Девичник в космосе (СИ) - Серебрянская Виктория

Оруэл, приветствуя меня, скупо улыбнулся. Шрам прищурил сиреневые, разом потемневшие глаза и медленно выпрямился:

— Оля? Что случилось?

Шрам с явным недоумением разглядывал меня и моего сопровождающего. Но Тихана это не смущало. Он стоял с видом мебели и ждал, пока я отчитаюсь. Мол, мое дело маленькое. И в принципе, это было правильно, ведь с Жиаром разговаривала я.

Я нервно облизнула губы, не понимая сама, почему так нервничаю:

— Шрам, я ходила к пленнику, брала у него кровь. И он, скажем так, слегка разоткровенничался. Бахвалился, что Стейн его обязательно найдет, догонит нас и даже щепок от этого корыта не оставит. Если что, то последнее — дословная цитата.

— Заморится он нашу красотку разбирать на щепки, — с ядовитым сарказмом процедил Майлеорн. И снова уткнулся в карту.

— Помолчи! — коротко осадил его Шрам, даже не оглянувшись. И попросил меня: — Оля, расскажи подробнее!

Шрам отошел от компаньонов и карты, спроецированной на горизонтальную поверхность, и подошел ко мне. Ободряюще заглянул в глаза, взял за локоть, увлекая к группе кресел-коконов перед центральным дисплеем, и усадил в одно из них, мимолетно погладив по плечу. Это простое внимание, обыкновенная забота помогли мне собраться с мыслями и пересказать весь разговор с Жиаром. Шрам, присев в соседнее кресло, задумался.

— Любопытно… — протянул он как бы про себя спустя какое-то время, в течение которого Майлеорн и Оруэл продолжали какие-то манипуляции с картой. — Похоже, мы что-то упускаем. Вовремя, Оля, ты сходила к этому уроду. Вот что, — Шрам звонко хлопнул ладонью по пластиковой поверхности панели управления, — Оруэл, возьми Тихана и еще кого-нибудь посообразительнее, и обыщите этого ублюдка, что сидит у нас в каюте. Надо будет: засуньте ему в жопу щуп с видеокамерой, но мы должны точно знать, есть на нем или в нем что-то, или нет. И вот еще что: перетряхните все, что было при нем. Надо разобраться, что такого ценного у него могло быть при себе, что он ждет, когда его приятель примчится его выручать.

Оруэл с готовностью шагнул к выходу, но его остановил Тихан:

— Погоди. Шрам, — обратился громадный игумар к командиру, — может, нам стоит взять с собой Ольгу? — Шрам сразу же нахмурился и отрицательно качнул головой. Однако Тихана это не смутило: — Ольга не такая уж и неженка, как может показаться. Зато она лучше нас знает этого типа, и, возможно, по его реакции сможет о чем-то догадаться и подсказать нам.

Я неопределенно пожала плечами в ответ. Присутствовать на обыске мне не хотелось. Но в чем-то Тихан был прав, его аргумент казался весомым и убедительным, так что я приняла решение согласиться с выбором Шрама.

Подспудно я наделась, что Шрам скажет, будто мне там нечего делать. Но буканьер подумал и согласно кивнул. Только потребовал:

— Если соберетесь потрошить этого Жиара как рыбку, не заставляйте Ольгу на это смотреть.

Ну и на том спасибо.

Тихан и Оруэл без возражений подождали, пока я сбегаю к себе, добавлю в кровь консервант и отправлю ее на длительное хранение. Чего добру пропадать? Еще не факт, что у меня будет другая возможность заполучить для исследований чистую, немодифицированную кровь.

Пока шли к каюте, в которой был заперт привязанный Жиар, я размышляла над тем, какие цели преследуют черные генетики, зачем пытаются продолжить дело безумного ученого, положившего начало подобному издевательству над природой. Ведь уже давно весь белый свет понимал: это ни к чему не приведет. Альянс перестал охотиться на модификантов после того, как кто-то в засекреченных правительственных лабораториях додумался, как вычленять агрессивную составляющую модифицированного генома и подавлять. После этого все желающие модификанты могли селиться в любом городе Альянса. Да, руководящие должности им не доверяли. Медицина, особенно связанные с кровью и генетикой отрасли, для них была закрыта. Да и педагогами в школах они тоже не могли быть. В остальном модификанты с подавленной составляющей агрессии были такими же членами общества, как и остальные существа. Так что сколько я ни пыталась, я не могла понять логику тех, кто управлял черными генетиками, подстегивал, поощрял незаконные опыты и исследования. Мой куратор всегда говорил: хочешь разгадать планы преступников — мысли, как они. Но видимо, у меня оказался недостаточно криминальный склад ума.

Жиар все понял, едва мы втроем вошли в каюту.

— Пожаловалась уже, — с презрением процедил килл. Мог бы, наверное, и сплюнул бы на пол. — Ну и дура. Стейн предательство не простит никогда.

Меня передернуло от этих слов. А Тихан, недолго думая, без замаха тыкнул кулаком приятелю бывшего в морду:

— Заткнись, — равнодушно посоветовал ему игумар. — Пока я не начал выяснять, кто же кого в действительности предал. Думаю, результат будет явно не в твою пользу.

— Не переусердствуй! — спокойно поймал игумара за уже поднятую во второй раз руку Оруэл. — Пока он нам нужен при памяти. Потом душу отведешь.

Тихан многообещающе ухмыльнулся после этих слов и красноречиво размял пальцы.

Жиар после такого обещания заткнулся. Только кривился, когда парни, сдирая с него одежду, были не слишком аккуратны и слышался треск ткани. Я не мешалась. Стояла, наблюдала за процессом и лицом Жиара и думала о своем, о девичьем. Меня почему-то не отпускала мысль, что я, сама того не желая, с размаху угодила в самый центр событий. Угадать бы еще каких. Что все вокруг совсем не те, кем кажутся на первый взгляд. Носят маски или играют роли. И что меня в результате всего этого круговорота ждет.

Я почти не удивилась, когда оказалось, что в одежде Жиара ничего нет. Парни ее прощупали и просветили очень качественно. Разве что на зуб не попробовали. Багаж, с которым Жиар попал на наш корабль, составлял довольно пухлую сумку-планшетку через плечо. Ее мы тоже изучили еще до того, как идти к пленному киллу. И теперь парни вопросительно смотрели на меня. Жиар же мерзко ухмылялся, радуясь нашей неудаче.

Первым порывом было напомнить про совет Шрама засунуть Жиару в зад видеокамеру. Это действие не несло в себе никакой полезной нагрузки, в прямой кишке сложно что-то заныкать. Но оно однозначно бы стерло торжествующую ухмылку с рожи другана моего бывшего. А то я уже не могла смотреть на этот киношный оскал. Наверняка, над зубами Жиара поработал очень высококлассный стоматолог ради того, чтобы он мог всех ослеплять своей улыбкой…

Стоматолог! Я нехорошо прищурилась от посетившей голову догадки. Жиар даже перестал ухмыляться от этой моей гримасы. И подозрительно уставился на меня. Я же посмотрела на Оруэла:

— На корабле есть рентген, томограф или на худой конец компьютерный сканер?

— Зачем? — дружно офигели и мои подельники, и пленник. Последний, как я подозревала, по совсем другой причине.

— На зубы его посмотрите! — кивком указала я. — Голову даю на отсечение, там нет ни одного родного зуба. А значит…

— Маячок, да и еще шурф знает, что может быть спрятано именно в зубах, — понимающе закончил за меня Оруэл. — Есть, сейчас организую.

Оруэл торопливо вышел. А Тихан вновь красноречиво размял кулаки и предвкушающе пообещал пленнику:

— Я тебе выбью все, в чем найдутся тайники. За Ольгу и все ее страдания. Быстро, бесплатно и без наркоза!

Такого офигевшего выражения физиономии у Жиара я не видела никогда.

Глава 10

Спустя час мы озабоченно разглядывали экран томографа. Жиар пытался сопротивляться нашему желанию засунуть его в аппарат. Пришлось мне вспомнить все, что я знаю о наркозе. Пока Тихан не утратил последнее терпение и не свернул дураку шею. Это, конечно, разом решило бы почти все вопросы. Но у меня противно сосало под ложечкой от ощущения, что маячок — это только начало наших проблем. И принес же черт этого Жиара на Кшерос одновременно со мной!

— Как ты думаешь, что это? — озадаченно поинтересовался у меня Оруэл. Тихан в научной дискуссии не участвовал, ожидая, когда ему позволят отвести с Жиаром душу и отлупить того до бесчувственного состояния.