Русалка по соседству - Х. П. Мэллори

холодных и далеких отношений, которые были у меня с моим отцом — мужчиной, который никогда не проявлял ко мне никакого интереса, кроме как для того, чтобы объединить нашу семью с гораздо более престижной семьей Эварда.

Мне кажется интересным, что я очень редко ловлю себя на мыслях о своих родителях, которые теперь оба мертвы. Возможно, потому, что они не оказали большого влияния на мою жизнь, как бы странно это ни звучало.

Сойер идет вперед, улыбаясь мне с того места, где я прислоняюсь к берегу озера.

— Хизер и Тейлор, это Ева… — начинает он, одаривая меня широкой и красивой улыбкой, от которой кажется, будто рой рыб деловито взбалтывает содержимое моего желудка.

— Ева — русалка, — поправляю я его, глядя на его маленькую девочку, Хизер, с широкой улыбкой.

— Ты действительно русалка? — спрашивает она.

Маленький мальчик, Тейлор, немедленно отвечает.

— Нет никаких русалок.

Я ничего не говорю, но понимающе улыбаюсь Сойеру, ныряя под воду, а затем взмахиваю хвостом, когда всплываю. Когда я смотрю на детей, их глаза широко раскрыты — так же широко, как и их рты.

— Боже мой! — говорит Хизер, переводя взгляд с меня на отца. — Она действительно русалка!

— Конечно, да, — отвечает Сойер, глядя на меня потрясенно. Конечно, он считает, что это фальшивый хвост, и я хотела бы, чтобы эта уловка продолжалась.

Я улыбаюсь. Оба ребенка одеты в купальные костюмы и, кажется, очень хотят залезть в воду.

— Заходите, — говорю я, жестом приглашая их пройти по мелководью, ведущему к озеру. — Тут не глубоко.

Они отпускают руки своего отца и идут ко мне, каждый из них немного застенчив. Тем временем Сойер стягивает свою футболку, обнажая скульптурный пресс, выступающие грудные мышцы и бицепсы, равных которым я никогда не видела. Я тут же сглатываю, понимая, что он хочет пойти с нами в озеро. Надеюсь, он не поймет, что… мой хвост настоящий.

— Я подумал, что ты могла бы провести урок для нас троих, — говорит он со смехом, подходя к детям и снова беря их за руки, побуждая идти вперед, в озеро.

— Конечно, — отвечаю я.

— Мы давно не купались в этом озере, — говорит Сойер, пока дети дрожат, когда вода обволакивает их лодыжки. Немного прохладно.

— Как только вы начнете двигаться, будет не так холодно, — обещаю я.

Они прижимаются к отцу и делают еще несколько нерешительных шагов вперед, пока он обнимает их. Его тело действительно потрясающее — такое же потрясающее, как и его лицо, и мне трудно оторвать от него взгляд.

Я вдруг задаюсь вопросом, каково это быть женой такого мужчины — такого, казалось бы, заботливого и любящего мужчины. Эта мысль немного сбивает меня с толку, и вдруг мне это не нравится. Я не знаю, почему.

Вместо этого я сосредотачиваюсь на том, как они втроем пробираются в середину озера, где я плаваю. Сойер может дотянуться до дна озера, а дети нет, и когда они это понимают, они цепляются за него еще крепче. Когда я смотрю их, у меня немного болит сердце. Впервые в жизни мне грустно из — за того, что я так и не смогла зачать собственных детей. Любовь между ними не похожа ни на что, что я когда — либо видела раньше, и мне вдруг захотелось узнать такую ​​любовь. Ощутить такую ​​любовь.

— Кто — нибудь из вас когда — нибудь раньше плавал? — спрашиваю я у детей, отгоняя бесплодные мысли, плывущие в моей голове. Они не принесут мне никакой пользы, так что бесполезно думать о них.

Они оба качают головами, и я ободряюще улыбаюсь им.

— Хорошо, все в порядке. Мы начнем с основ. Кто хочет первым?

— Я! — говорит Хизер, поднимая руку. Я улыбаюсь ей и беру ее за руку, жестом предлагая ей держаться за меня, пока мы плывем в более глубокую часть озера, чтобы я могла использовать свой хвост, чтобы держаться на плаву. Сложнее пытаться балансировать на кончиках хвоста на дне озера.

Хизер прижимается ко мне, а Сойер смотрит на нас с веселым выражением лица. Я смотрю на его маленькую девочку и широко улыбаюсь ей, поскольку она держится за меня изо всех сил.

— Я хочу, чтобы ты легла на спину, и мы научимся плавать, хорошо? Я буду держать тебя все время, так что тебе не нужно бояться.

— Хорошо, — кивает Хизер, и я восхищаюсь ее мужеством. Я уверена, что она немного напугана всем этим.

— Раздвинь руки и ноги, как маленькая морская звезда, — продолжаю я, полностью осознавая, что Сойер все еще смотрит на меня с улыбкой на губах. Я стараюсь уделить внимание своему уроку, но трудно, когда он стоит так близко, еще и полуголый.

— Хорошо, — говорит Хизер и делает, как я говорю.

— Тебе нужно привыкнуть покачиваться на воде. Это первый шаг. Я буду держать тебя все время, и когда тебе станет удобно, ты скажешь мне, хорошо?

Она кивает.

Она не выглядит испуганной, и мне становится легче. Я никогда раньше не учила кого — то плавать. В этом никогда не было необходимости, потому что на Корсике мы буквально рождаемся в океане и сразу можем плавать.

Хизер переворачивается на спину и качается в воде. Я просовываю руку ей под плечи, а другую под ноги, чтобы поддержать ее, позволяя ей привыкнуть к ощущению, что она должна держаться на плаву.

— Держу, — я делаю вдох и продолжаю уговаривать ее. — Ключ к плаванию в том, что сначала нужно расслабиться. Если обнаружишь, что немного нервничаешь, просто начни делать глубокие вдохи, пока тело не расслабится, хорошо?

Хизер кивает.

— Посмотри на небо и глубоко вдохни, представляя, как твое тело парит в облаках, — она смеется над этим. — Задержи дыхание на секунду или две и представь, что тело совершенно невесомо.

Я чувствую, как она постепенно расслабляется, пока привыкает к воде, делает глубокие вдохи, а затем задерживает дыхание.

— Медленно расслабь шею, плечи и голову в воде, будто лежишь в постели. И просто продолжай дышать. Глубокие вдохи и выдохи.

Еще