Алёна Малышева - Свет Зимидара

Змей! Помимо воли по позвоночнику Светы пробежала дрожь липкого страха. И вопреки страху появилось непреодолимое желание узнать, кто он. Света ненавидела нераскрытые тайны, особенно если они касались её.

— Милорд Вышевит, объясните двумя словами, что вы хотите от меня?

— Защитить империю, Ваше высочество, — точно выполнил её просьбу милорд.

— А не много ли…

Но высказаться советник не дал, он многозначительно перебил:

— Я запомнил вашу клятву, и не я один.

Света про себя вздрогнула и с неприязнью оглядела милорда. Он походил на сторожевого пса, готового за хозяина порвать глотку любому. Хозяином мог быть как человек, так и какая-то идея. И, кажется, она начинала понимать, кому служил этот человек. Госпоже Пеневии! А Светозара лишь инструмент, нужный для благополучия его империи.

А она снова сглупила с клятвой! Зима, когда научится?!

— Что вы предлагаете?

— Думаю, — усмехнулся милорд, кивнув на стопку книг, — вы сами прекрасно знаете, что делать. Появятся вопросы, можете обратиться ко мне или императору. И запомните, нам нужна сильная имперская власть, иначе князья, почувствовав слабость, накинутся, словно бешеные псы, и разорвут империю на части.

Поднявшись, окинул Свету сверху взглядом:

— Ваше высочество, я хотел бы предупредить, не многим понравится наш союз с Зимидаром. Поэтому я подумал о вашей безопасности. Вас будет всегда сопровождать страж. Один из лучших. Думаю, в знакомстве вы не нуждаетесь, — и в пространство. — Лис, выходи.

Тень в углу шевельнулась, и появился Рыж. Подойдя к столу, отвесил царевне насмешливый поклон. Сердце радостно ёкнуло, но Света постаралась этого не показать. Не стоит забывать: в империи она никому доверять не может, в том числе Лису.

— Думаю, вы тут разберетёсь. — Вышевит внимательно следил за ней, видимо, пытался понять её реакцию на появление старого друга. На его бесстрастном лице не было видно, заметил он что-нибудь или нет. Милорд строго глянул на парня. — Лис, безопасность принцессы полностью на тебе.

— Да, учитель, — почтительно кивнул парень.

После ухода советника, Света несколько секунд настороженно оглядывала Лиса.

Милорд, что бы он ни говорил, имперец. Его интересы связаны только с Пеневией, и пока Света ему нужна, он будет за ней приглядывать. А Лис — его ученик. И это всё объясняло и осложняло.

Лис, сложив на груди руки, выразительно приподнял бровь, ожидая её реакции.

Всё же он изменился, да и она тоже.

— Значит, ты мой страж. А шпионить за мной тоже входит в твои обязанности?

Лис довольно усмехнулся, поставив её в тупик. Вроде ничего такого не сказала. Даже наоборот, оскорбила.

С легким поклоном парень произнес:

— А то как же, Ваше высочество!

В коридоре раздались громкие решительные шаги. Дар с тяжёлым вздохом положил перо в чернильницу. Намечался трудный разговор.

Дверь резко распахнулась. Видимо, Ростислав даже не подумал дождаться, пока перед ним её откроют. Янтарно-карие глаза застывшего на пороге парня яростно сверкали, руки были сжаты в кулаки. Не подумав поприветствовать старшего брата, царевич воскликнул:

— Как ты мог?!

— О чём ты? — Дар постарался вложить как можно больше спокойствия в свой голос.

— О чём? — Рос угрожающе шагнул в кабинет. — Ты послал Свету…

— Я? Братец, ты не знаешь нашей сестры? — главное не допустить ноток злости. Иначе Барс взорвётся, и с ним нормально не поговоришь.

— Ты не должен был позволить! Ты старший!

— Рос, успокойся. Идти больше было некому.

— Да любой солдат… — и вдруг Рос замолк и подозрительно прищурился. — Ты ведь и не пытался. Тебе нужно было, чтобы Светик…

Нет, ему не нужно было. Был бы другой выход, он никогда бы сестрёнку в империю не отпустил.

Дар только на миг виновато опустил взгляд, но этого было достаточно. Рос отшатнулся.

— Я прав? Но как… — впервые, сколько Дар себя помнил, он видел своего брата таким растерянным.

— Рос, послушай…

— А как же клятва? Лишь Богиня может отменить… Предатель! — резко отвернулся, очертив в воздухе дугу своими чёрными волосами, и выскочил из кабинета.

— Рос, подожди!

Дар быстро поднялся с кресла с намерением остановить Роса и замер. Понуро опустив голову, вернулся в кресло.

Сейчас объяснять что-то брату бесполезно. Пусть немного остынет, и они поговорят. Он всё поймёт.

Царь ошибся — поговорить не удалось. В тот же день цесаревич на своём корабле покинул Зимидар. Дар пытался связаться по кристаллу, но Рос не ответил.

Глава 4

Длинная портретная галерея опоясывала дворец. Императоры и императрицы, начиная с основателя Пеневии и заканчивая Иданом 1, казалось, с недоумением разглядывали шагающую по мягкой дорожке новоиспечённую принцессу. Наверняка, они недовольны зимидаркой, которая должна пополнить их ряды.

Не волнуйтесь, её портрета здесь не будет. Она постарается.

Света отвернулась от полотен и посмотрела на стража-хранителя, с невозмутимым лицом шагавшего рядом. Лис за эти дни редко оставлял её одну. И ей было приятно знать, что он рядом. Хотя забыть о том, что он обо всём докладывает Вышевиту, не получалось.

— Лис, расскажи, как ты попал в стражи?

Парень небрежно пожал плечами и спокойным тоном произнёс:

— Семь лет назад, когда ваш корабль отошёл от берегов Пеневии, учитель предложил послужить родине, обещал обезопасить мою семью, и я согласился. Несколько лет учёбы, затем три года работы в других странах…

— Шпионом был.

— Разведчиком, — твёрдо поправил Лис. — Учитель вызвал в империю. И вот я уже год страж-хранитель. Сначала охранял принца, сейчас вас, ваше высочество, — в голосе появились едва заметные недовольные нотки.

— Но тебе это не нравится, — уверенно подытожила Света, снова рассматривая портреты.

— Да, ваше высочество. Будь моя воля, остался бы разведчиком. А честь охранять вас предоставил кому-нибудь другому.

— Почему?

Страж промолчал. Света про себя вздохнула: ещё один вопрос без ответа. Остановилась перед портретом Идана с семьёй, стараясь скрыть мелькнувшее в душе недовольство. Всё равно допытываться бесполезно. Лис ведь в первый же день признался, что в его обязанности входит также шпионство за ней. Может, поэтому и не желал её охранять?

На полотне император Идан с гордой улыбкой приобнимал за плечи сидящую рядом жену. На руках красивой женщины с золотистыми свободно вьющимися волосами, с глазами, сверкающими нежностью и счастьем, находился младенец. Художник, желая показать сходство матери и ребёнка, с особой тщательностью прорисовал личико младенца с такими же зелёными глазами, как у императрицы.