Жена светлейшего князя - Лина Деева

Я перевернула страницу, но вместо того, чтобы смотреть в книгу, устремила взгляд в окно.

«Нет, это разумно. Пока я не могу вспомнить, пока мы в гостях — отставить выяснение отношений и вести себя как ни в чём не бывало. И мне так легче, пусть это и иллюзия».

Вздохнув, я опустила глаза на порыжелые строчки.

«А хочется, чтобы была правда».

Глупышка Кристин, печальным эхом отозвался голос Крис. Ты всё равно любишь его.

И не желая отвечать, я ещё ниже склонилась над книгой.

* * *

Сутки спустя я наконец почувствовала в себе уверенность, чтобы выехать за ворота замка. Бекки смирно трусила бок о бок с Геллертовым Босаном, а я, любуясь видами гор и полной грудью вдыхая запахи трав и нагретой земли, вспоминала слова Первой Девы о том, что большой мир не так уж и страшен.

— Вон в той стороне, — остановив коня на вершине пологого холма, Геллерт указал на темневший вдалеке лес, — находятся озеро с Безмолвным водопадом и Дом Тишины, где живёт госпожа Сильвия.

«Кто? Ах, сестра герцога Наварра! — запоздало вспомнила я. — Которая хочет со мной познакомиться».

А поездку в Дом Тишины советовал сенешаль Амальрик. Вот только я до сих пор не была уверена, нужно ли мне это.

— Дорога туда неприметная, но не трудная, — между тем продолжал Геллерт. — Можно легко добраться за полдня, даже если ехать в таком темпе.

Неосознанно я сжала поводья крепче — будто собираясь немедленно повернуть назад, если меня станут принуждать к поездке. Невнятно отозвалась:

— Я… всё-таки не уверена в своих силах. — И чтобы как-то смягчить ответ, добавила: — А госпожа Сильвия не может сама приехать в замок?

Геллерт отрицательно покачал головой.

— Смотрительница Дома Тишины вправе покидать берега озера лишь в самом крайнем случае. Таков обет.

— Понятно, — пусто отозвалась я. И желая сменить тему, махнула рукой в противоположную сторону: — А что там?

— Хутор старого Барка, — ответил Геллерт. — А может, уже и его сына — с той поры, как я тайком ездил туда из замка Верных, прошло немало лет.

— Тайком? — вопросительно посмотрела я на него и получила в ответ полуулыбку: — Я обязательно расскажу, но чуть позже. А пока, Кристин, давайте всё же вернёмся к разговору о Доме Тишины. Я твёрдо уверен — вам нужно увидеться с ней. Искусство Первой Девы несомненно, но кое в чём госпожа Сильвия её превосходит.

Несмотря на теплынь, мои руки покрылись гусиной кожей.

— И в чём же?

— В умении работать с тонкими материями.

Наши взгляды встретились, и я первой отвела глаза.

— Вы о той стене у меня в памяти?

— Да, — односложно подтвердил Геллерт.

Значит, там всё и впрямь нечисто.

— Хорошо. Я… я подумаю.

И в итоге почти наверняка соглашусь.

Глава 36

Снова была ночь, и снова хороводы мыслей мешали заснуть усталому телу. Не хочу ехать. Не могу отказаться. Вдруг получится убрать стену в памяти? Вдруг во мне раскроют самозванку? Меня не могут отвезти силой. Но отказ будет странным — я ведь должна хотеть вспомнить.

Как не ошибиться?

Как правильно?

Как?

И далеко за полночь в измученный разум пришло решение — спорное, половинчатое, но ничего лучшего я придумать не могла.

«Надо съездить. Посмотреть, познакомиться. Это ведь не означает согласия на всякие, э-э, манипуляции. Я всегда могу отказаться».

«Правда можешь?» — усмехнулся внутренний голос, но я не стала отвечать. В сотый, наверное, раз перевернулась с боку на бок, взбила подушку и велела себе спать.

Может, утром что-то более подходящее в голову придёт.

Увы, не пришло. Ни тем утром, ни следующим. А на третье Геллерт помог мне усесться на спину Бекки, сам вскочил в седло Босана, и мы выехали из замка в сторону Дома Тишины. Собираясь вернуться на следующий день, но мне отчего-то плохо в это верилось.

* * *

Росные пустоши, нежные рассветные краски, бодрящий запах свежести. Природа просыпалась с пением птиц, готовилась к новому радостному дню. И я схитрила — позволила себе погрузиться в настоящее. Улыбаться, пить красоту мира распахнутыми глазами и не думать о том, что ждало меня впереди.

Карабкавшееся к зениту солнце уже начало припекать, когда мы въехали под благословенную сень букового леса. Едва заметная тропинка вела вдоль серебристо журчавшего ручейка, и солнечные блики на его водах играли в пятнашки с весело плескавшимися маленькими рыбками. В зелёной листве над нашими головами звонко переговаривались невидимые пичуги, копыта лошадей мягко ступали по прошлогодней листве. Но вот древесные стволы расступились, и мы увидели тёмно-синее озеро в серо-зелёной оправе из елей и скал. Вдалеке, по левую руку стоял низкий и длинный дом — частично на земле, частично над озером на сваях. Зрелище не самое обычное, однако всё равно уступавшее тому, что открывалось по правую руку.

— Невероятно!

Теперь я поняла, почему водопад называли Безмолвным. Три белоснежных потока обрушивались вниз, поднимая общее облако мельчайших брызг — и всё это в полнейшем беззвучии.

— Но как?.. — поражённая до глубины души я остановила Бекки и повернулась к Геллерту.

— Милость Источника, — добродушно улыбнулся он. — Летописи утверждают, будто один из Наварров, дожив до полутора сотен лет, чрезвычайно утомился от мирской суеты. Недолго думая, он передал дела наследнику, а сам отправился искать спокойное место, где можно провести оставшиеся годы в тишине и одиночестве. Ему приглянулись берега этого озера, однако всё портил гул водопада. И тогда герцог обратился к Источнику, чьей милостью вода стала падать бесшумно.

— Вот оно как, — протянула я. — И здесь до сих пор уединяются от жизни пожилые герцоги?

— Нет, теперь это просто место, где можно отдохнуть и набраться сил перед серьёзными свершениями.

И сразу цвета летнего дня потеряли свою насыщенность — серьёзные свершения. Мы здесь не просто так, даже если я откажусь от всего, что выходит за границы гостевания.

— Едем? — мягко поторопил Геллерт, и я, кивнув, молча послала лошадь вперёд.

Когда мы приблизились, стало заметно, что очертаниями Дом Тишины напоминал меч. Его более длинная часть стояла на берегу, поперечная «гарда» шла точно по краю озера, а совсем короткая «рукоять» веранды находилась уже над водой. Конюшни рядом с домом не было — только крытая коновязь, где Геллерт привязал наших лошадей, пояснив:

— Ими займутся. А теперь идёмте — боюсь, нас уже заждались.

— Ничего страшного, светлейший князь. Ожидание желанного гостя подобно ожиданию вкусного обеда — лишь разогревает аппетит.

Мы одновременно развернулись на раздавшийся позади мелодичный женский голос и