...Или будет? (СИ) - Ульяна Муратова

пара. Одутловатый лысеющий лей, кажется, из промышленников, и Ксендра, блистательная и разодетая в оплаченное мною платье. Меня она не заметила, а Асен накинул иллюзию, прежде чем я успел пикнуть.

— Хорошо, что уже поели, а то у меня бы кусок в горло не полез, — презрительно кинул я.

— Ты про кавалера? Зря, очень приятный и адекватный мужик, хотя внешность и подкачала. Однако, при его деньгах она не смущает ни его жену, ни трёх постоянный любовниц.

— Надо же, сколько темперамента, а так и не скажешь, — хмыкнул я.

— А ты не суди по лысине. Или ревнуешь? — поддел друг.

— Удивляюсь. Себе в первую очередь.

— Это хорошо, полезно подумать немного головой, а не тем, что в штанах, — оскалился Асен. — Ладно, пошли, чего тут ловить ещё?

— Даже не знаю, может, сейчас сюда войдёт Аня в компании казначея или короля. День полон сюрпризов, — забарабанил я пальцами по столу.

— Казначей отдаёт предпочтение леям с очень пышными формами. Очень пышными, — руками обрисовал дознаватель, а я улыбнулся.

— Тогда это точно не Аня.

Я расплатился, и мы направились на выход. Асенис жил в собственном доме в центральном районе. Всю улицу в своё время застроили жильём специально для дознавателей и их семей, она носила гордое название «Радужная» и имела неизменно отсутствующую преступность. Среди аларанцев даже ходила поговорка: чтоб тебе всю жизнь на Радужной воровать. Обычно здесь было так тихо и спокойно, что со всех окрестных улиц сюда отправляли детей гулять без присмотра.

Вот и сейчас ватага детворы гоняла по широкой мостовой несколько мячей, девочки рисовали мелками, а группа пожилых матрон оккупировала одну из многочисленных лавочек и что-то бурно обсуждала. Отсюда до моего участка было рукой подать, я брал землю как раз из расчёта на то, чтобы дети гуляли тут свободно. В теории, Радужная была проезжей улицей, и движение на аххитах тут не запрещено, но хотел бы я посмотреть на храбреца, который решится завести ящера в этот детский рай.

— Каждый день одно и то же! — беззлобно выругался друг, стирая платком меловые каракули с двери. — Безобразники! Впору охранного голема заводить.

— Затискают, разрисуют, заплетут косички и нарядят в панталончики. Тогда от своей двери ты их вообще не отвадишь.

— Я грозного голема заведу, — мечтательно протянул Асен.

— Грозный будет манить их мощнее всякого магнита. Лучше подари голема кому-нибудь другому. У тебя есть недоброжелатели среди коллег?

— Хм, недоброжелателей нет, но есть один выскочка…

— И где он живёт? — заинтересовался я.

— А вон там, через дорогу.

— Хорошее стратегическое расстояние, — прикинул я.

— Он тоже жаловался, что у него цветы раскапывают… И день рождения у него скоро. — А вы скиньтесь всем отделом, тогда он голема тем более не уберёт, постесняется. А ты тихонько предложи пару эргов тому из детей, кто сделает голема максимально похожим на твоего сослуживца…

— Безжалостный ты человек, а ведь тебе Юстас ничего плохого не сделал.

— А у меня настроение мстительно-отвратительное.

— Тогда придумай, как Ксендре жизнь подпортить.

— Как придумаю, ты узнаешь об этом первым.

Вскоре мы разошлись по комнатам, и я долго не мог уснуть, ворочаясь на незнакомой постели. Сон был тревожным и неглубоким, поэтому я даже обрадовался утру. К счастью, до кошмаров дело не дошло, поэтому я просто ждал Асена в пустой столовой. Взъерошенный и позёвывающий, он вскоре появился в дверном проёме.

— Блага, Алекс. Ты хоть чая завари. Там в тумбочке есть хлеб, варенье. В холодильном шкафу сыры и колбасы.

— И тебе блага, может, тебе ещё и на стол накрыть? — поднялся с места я.

— И накрой, должна же от тебя польза быть в хозяйстве. Такого бугая ещё поди прокорми.

— Кто бы говорил! Это ты с виду худой, а ешь за пятерых.

— Это у меня такая конституция, — довольно изрёк друг.

— Декларация! — передразнил я. — Иди одевайся, завтрак скоро будет.

Достав из ящиков всё, что показалось съедобным, я нарезал колбасу и сыр крупными ломтями. Попробовал включить плиту, чтобы сварить яиц, но так и не разобрался в этом агрегате.

— Всегда думал, что ничего сложного в этом нет, но, кажется, недооценивал интеллектуальный потенциал прислуги, — проворчал я, пытаясь зажечь огонь.

— Или существенно переоценил свой, — заржал Асен.

— Да? Тогда зажги плиту сам.

Минут пятнадцать спустя Асенис признал своё поражение и испёк четыре яйца в магическом огне. Конечно, применение боевой магии такого порядка в черте города было запрещено, но мы сочли происходящее чрезвычайными обстоятельствами. К тому же вряд ли кто-то станет искать нарушителей на улице Радужной.

— Как поступим сегодня?

— Разделимся. Я займусь делом и буду приносить пользу следствию, а ты будешь пролеживать бока на диване, пока другие делают всю грязную работу.

— Чужими руками жар загребать, а своими — деньги, — зевнул я.

— Пчёлам труд, а мёд мухи жрут, — беззлобно огрызнулся он и собрался на выход.

— Удачи!

— Свяжусь с тобой по мыслеречи, если будет что-то интересное.

— Договорились.

Глава 11. Протокол допроса зайтана Талия

Алексис

Собравшись, я тоже решил не тратить времени даром, а встретиться с некоторыми деловыми партнёрами и поставщиками. Если на привычном рабочем месте мне и могла угрожать опасность, но вот на таких встречах точно нет.

Направив несколько запросов управляющему, я всё-таки нашёл способ принести пользу делу, не появляясь ни в конторе, ни на производстве. Люди Асениса уже проверяли моё поместье, рабочие кабинеты, подчинённых и прислугу, и это позволяло надеяться, что в ближайшее время можно будет вернуться к привычному образу жизни.

«Блага, Алекс! Какие новости?» — раздался голос Тарниса у меня в голове.

«И тебе блага, Тарн. Можно считать, что была ещё одна попытка покушения, на этот раз на меня».

«Каскарр подери эту змеюку Ксендру. Уверен, что она причастна!» — разозлился друг.

«Судя по всему, так и есть. Она находилась в городской библиотеке в тот момент, когда оттуда по магической почте отправили указание отравить меня».

«Какая предусмотрительность, и не отследить ведь…»

«Асен говорит, что такого совпадения маловато для насильного ментального допроса, а просто так она вряд ли признается, но на разговор он её вызовет».

«А что если устроить очную ставку в присутствии дознавателя и хорошенько её разозлить? Можно, например, запустить слух о твоей смерти, а потом явиться ей на глаза. Хватит ли ей хладнокровия сдержаться?»

«Хорошая идея, мы её обсудим».

«Тогда удачи и держи меня в курсе!»

«Хорошего дня!» — закончил я разговор и задумался.

Помимо Ксендры, можно было бы допросить Сандара, он всегда в курсе дел сестры. Но выдержки у