Темная любовь - Эль Джаспер

Райн пожимает плечами.

— Пятьдесят или около того.

Впечатляет.

— Все люди?

Райн кивает.

— В этой компании есть несколько англичан. Они считаются?

Остальные парни из Несса хихикают.

Райн выдерживает мой взгляд.

— Многие совершают ту же ошибку, что и вы оба. Думают, что мы уличные бандиты. Это позволяет нам оставаться в тени.

— Откуда ты знаешь, где искать?

В зеленых глазах Райна вспыхивает огонек, который вызывает у меня симпатию.

— Мы просто выставляем себя напоказ, — признается он. — И мы всегда сбиваемся в стаи.

Я улыбаюсь в ответ.

— Как в каком-то сериале «Повелитель мух», посвященном охоте на вампиров, да?

— О, детка, — говорит Тейт. — Мы не ограничиваем себя только вампирами.

— Да, это было бы чертовски скучно, — заявляет Джерри.

Я поворачиваюсь и смотрю на Ноя.

«Нам может понадобиться их помощь. Мы сейчас ходим кругами, а Джейк и другие члены ВЦНЯ втянуты в волчью войну».

«Они люди, Райли. Без обид, но любой из них может быть убит в любой момент».

«Ной. Мы в меньшинстве и одиноки. Рейн и эти парни? Они бегают стаями. Ты берешь льва. Свирепого. Смертельного. Смертоносного. Но ты окружил его толпой разъяренных мужчин с копьями и ружьями? У льва нет ни единого шанса. Они нам нужны».

Мы смотрим друг на друга, я убеждаю, Ной принимает решение.

— О, вы двое, черт возьми, разговариваете друг с другом, не так ли? — спрашивает Тейт.

Я бросаю взгляд в его сторону и приподнимаю бровь.

— Магия, — говорит он тихо. Вскоре я понимаю, что Тейт — парень без комплексов.

«Ладно, Райли. Думаю, у нас нет выбора».

«Нет. И я доверяю им. Что бы ни случилось, я доверяю Райну. В детстве он прошел через многое. Это сделало его сильнее. Как меня».

Ной бросает на меня последний, долгий взгляд, затем поворачивается к Райну.

— Есть несколько вещей, которые тебе нужно знать. — Он наклоняет ко мне голову. — О ней.

Райн встречается со мной взглядом и кивает.

— Тогда будет лучше, если все мы узнаем об этом сразу. — Он улыбается. — Не знаю, как ты, но я терпеть не могу повторять. Можете остаться у нас. — Он смотрит на Пита и остальных. — Познакомиться с ребятами из Несса.

Ной бросает на меня быстрый взгляд, и я киваю. Довольно симпатичная компания парней. Да, они выглядят как панки, но если присмотреться повнимательнее, то можно подумать, что перед тобой модели из «Эберкромби» в капюшонах. И все же они сражаются с вампирами. Кто бы мог подумать?

— Давайте собираться, — говорю я.

Что мы и сделали. Пока Райн и остальные ждут, мы с Ноем собираем то немногое, что у нас есть, складываем оружие в сумки для снаряжения и очищаем холодильник. Конечно, неожиданный поворот событий. Я имею в виду, кто бы, черт возьми, мог подумать, что в Инвернессе заправляет банда человеческих парней? Райн — единственный, у кого есть хоть какие-то способности. Это поражает меня. Должно быть, они все крутые маленькие ублюдки.

Будучи добропорядочными жильцами, мы выносим мусор в мусорный бак на улицу, а ключи оставляем в ящике для мусора. Райн подходит ко мне у обочины.

— Твоя колесница ждет.

Я смотрю через его плечо на два припаркованных «Ровера» с работающими двигателями.

— Помочь с ними? — спрашивает он, кивая на две мои сумки.

Я снимаю с плеч ту, в которой держу одежду, и передаю ее ему.

— Спасибо.

Райн берет ее и идет к одному из «Роверов». Он открывает багажник и бросает ее внутрь. Ной стоит у другого «Ровера» и смотрит на меня.

— Увидимся там, — говорит он и забирается внутрь.

— Тогда, полагаю, ты поедешь со мной, — говорит Райн с озорной улыбкой. — Поехали. — Он быстро знакомит меня с водителем, Чессом, и мы выезжаем.

Я снова замечаю, что у шотландцев ужасный акцент. Я никогда не устану его слышать. Мы забираемся на заднее сиденье, и оба «Ровера» выезжают на Монтегю-роу.

— Куда мы направляемся? — спрашиваю я Райна.

— Брат моего отца, когда умер, оставил мне приличный банковский счет, — говорит он. — Я использовал его с умом, как он мне и советовал. Кое-что вложил, кое-что отложил и купил «Роверы», мотоцикл и старый отель на другом берегу реки. — Он пристально смотрит на меня. — Итак, расскажи мне о своем женихе. — Он притворно хмурится, его темные брови резко выделяются на фоне белоснежной кожи. — Ты уверена, что хочешь выйти замуж за кровососа? Или есть шанс, что тебе понравится человек помоложе, у которого «нет» стольких способностей?

Я качаю головой.

— Очевидно, чрезмерный флирт — одна из них. — Я смотрю в окно, пока мы пересекаем реку. — Я бы умерла, пытаясь спасти Эли из того гребаного ада, в котором он оказался, — говорю я, затем поворачиваюсь обратно к Райну. — Но я не уверена, что это произойдет.

Взгляд Райна смягчается.

— Я не хотел показаться неуважительным, — извиняется он. — Хотя я бы солгал, если бы сказал, что не стал бы этого делать, если бы не он.

Я ухмыляюсь.

— Я умею читать мысли, малыш. Ты можешь соврать, но я тебя поймаю.

Его глаза вспыхивают, затем он краем глаза замечает мое вытатуированное крыло.

— Ты заглянула в мое прошлое, — говорит он. — Расскажи мне о своем. — Он кивает на мои тату. — Я вижу, тебе нравится боди-арт. Должен признаться, мне нравится, как это на тебе смотрится.

Я не могу удержаться от смеха. Райн — это что-то вроде младшей версии Ноя.

— До… всего этого я проводила дни и много ночей в моем тату-салоне. По профессии я тату-мастер.

— Интересно. А этот драконий хвост, обвивающийся вокруг твоей руки, — говорит он, наклоняя голову, — куда он ведет?

Я улыбаюсь.

— На спину. Я немного известна своей работой в Штатах.

Райн одобрительно кивает.

— Что ж, тогда, как только устроимся, мы просто обменяемся рисунками тушью.

Пит, сидящий на переднем пассажирском сиденье, оборачивается и смотрит на меня.

— Тату-мастер, да? Значит, у тебя есть что-то еще, кроме дракона и крыльев?

Я улыбаюсь. Пит симпатичный, с выразительными голубыми глазами, жилистый, и шрамом на подбородке в том месте, где у многих детей они появляются после того, как они соскальзывают с турников на детской площадке.

— Еще немного.

Пит улыбается в ответ.

— Тогда у нас получится отличный обмен мнениями.

— Пит, вот цыпленок, которого можно раскрасить, — говорит Райн. — Боится иголок.

— Заткнись, черт возьми, — возражает Пит.

— Боится игл, но не прочь проткнуть кровососа лезвием в сердце, — добавляет Чесс. Чесс немного старше, ему, наверное, двадцать один год, но его манеры держаться как ни в чем не бывало противоречат озорному блеску карих глаз.