Истинная пара: третьим будешь? (СИ) - Гринь Ульяна Игоревна

— Почему «что хотела»? Я этого не хотела!

— Хотела! Я слышал! Ты произнесла эту фразу сразу после своего дурацкого заклинания с шипящими!

— Я не произносила… — пробормотала и опустила кочергу. Я слышала их, слова эти «Получи, что хотела». Слышала, но не говорила. Их сказал кто-то другой, у кого такой же голос, как у меня, и волосы, и внешность… Кто передал нашей семье проклятье, кто запретил пользоваться шамшамом без великой цели…

Аксинья! Сумасшедшая прабабка отправила нас с Валерой неизвестно куда! Но зачем? Зачем ей это?

Под шумок Валера приблизился, присел рядом и коснулся ладонью моей щеки:

— Ну, рыжая… Не рыдай! Выберемся мы отсюда! Я завтра на разведку сбегаю с утра… Ещё раз.

Рыдать я не собиралась. Но и отдаваться ему, хоть и по взаимной страсти, не могла. А вдруг я ещё успею на шабаш? А вдруг не Валера, а Ромео моя настоящая истинная пара? Хоть ничего в этом и не понимаю, размениваться на пустяки я не хочу! И вообще — всё это странно и непонятно! Мне нужно разобраться, почему Аксинья избавилась от меня, нужно найти способ вернуться поскорее домой, нужно на шабаш, нужно как-то всё упорядочить.

— Уйди, ради всех ваших кошачьих богов, — слабо попросила я, чувствуя, что ещё немного и я накинусь на него, изнасилую прямо на полу.

Валера вскочил, пробормотав что-то насчёт блинов, рывком выбрался из одежды, словно назло мелькнув перед глазами голой задницей. Я напряглась, готовая снова отбить атаку, но Валера в прыжке обернулся барсом и оказался за дверью. Дождь закончился, и я только пробурчала с обидой:

— Скатертью дорога!

А потом напялила на себя его толстовку и принялась подметать пол в избушке…

Вот и сейчас я сидела на крылечке, одетая в свою ночнушку из модного магазина и в мужскую спортивную кофту. Запах одеколона этого паршивца Валеры сводил меня с ума. Голова кружилась, то и дело перескакивая с заката и шабаша на картинку задницы, а потом на картинку «передницы». В очередной раз я совсем разозлилась и грохнула старой утятницей, в которой запекла кролика, о дерево крыльца:

— Да пошло оно всё! Я что, маньячка, что ли?

Свист одинокой птички был мне ответом. Ох, Юлька… По утрам тут, небось, как дома. В смысле, там, у мамы с папой… Птички поют, кузнечики стрекочут, ёлки шелестят лапами… Вот только петух не прокукарекает и собаки не залают. Интересно, есть ли тут белки?

Вишенка!

Я схватилась ладонью за шею. Кулон с рыжей кисточкой остался почивать на прикроватном столике! Мой фамильяр… Мы же сдохнем друг без друга!

Аж застонала от досады. Ведь знаю с детства правило: ни шагу без фамильяра! Ни на секунду нельзя было оставлять его, тем более Вишенка ещё совсем необученный! Что теперь делать? Что, блин, делать-то?

Так, спокойно. Выдыхаем, вдыхаем, медленно… Призыв фамильяра. Точно. Сосредоточиться надо, вспомнить. Что там было в заклинании? «Приди ко мне, прилети ко мне, спеши, не мельтеши»? Нет, по-другому как-то…

Я поднялась, спустилась босыми ногами на влажную траву, отошла немного от избушки и встала лицом к заходящему солнцу. Суббота, я была на шоппинге с Аллой, застала мужа с человеческой овцой в постели, вернулась домой с Рыжиком и поднялась к себе. Искала что-то про сущность в зеркале, которая потом оказалась Аксиньей. Нашла отворотное зелье… Я явственно видела страницу с зельем, написанную ещё детским почерком… Сколько лет мне тогда было? Пятнадцать? Четырнадцать? Я была влюблена в Миху, ведьмака из соседнего города… Хорошее было время. Все мы в этом возрасте считали, что любовь у нас самая крепкая, на всю жизнь, единственная, а если несчастная, то последняя, что больше никогда и никого…

— Лети на крыльях магии, по земле, по ветру и воде спеши ко мне, где бы я ни была, — тихо сказала я в воздух, представив маленького растерянного белка. Представив, что мои слова — это мыльный пузырь, подула, будто направляя его ввысь, и вздохнула. Хорошо бы, если бы подействовало. Конечно, Вишенка не обучен, так до конца не приручён, но он сообразительный, хоть и капризный. Найдёт. В виде белки ему будет трудно, надеюсь, догадается обернуться птицей, видел же Заразу в образе сокола…

Ветки задрожали, затрещали, словно дикий дверь ломился сквозь ели, и я сразу отскочила к избушке. Где моя кочерга? Или забаррикадироваться сразу?

Но на полянку перед домиком вышел, пошатываясь, серо-пятнистый барс. На морде его было написано всё страдание мира. Дотащившись до крыльца, Валера свалился на ступеньку и затих. Ахнув, я присела рядом, коснулась шерсти на шее. Живой! Лапы в кровь сбил… Бегал, небось, по кругу, искал жильё…

Шкура барса вдруг пошла рябью и медленно превратилась в кожу. Никогда не привыкну к этим оборотам! Но есть в них что-то… животное, брутальное, загадочное! И опять припёрло к горлу щекочущее чувство желания. Нет, не сейчас, шабаш! Надо Валеру затащить в избушку, что ли… Лапы промыть, то есть ладони с подошвами.

Правда, когда я попыталась осуществить задуманное, то столкнулась с некоторой проблемой. Ибо девяносто кэгэ тренированных мышц — это вам не печкин дым! Есть, конечно, заклинание для уменьшения веса объектов, но работает ли оно с живыми существами? А чего бы не попробовать…

— Пушинки весишь меньше, — я щёлкнула пальцами и снова попыталась поднять Валеру. К моему удивлению, а пуще того — к радости, получилось! Сгребла совершенно невесомого парня, как ребёнка, в объятья и внесла в домик.

— Ну, ты чего? — очнувшись, пробормотал Валера, очутившись на лежанке, а я ответила, стараясь не показывать, как мне хреново от возбуждения:

— Сейчас будем лапки промывать!

— Само заживёт, — он вяло глянул на свои ладони и откинул голову: — Прикинь, на пять километров по кругу ни людей, ни дорог, ни даже столбов электрических! Куда ты нас запихнула? В далёкое прошлое, что ли?

— Не пугай так! И не я, кстати, а Аксинья.

— Кто такая Аксинья?

— Кролика есть будешь?

— Не уходи от темы! — Валера схватил меня за руку и от толчка чуть не взлетел. Помогло то, что пушинка всё же весит больше воздуха. Со вздохом я сказала:

— Законная отмена не измена.

Валера сразу обмяк и вякнул:

— Что ты творишь, ведьма?!

— Валерочка, а как ты хотел, чтобы я тебя принесла сюда? — ласково спросила, подвигая ему утятницу с половиной зайца. Валера схватил ляжку и мгновенно обгрыз до кости:

— М-м-м, а ничего так получилось!

— Угу, я ещё и вышивать умею, — мрачно ответила я. — И на машинке тоже.

— Да ты что? — мне в тон протянул Валера. — Но лучше всего у тебя получается выводить оборотней!

— Я не нарочно.

Почувствовав внезапную усталость от этой войны фиг знает из-за чего, я улыбнулась — совершенно искренне. Валера тоже растянул губы в улыбке и спросил:

— Кто такая Аксинья?

Вот жеж! Не забыл. Не сбить его с пути…

— Аксинья — ведьма, — ответила я. — Гостья из прошлого. Моя прапра… сколько-то там раз бабушка.

— Ничего себе. И зачем ты её вызвала?

— Ну, как бы это тоже не нарочно! Я полагаю, что так сложились звёзды. И древнее, очень сильное заклинание помогло.

— Подожди… Разве предки не обязаны помогать? — нахмурился Валера. — Или я чего-то ещё не знаю о ведьмах?

Я пожала плечами. Наверное, я тоже не всё знаю. Но одно мне известно точно: ни одна ведьма не причинит вреда другой без очень весомого повода. Аксиньины слова всё ещё крутились в голове, и я всё ещё не понимала, к чему они. «Получи, что хотела». Разве я хотела быть засланной в жопу мира в компании Валеры? Нет! Совершенно точно нет. Я хотела на шабаш. А те мимолётные желания, которые возникали в моём теле при виде деверя… Это просто химическо-магические процессы.

Зачем Аксинья отослала меня туда не знаю куда?

Каким образом лишила «шамшама»?

А самое главное — что мне делать с оборотнем, который женат и брат моего мужа? Потому что сейчас он раздет и снова хочет меня. Это видно даже невооружённым взглядом. Вообще, даже если крепко зажмуриться, это всё равно будет видно. Из космоса будет видно…