(не) Пара Его Величества. Связанные судьбой - Марина Ружанская

он произнес слово «брак» с едва уловимой паузой, — но и о твоих способностях… Повелитель воды.

Шэр не изменился в лице: все та же каменная маска. Он ожидал этого разговора с тех пор, как бывший наставник Роксаны перешагнул дверь таверны.

— Знаешь, я десять лет наблюдал, как она растет. Как учится своей магии. Делает ошибки и радуется первым, пусть маленьким, победам. Она хорошая девочка, добрая, умная, — Голос Фергуса стал мягче, в его глазах вспыхнуло что-то теплое, отцовское, быстро сменившиеся тревогой. — Может быть, слишком доверчивая… не глупая, о нет, но слишком верит людям. Она ранимая, Шэратан. Ей и без того досталось в этой жизни сполна. Изгнание, блокировка дара ее отцом, травма из-за отсутствия фамилиара… Я учил ее, помогал как мог... За эти годы Роксана стала мне как дочь…

Шэр мысленно хмыкнул. Он знал, к чему клонит друид. И это понимание было исключительно неприятным. Фергус тоже сделал паузу и его пальцы крепче сжали древко посоха.

— А ты… ты ведь давно все вспомнил. — Это было не вопросом, а твердым и неоспоримым утверждением. — Брачная магия Бельтайна не только сняла блок со способностей Роксаны, позволив ей обрести Брини. Она вернула и твою память.

— И?.. — Вырвалось у Шэра, его собственный голос прозвучал чужим и низким. Но отпираться он не стал, отрицать было бессмысленно и глупо.

— Скажи, как твое полное имя, атлант?

— Шэратан иль Моррен ванн Ринор, — нехотя произнес он.

Тишина повисла между ними, густая, звенящая. Гул из таверны, лай собаки где-то вдали — все это казалось призрачным, нереальным на фоне этого тихого, смертельно опасного признания. Шэр ощущал каждый удар своего сердца, каждую каплю влаги в воздухе вокруг.

— О, боги!.. «Первый» из Дома Рассекающих волн… Я… я все же надеялся на кого-то попроще, — пробормотал друид, прикладывая ладонь ко лбу, словно проверял не поднялась ли у него температура. — В таком случае… Прошу, разорви этот брак, Шэратан иль Моррен ванн Ринор.

— Что?

Ему показалось, что он ослышался, но Фергус не отвел взгляда, а в каждом слове друида звучали мольба и приказ одновременно.

— Прошу, сделай это, пока не стало слишком поздно. Она влюбляется в тебя, я это вижу. Вижу, как она на тебя смотрит. Понимаешь?! Она влюбляется. И я не хочу видеть, как… как после ей будет больно. Освободи ее сейчас. Пока она еще не отдала тебе всего.

Между ними повисло напряженное молчание, наэлектризованное невысказанными угрозами и гневом. Где-то вдалеке снова залаяла собака, а из распахнутой двери таверны донесся заливистый, оглушительный смех Годраша.

— Какое… «интересное» предложение, — наконец произнес Шэр. Его голос был слишком спокоен, но в нем звенел лед, способный перерезать горло. — Не боишься, что за него я оторву тебе голову прямо здесь, друид?

Он наклонился чуть ближе, его синие глаза, потемневшие до цвета океанской бездны в час шторма, впились в Фергуса.

— И каким образом ты мне предлагаешь это сделать, а? Разорвать магическое венчание в ночь Бельтайна, могут лишь боги или смерть. Ты предлагаешь мне убить ее? Или себя?

— Что ж, к тебе вернулась не только память, но и все остальные качества… присущие власть предержащим: высокомерие, любовь к приказам и угрозам, умение говорить полуправду. — До этого друид говорил тихо, но сейчас его голос повысился, зазвенел от ярости. — Думаешь, я не знаю, что в наследниках трона Атлантиды течет чистая божественная кровь?!

— Неужели?..

— Король Атлантиды, основатель Дома Рассекающих волн, Атлант — сын Посейдона и Клейто, которую все почему-то считают обычной смертной, забывая о том, что ее отец Эвенор — сын богини Геи, матери всех богов. Даже бог морей не рискнул взять Клейто в жены при жизни ее отца Эвенора. Она родила десять мальчиков, каждый из которых основал один из Великих Домов Атлантиды. Но твой предок был первенцем, поэтому корона и власть только у Дома Рассекающих волн. Вы — полубоги. И вашу кровь невозможно разбавить, даже если вы женитесь на пастушке.

— Ты хорошо знаешь историю, бывший наставник… — задумчиво подтвердил атлант.

— Именно так, — согласился Фергус. — Так что мы с тобой оба отлично понимаем, что именно ты — можешь это сделать! Сила твоей крови, твоего титула… способна расторгнуть брак, как только ты этого пожелаешь! Прошу тебя: освободи ее. Дай ей развод.

— Нет. — Слово прозвучало как выстрел, сухое, резкое, окончательное. Вода в ближайшей луже вздыбилась мелкими, острыми гребешками. — Я решил, что оставлю ее при себе.

— И кем ты ее оставишь?! — рявкнул Фергус. — Любовницей в твоем гареме? Потешной игрушкой для наследника престола, спрятанной от глаз твоих будущих благородных невест?

Гнев, холодный и всепоглощающий, накатил на Шэратана волной. Сейчас он видел перед собой не наставника Роксаны, а препятствие. Препятствие на пути к тому, что он уже считал своим.

Его рука резко толкнула друида вперед. В следующее мгновение он втолкнул его спиной в грубую, влажную стену таверны. Удар глухо отозвался в ночи.

— Законной женой, — отрезал Шэр, его лицо было каменной маской в скупом свете из окна таверны, взгляд — ледяной бритвой.

Фергус, прижатый к стене, задышал чаще, но в его глазах не было страха, только жгучее презрение.

— Тебе не позволят другие Высшие Дома! — Фергус попытался вырваться, но железная хватка атланта была неумолима. — Они никогда не примут римлянку, да еще друидку, в качестве королевы Атлантиды! Это безумие!

— Пусть попробуют мне помешать, — голос Шэра зазвенел угрозой.

— А если попробуют? Что тогда ты будешь делать? Ты — первый среди равных, но сейчас твое положение слишком шаткое. Иначе ты бы не оказался… здесь. Прошу, отпусти ее. Дай ей шанс на обычное счастье.

— Я сказал — нет! А с недовольными чем или кем бы то ни было, я разберусь. С любым, кто встанет у меня на пути.

Он впился взглядом в Фергуса, передавая всю тяжесть этой угрозы. Воздух трещал от сдерживаемой власти воды, готовой вскипеть или превратиться в ледяные кинжалы.

Фергус замолк. Он смотрел в эти бездонные синие глаза, читая в них холодную, расчетливую решимость правителя, привыкшего брать то, что он считает своим.

— Что ж… Я услышал тебя, Повелитель воды. — выдохнул Фергус, и его голос звучал устало. Он произнес титул без тени почтения, скорее как констатацию факта и напоминание об ответственности. — Но запомни мои слова, Шэратан иль Моррен ванн Риннор. Если ты ее обидишь… Если ты причинишь ей боль или предашь доверие… ты пожалеешь об этом. Клянусь Землей, Небом и Всеми Духами Эрина.

Шэр хмыкнул и убрал руку, отпуская Фергуса на свободу.

— Я тоже могу дать