Александр Арбеков - О, Путник!

Я вдруг почувствовал страшную усталость и апатию. Да, ночные бдения не проходят бесследно даже для Великого Бессмертного Императора. Я подошёл к столу, налил всем по полным рюмкам рома, так как Звизгун закончился, а потом задумчиво и проницательно посмотрел на ГЛАВУ.

— Скажите, сударь, кем я всё-таки являюсь, по вашему мнению?

— Начистоту, Сир?

— На полную и абсолютную чистоту!

— Вы, один из Ускоренных бойцов, Капитан Особого Отдельного Ударного Отряда Морской Пехоты Объединённых Воздушно-Космических Сил Земли, завладевший каким-то образом тремя мощными и загадочными артефактами неизвестного происхождения, благодаря которым стали практически непобедимым и неуязвимым. Вы провозгласили себя Императором Трёх Островов и с их помощью подчинили себе Острова. Вот, собственно, пока и всё!

— Прекрасно. Мне нравится ваша точка зрения, потому что она меня устраивает. Ну что, на посошок, господа? Пора отдохнуть. А потом снова в бой! У меня имеется ещё одна небольшая проблема, которую следует решить как можно скорее. Шкипер, я намерен в ближайшие дни разобраться с вашим доморощенным Орденом и на этом закончить все свои дела на Островах. За успех!

— Сир, но… — осторожно, протяжно, грустно и тревожно произнёс Альтаирянин.

— Что такое? Что это за «но»?! — насторожился и обеспокоился я. — Не нравится мне ваш тон. И, вообще, тостующего в приличном обществе не прерывают! За успех!

— За успех!!

— Сир… — снова, и на этот раз мрачно, сказал ГЛАВА.

— Ну, говорите, же, наконец!

— Ваше Величество, дело в том, что Вам не с кем разбираться.

— То есть!? — нервно произнёс я, обуреваемый самыми нехорошими предчувствиями.

— Сир, Цитадель Ордена Посвящённых пуста… В ней никого нет! Ни души! Тишина, холод и сумрак. Все, как будто, испарились в неизвестном направлении…

— Проклятие, тысяча чертей!!! — яростно взвился я. — У меня украли блестящую и окончательную победу! Под гром пушек и железный марш Имперской Гвардии я хотел посвятить её моим четырём любимым женщинам!

— Кто четвёртая, Сир?! — удивлённо и с тревогой спросил ПОЭТ.

— Имя последней из них — ГРУСТЬ! Кто посмел воспротивиться моим желаниям и нарушить победные планы!?

— Ваше Величество, как образно, тонко и поэтично Вы выразились по поводу четвёртой женщины! Сейчас же занесу эту метафору в анналы. Да не огорчайтесь Вы так! — забеспокоился ПОЭТ. — Сколько ещё побед предстоит Вам на Вашем славном пути к славе!?

— Спасибо, что утешили, мой верный друг, — я мрачно и ясно посмотрел на холодный рассвет и процитировал какого-то классика: «Нет ничего слаще успешного завершения долгих трудов». — Аналогично, нет ничего благостнее и желаннее блестящей победы в конце пути или в конце одного из его этапов! Запомните это, Барон! Жаль, очень жаль. Чувствую полную незавершённость, разочарование и, связанную с ними горечь… Спокойной ночи, господа! Всё-таки, последняя битва есть последняя битва! Я категорически не удовлетворён! Спокойной ночи…

ПРЕДИСЛОВИЕ КО ВТОРОЙ ЧАСТИ. (Десятая беседа с Богом)

Мы стояли около Ниагарского водопада и любовались им с восторгом и благоговением. Боже мой, какое грандиозное и завораживающее зрелище! Мощные потоки воды победно и дико низвергались вниз с огромной высоты, расслаивались, вихрились, сплетались, перемешивались и извивались, как клубок фантастических белых и чёрных змей. Они рождали миллионы мельчайших и крупных брызг, которые образовывали плотную дымчатую завесу над водой и вокруг неё.

— Красота! Великолепно! Неподражаемо! Неописуемо! — моим эпитетам не было конца.

— Ну, слава Богу! — довольно произнёс ОН, улыбаясь. — Хоть раз угодил!

— Ну, уж не так, чтобы всего один раз! — возмутился я. — Мне очень понравилась экскурсия на Великие Пирамиды, путешествие в Гималаи. А вот Марианская Впадина, Северный Полюс и Сахара воодушевили, конечно, не очень, но там тоже было довольно интересно. Чего стоила только одна битва с великим белым медведем! Я о ней до сих пор вспоминаю с содроганием и ужасом.

— Да, схватка удалась на славу! Она достойна быть воспетой в веках! — хищно улыбнулся БОГ — Как мы в этого монстра из луков пульнули? А как подсадили на копья и рогатины! А как я мощно вонзал в плоть чудовищного и злобного хищника мой славный богатырский меч!?

— А помнишь, как из тебя рекой лилась кровь, когда медведь подмял тебя под себя и начал беспощадно терзать!? — засмеялся я. — А как твоя оторванная рука с этим самым мечом утонула в полынье!? А как я убегал в торосы, когда после моего славного удара копьём хищник оставил тебя в покое и бросился на меня? Я бежал с такой скоростью, что мне бы позавидовал гепард, или, вернее, заяц! Это ты помнишь?

— Пустяки, — беспечно ответил БОГ. — Зато сколько адреналина получили, сколько эмоций! Надо бы нам как-нибудь поохотиться ещё на носорога и на льва, или на тигра, на бегемота, а может быть, даже на крокодилов или на анаконду.

— Нет, меня уволь! Во-первых, мне жалко несчастных животных, а во-вторых, мне жалко самого себя. Тебе-то что, как с гуся вода!

— Ладно, пока оставим эту тему. Полюбуемся водопадом…

— С удовольствием…

Мы некоторое время постояли молча, затаив дыхание, а потом ОН нравоучительно произнёс:

— А знаешь ли ты, что река Ниагара имеет длину 58 километров и разделяет Канаду и штат Нью-Йорк? Ниагара образует величественнейший водопад, который узким островом Гот разделяется на два рукава: восточный, или американский водопад, 370 метров ширины и 47 метров высоты, и западный, так называемый «водопад подковы» 578 метров ширины и 44 метра высоты. Как тебе мои знания?

— Потрясающе, я поражён и сражён! — я захлопал в ладоши. — Можно ещё раз, на бис?

— Фигляр! — ОН насупился и обиделся.

— Да, ладно, не дуйся, — я похлопал его по плечу. — А вообще, здесь, конечно очень неплохо и интересно, но ещё лучше было бы, если бы мы где-нибудь посидели, обсудили всё увиденное за парой-тройкой рюмочек какого-нибудь благородного напитка, а? Как тебе моё предложение, подкупающее своей необыкновенной новизной, свежестью и оригинальностью?

— Я не против. Сильные впечатления и ощущения значительно усиливаются от принятия определённых доз алкоголя. Это очевидный факт, от которого никуда не уйдёшь и не денешься.

— Ну и славно, — удовлетворённо произнёс я. — Теперь дело за малым. Где бы нам приземлиться, так сказать.

— Предлагаю отправиться на озеро Онтарио, оно расположено неподалёку. Там есть чудесные девственные места, поражающие своей тихой и первозданной красотой.