круглосуточного супермаркета. Оставив в руках сонного кассира несколько купюр, вернулась домой. Заперлась в ванной на час – поднявшаяся спозаранку Дарлин подергала ручку и, убедившись, что открывать Кэйла не собирается, отправилась восвояси. Ванных в доме было целых две, потому донимать ее вопросами, когда она наконец выйдет, сестра не стала.

Когда Кэйла спустилась на кухню, Дарлин орудовала ножом – напевая под нос незамысловатую мелодию, резала овощи для салата. Увидев Кэйлу, чуть не заехала ножом по пальцу. Замерла и медленно выпрямилась.

– Ого, – выдохнула она.

– Нравится?

– Ты… другая.

Дыхание перехватило, стоило вспомнить голос, что произнес похожие слова: «Ты стала другой». Джеральд… Даже в этом мире его образ преследовал Кэйлу.

Она провела рукой по волосам, ставшим иссиня-черными, и взялась помогать сестре. За завтраком царило напряженное молчание. Дарлин то и дело бросала на нее косые взгляды, в глазах так и читалось: «Что это на тебя нашло?». И даже если бы Кэйла решила все объяснить, чего она делать не собиралась, Дарлин все равно бы не поняла.

– Ты ведь не думаешь начать подводить глаза черным и наряжаться во все черное? – осторожно поинтересовалась сестра.

Кэйла рассмеялась.

– Не собираюсь. Готесса из меня так себе.

– Это хорошо, – как-то неуверенно сказала Дарлин.

Кэйла так и видела, как сестра говорит своим друзьям: «От этой дикарки всего можно ожидать». Она прекрасно знала, какой те ее считали – нелюдимой и странноватой девушкой, которая после смерти мамы еще больше замкнулась в себе, променяв жизнь в большом городе на путь вечной скиталицы. Вот только Кэйле давно уже все равно, что думали и говорили о ней другие. К косым взглядам привыкаешь, как и к шепоткам за спиной.

Как только Дарлин умчалась разучивать номер (ее танцевальная группа сейчас вовсю готовилась к выступлению на летнем фестивале), Кэйла устроилась с ноутбуком на кровати. Довольно скоро она нашла сайт клуба волонтеров, которые проводили благотворительные поездки в детские дома и центры помощи детям. Едва попадая по клавишам – все никак не могла унять нервную дрожь в руках, – подала заявку. И когда закрыла крышку ноутбука, вздохнула с улыбкой. И пониманием, что все сделала правильно.

Это только начало. Один крохотный, но важный шаг.

Кэйла едва дождалась вечера. Ее неудержимо тянуло в мир-сновидение, и дело было не только в грядущей встрече с Джеральдом. Сила белой колдуньи просыпалась в ней, и это чувство пьянило.

Пробуждение, правда, вышло не из приятных. Кости ломило, словно от жуткой простуды. Когда Кэйла резко поднялась, потемнело в глазах. Счастье, что с ней была сумка с колдовскими атрибутами. Она неуклюже приготовила свежее зелье исцеления, наверняка наделав целую кучу ошибок, однако от нескольких глотков и впрямь стало немного легче.

Джеральд долго наблюдал за ее мучениями и в конце концов не выдержал:

– Я же говорил, что фривольное обращение с магией крови чревато последствиями.

– Но мы же поймали азему!

Паладин неодобрительно покачал головой.

– Просто пообещай, что впредь будешь осторожнее.

Он искренне заботился о ней, и все же… Тот момент, когда Кэйла находилась в его объятиях, был особенным… Для нее – но не для него. Как бы она ни хотела, между ними ничего не изменилось, и это сбивало с толку. Во время путешествия Кэйла не раз ловила на себе его взгляд. А порой видела в нем что-то такое… нечто большее, чем обычная заинтересованность. Глубже, сильнее. Но что, если ей это только казалось? Ведь Джеральд не предпринимал никаких попыток сблизиться с ней.

Привал закончился, пора было отправляться в обратный путь до Венге. Джеральд помог Кэйле забраться на Сумрака, верного коня Денизе. Случайно скользнул рукой по обнаженному плечу, и кожа в этом месте запылала.

Сумрак и Леди бодрой рысью неслись вперед, и их бока почти соприкасались.

– Джеральд…

– Да? – Он чуть обернулся к ней.

– Я пытаюсь понять… Ты уже несколько лет находишься рядом со мной, сопровождаешь меня, куда бы я ни отправилась.

Джеральд чуть озадаченно нахмурился, явно не понимая, куда она клонит.

– Неужели ты не хотел бы пойти своей дорогой? Следовать своим собственным путем? – тщательно подбирая слова, спросила Кэйла.

– Ты хочешь, чтобы я оставил тебя?

Его голос был спокоен, но под слоем сдержанности она чувствовала обжигающий лед.

– Боже, нет, как ты мог такое подумать? – воскликнула Кэйла. – Я лишь хотела сказать… Ты посвятил всю свою жизнь тому, чтобы защищать меня. Но неужели ты никогда не мечтал об обычной жизни? Не хотел, чтобы тебя кто-то ждал дома?

– Моя судьба – бесконечная дорога, – глухо произнес Джеральд.

Взгляд его, подернутый задумчивой дымкой, был устремлен куда-то вдаль.

– Но…

– То, о чем ты говоришь – невозможно. Однажды я дал клятву – до конца своей жизни защищать дочерей Амерей. Я выбрал свой путь, когда стал паладином.

Кэйла удивленно вскинула брови.

– Выходит, все паладины обязаны защищать колдуний?

– Белых колдуний, – уточнил Джеральд. – Тех, по чьим венам течет сила Несущей Свет.