Евгения Сушкова - О пользе второго имени, или... «Я поеду с вами!» (СИ)

Подобрав у костра фляжку с настоем велерики, Крисстиен сделал пару глотков, чувствуя, что ощущение терки в горле постепенно исчезает, да и общее самочувствие после тряски в телеге улучшилось. Среди эльфов соки и настои из этой ягоды очень ценились, так как велерика обладала заживляющими свойствами и использовалась тогда, когда не было возможности вылечиться магически. Крису сейчас это было крайне необходимо — общение с тамиловоными веревками ни для одного мага бесследно не проходит. Этот же настой он давал и Эллее утром, чтобы девушка лучше чувствовала себя после вчерашней скачки, но сейчас ему казалось, что сделал это зря. Помучилась бы с больными мышцами, может, не вела бы себя так… странно и не ползала по нему, вертя его голову то в одну, то в другую сторону. Обвинения, исследования, нотации… Не принцесса, а маленькое исчадие Подземного мира. Под стать Аррану, хотя тот и действует немного по-другому.

— Ночуем в землянке, — коротко бросил он подошедшей Эле, наклоняясь за сумкой и принимаясь складывать в нее разбросанные вещи. — На ночь глядя нет смысла скакать через лес непонятно куда. И хотя это несколько не то, что я планировал на ночлег, все же лучше, чем земля или, — эльф покосился на притихших разбойников, — клетка.

Младшая принцесса возмущенно засопела, увидев в руках эльфа одно из своих платьев, и выхватила скомканную одежду, прижав ее к себе как последнюю драгоценность.

— Собирайте то, что принадлежит вам! Со своими вещами я сама справлюсь!

Крис пожал плечами. Если ей так хочется — пожалуйста. Ссор и споров хотелось избежать и провести остаток ночи спокойно. Закончив со своей сумкой, кронпринц подхватил скатанное одеяло и направился к землянке. Бросив седельный мешок на массивный тяжелый стол, занимавший центр примитивного убежища бандитов, на тюфяки в углу швырнул одеяло. Резкость движений и сжатые губы выдавали его эмоции, но эльф твердо решил не давать им выхода. В конце концов, можно будет с утра сесть и поговорить с Элей, спокойно объяснив ей ту ситуацию, в которой они оказались несколько часов назад. Оставив на спинке одного из стульев куртку, Крис вышел из землянки, пропустив в нее кусающую губы Эллею. В том, что и принцесса не в духе, сомневаться не приходилось. Крис надеялся лишь на то, что уставшая девушка не захочет продолжать выяснение отношений, что на поляне она уже высказала большую часть накипевшего и что к его возвращению немного успокоится…

Не успокоилась. Скандалов подобного тому, что разгорелся в землянке в тот вечер, Крису еще никто никогда не устраивал. Маленькая… человечка обвинила его почти во всех грехах и неудачах своей жизни, запустив к концу тирады ему в голову первую попавшуюся под руки вещь. Глиняная чашка разбилась, врезавшись в стену позади эльфа, и Эллею это только сильнее разозлило. Для Криса это тоже стало последней каплей, в девушку полетели ответные обвинения в безрассудстве, идеализме и отсутствии инстинкта самосохранения. Одна гневная реплика тянула за собой следующую, брошенная тарелка — неконтролируемый всплеск магии, и как итог — они остались стоять посреди разрушенной землянки, потрепанные, измотанные, но уже немного успокоившиеся. Хмурые многозначительные взгляды и поджатые губы говорили скорее о том, что спорщики готовы к более-менее спокойной беседе, а не к продолжению военных действий.

— Вы все еще считаете, что я поступил неправильно? — поинтересовался Крис, снова раскручивая намотанную на ладонь тамилоновую веревку. На Элю он не смотрел, уделяя все внимание своему нехитрому занятию, но буквально почувствовал, как в тело впились иголки от обвиняющего взгляда младшей принцессы.

— В чем-то — да, — нехотя ответила девушка, не желая из упрямства признавать, что Крис действовал верно. Возможно, если бы у него были те знания, которыми обладала Эля, он бы поступил по-другому, и они не сидели бы, словно враги, по разным углам землянки в чаще незнакомого леса, но… Все крепки задним умом, как часто говорила шаэна Далия, комментируя поступки тех или иных королей. — Вы могли, по крайней мере, предупредить меня.

— Как? Отпихивая закрывающего мне рот идиота и крича вам, что беспокоиться не о чем, ибо таррлины ночью придут на выручку? Что сейчас нам лучше не сопротивляться, потому что в противном случае будет реально хуже?

— Хотя бы через Алистера! — обиженно воскликнула Эля. — Сказали бы ему, чтобы передал ваш с ним разговор мне. Знаете, сколько я всего передумала, пытаясь понять, почему вы приказали не вмешиваться?

— Эля, — устало отозвался Крис, не желая по новой заводить спор. — Я уже выслушал все, что пришло в вашу замечательную головку, и, главное — услышал, поверьте. А со своей охраной разбирайтесь сами. Я не знаю, почему Алистер не предупредил вас о том, что к полуночи они нас освободят.

— Ваши создания, — насупилась девушка, с ногами забираясь на тюфяк и обнимая колени руками. — Вы их сделали такими своевольными.

— Вообще-то они не могут обманывать хозяина, да и утаивать важные сведения от хозяев я им не поручал, когда создавал. На нем, скорее всего, отпечаток вашей личности. Ментальная связь такого плана подразумевает некоторый… хм… обмен привычками. Я не берусь утверждать, — быстро поднял руку вверх эльфийский кронпринц, предупреждая возмущенный возглас Эли, — что вы поступили бы так же, но и с вашей стороны будет лицемерием отрицать игривость и живость вашего характера. Таррлин всего лишь перенял эти черты и переделал на свой лад.

Эля, склонив голову на бок, задумчиво рассматривала его, пытаясь найти в глазах ответ на вопрос: сделал комплимент или обидел? Крис же не собирался делать ни того, ни другого. Ему просто хотелось побыстрее с этим разобраться. В конце концов, они уже начали слушать и слышать друг друга, возможно, тут и до взаимопонимания недалеко.

— Хорошо.

Крис вздернул брови, ожидая разъяснений. К чему относилось это «хорошо»? Но девушка лишь указала пальчиком на дверь, прося — или все же приказывая — эльфу удалиться, чтобы она могла переодеться и лечь спать. Конечно, переодеться в их ситуации — это громко сказано, но сменить рубашку и юбку Эллее все-таки необходимо.

За дверью Крис остановился, не желая отходить далеко от землянки, и поднял голову к небу. Еще позавчера ему казалось, что скоро он природу, вопреки натуре эльфа, возненавидит, но все же вид ночного леса и звездного неба успокаивал и давал возможность привести эмоции в порядок. Для землянки было расчищено небольшое пространство среди близко росших друг к другу деревьев, а потому они плотным кольцом обступили ее, уложив самые тяжелые ветки на хлипкую на вид крышу. В основном лиственные, всего несколько хвойных в отдалении, они причудливо срослись меж собой, переплетясь ветвями. Кусты в это царство гигантов не проникали, отдав такую возможность травам, и те с благодарностью воспользовавшись этим: всего в нескольких сантиметрах от узкой тропинки разрослись густым ковром, в котором то и дело мелькали приглушенные ночью пятна цветов. Некоторые особо ушлые и неприхотливые однолетки умудрились вскарабкаться на стены и крышу землянки, превращая творение человеческих рук в большой зеленый холм. Небо, безоблачно-чернильное, рассыпало миллионы звезд по темной ткани недостижимого купола, и каждая казалась маленьким пульсаром, сияющим за пределами мира. Край растущей луны был едва виден из-за деревьев, время же показываться второй еще не наступило, и ночные хищники, пользуясь этой заминкой, торопились найти себе жертву. При появлении второго светила сделать это будет труднее, и многие из них спрячутся утром в норы голодными… Крис прислушивался к звукам, доносившимся из чащи, и постепенно успокаивался. Он черпал магию леса, магию земли, и они охотно делились с ним ею, подбадривая и согревая. До него едва долетали звуки с поляны, и Крис чутко прислушивался к кряхтению и стонам связанных бандитов, которых Эля наотрез отказалась распутывать, к довольному порыкиванию таррлинов и фырканью лошадей, уткнувшихся мордами в кормушки.