Александра Харви - Кровная месть

Я с трудом удержался от того, чтобы положить ладонь ей на плечо в попытке успокоить. Пожалуй, если бы я рискнул это сделать, она сломала бы мне руку. Черт меня побери, если от этого девчонка не стала нравиться мне еще больше. Я просто балдел от нее.

— Если они не хотели убивать Калу, то это может означать только одно: они намеревались отвлечь нас от чего-то.

— И выманить из королевских пещер на ту дорогу, где была устроена ловушка с хел-бларами.

— Мне не нравится, когда мной пытаются управлять, словно марионеткой,— злобно произнесла Изабо.

— Я этого и не думал,— сухо ответил я.

Изабо поднялась на ноги и спросила Калу:

— Ты уверена, что с тобой все в порядке?

— Да, я поправлюсь,— кивнула Кала.

— Тогда мне надо пойти подумать,— сказала Изабо вроде как самой себе, прежде чем уйти прочь.

Шарлеман, как всегда, тащился рядом с ней.

Магда хотела пойти за Изабо, но Кала ее остановила.

— Не надо, пусть идет,— сказала она, глядя при этом на меня.

— От вас воняет коровой,— проворчала Кала нам обоим.— Какого черта вы делали?

— Нас заманили в ловушку,— с горечью ответила Магда, яростно повернулась ко мне и повысила голос: — Его люди!

Все Гончие разом уставились на меня, оскалив зубы. Я очень остро почувствовал, что у меня всего два клыка, прищурился и посмотрел на Магду. Может, меня и учили с детства быть принципиально вежливым с девушками, но все равно мне ужасно хотелось дать ей пинка. Я уверен, что у Байрона и Шелли тоже возникало такое желание.

— Мы не подстраивали ту чертову ловушку,— огрызнулся я.— Зачем бы я сам туда потащился, если бы знал о ней?

— Тебя там и не должно было быть,— возразила Магда.— Это все сделали твои родные, ты мог и не знать.

— Дрейки не насылали на вас хел-бларов.— Я кипятился так, что у меня закололо в висках.— Мы приняли вас со всей возможной учтивостью. Именно на меня были направлены какие-то дерьмовые чары Гончих.

Мне показалось забавным то, как внезапно наступило глубокое, давящее молчание. От него будто иголки начали царапать по коже.

Кала резко оттолкнулась от постели, села и прислонилась к огромному камню, на котором были изображены тройные спирали.

— Что за чары, мальчик?

— Собачья лапа,— пояснил я, уже начиная испытывать нешуточные опасения.

У меня ведь не было времени как следует обдумать нападение хел-бларов, и мне стало казаться, что это была просто попытка запугать нас. Я совсем забыл, что все эти магические штучки действительно могут работать.

Вообще-то не слишком приятно было это осознать.

— Она у тебя с собой? — спросила Кала, глаза которой сверкали, как кусочки треснувшего льда в весеннем пруду.

— Нет.

— Значит, разрушить эти чары будет труднее, но все равно можно. Ты уверен, что они предназначались именно тебе?

— Изабо сказала, что на них стоит ее знак.

— Ты обвиняешь Изабо? — Магда бешено уставилась на меня.— Ясно теперь, чего стоит преданность королям! — выплюнула она.

— Я и не думал обвинять Изабо, не знал, что там стоит ее знак, пока она сама этого не сказала,— возразил я, но Магда уже замахнулась на меня кулаком.

У меня от удивления замедлилась реакция. Она врезала мне в ухо. Я покачнулся, развернулся вокруг себя, но не стал давать ей сдачи, потому что бить девушек, даже сумасшедших, неприлично.

Но я вынудил ее повести себя непристойно, был очень этому рад и заорал:

— Какого черта с тобой происходит?

— Изабо слишком хороша для тебя! — завизжала она в ответ. — А ты заберешь ее от нас, чтобы она жила в этом идиотском королевском доме!

Я был так ошарашен, что пропустил следующий удар, но почти не почувствовал его.

— Заберу к себе Изабо? — повторил я.— Она забыла сказать мне об этом.

— Так же как мне о том, что кости предсказали ей, будто она найдет свою пару в королевской семье!

Магда попыталась пнуть меня в коленную чашечку, но я успел ее оттолкнуть.

— Ты чокнутая.

Впрочем, не могу отрицать, что я был заинтригован. Мне понравилась мысль о том, что Изабо вроде как обещана мне, а я — ей. При этом я знал, что она слишком колюча и независима для того, чтобы полюбить меня по приказу своей шаманки.

Но все же...

— Можешь погадать на костях для меня? — спросил я Калу, уворачиваясь от пустого стакана, которым запустила в меня Магда.

Собака обнюхала осколки, тщетно надеясь на маленькую добычу.

— Иди-ка сюда, мальчик.

Кала тяжело, с хрипом рассмеялась и достала из кошеля, висевшего на ее поясе, пригоршню костей. Они выглядели как нечто среднее между каменными рунами и спиралями. Я совершенно не понял, что могли означать эти штучки.

Кала протянула их мне.

— Встряхни кости в ладонях, а потом брось между двумя кристаллами, которые я положу на землю.

— Кала, ты нездорова,— запротестовала Магда.— Все эти королевские страдания могут и подождать!

Шаманка лишь отмахнулась от нее и рявкнула на меня:

— Бросай!

Я почти машинально кинул кости. Резкий тон ее голоса ошеломил меня. Почему все те старые леди, которых мне доводилось знать, так чертовски пугают?

Кости подпрыгнули и рассыпались по пыльной земле.

Видно было, что для Калы они имеют какое-то значение. Другие Гончие подошли ближе, вытягивая шеи, чтобы получше видеть. Я услышал негромкие голоса. Кто-то задохнулся... Магда нахмурилась с таким видом, словно я только что пнул щенка.

Кала самодовольно кивнула.

— Теперь видишь? Смотрите все! Это тот самый юноша.

Но лично я абсолютно ничего не видел.

— Ты договоришься с собаками, — заверила меня Кала, как будто это что-то объясняло, тут же закашлялась, и на ее губах выступила кровь.

— Оставь ее в покое! — рявкнула на меня Магда, собрала с земли кости и повернулась ко мне спиной.

ГЛАВА 14

ЛОГАН

Я нашел Изабо снаружи. Она сидела на каменистом выступе, под звездами и кривой маленькой сосной. Я вскарабкался к ней, скользя на камнях. Слева от Изабо пристроился некий бегемот, необъятный ком шерсти.

— Что это, черт побери? — спросил я.

— Собака,— спокойно ответила Изабо.

— Вовсе нет. Это американский лось!

Она чуть заметно улыбнулась и пояснила:

— Это английский мастиф. Его зовут Бычий Глаз.

Пес поднял голову. Я видывал лошадей поменьше его.

— Бычий Глаз, потому что он отчасти бык? — поинтересовался я, осторожно опускаясь на корточки рядом с Изабо.

— Нет, он мирный, как маргаритка.

— Ты его так назвала в честь цветочка?

— Он очень милый и вежливый. Tres sympathetique[15],— сказала Изабо, ласково почесав пса за ухом.