Леща, Ваша Светлость? (СИ) - Юлия Арниева

Мы могли бы просидеть так весь день, но колокол на башне ратуши пробил час, напомнив о времени. Я вздрогнула, вспомнив о своих обязанностях и о том, что капитан Форд мог искать меня.

– Мне пора возвращаться, – неохотно сказала я, поднимаясь. – Полчаса давно прошли.

– Понимаю, – кивнул Марк, тоже вставая. – И мне нужно вернуться к ребятам. Увидимся завтра, после моего возвращения с моря?

– Обязательно, – улыбнулась я. – Завтра… завтра всё будет по-другому.

Он не мог знать, насколько пророческими были эти слова.

Вернувшись в лавку, я с облегчением обнаружила, что капитан Форд ещё не появлялся. Эмма справлялась с покупателями, и никто не заметил моего отсутствия.

Ближе к вечеру, когда поток клиентов начал редеть, в лавке появился хорошо одетый незнакомец – мужчина средних лет с аккуратной короткой бородкой и внимательным взглядом. Он долго рассматривал выложенную на прилавке рыбу, а затем попросил показать копчёного леща.

– К сожалению, настоящего леща сегодня нет, – вежливо ответила я. – Но у нас есть превосходный копчёный окунь. Многие даже путают его с лещом.

Мужчина улыбнулся, оценив шутку.

– В таком случае, я возьму окуня, – сказал он. – И ещё хотел бы попробовать те знаменитые рыбные пироги, о которых столько слышал. Говорят, госпожа Хенли знает рецепты, неизвестные даже лучшим столичным поварам.

– Вы слишком добры, – скромно ответила я. – Я просто использую старые семейные рецепты и добавляю немного собственных идей.

– И весьма успешно, судя по вашей репутации, – кивнул незнакомец. – Позвольте представиться: Коллинз, Эдвард Коллинз, королевский инспектор по торговым делам. Я остановился в таверне напротив и, признаюсь, уже несколько дней наблюдаю за вашей лавкой. Очереди каждое утро впечатляют!

Я напряглась при слове «инспектор», но быстро поняла, что он, скорее всего, не имеет отношения к таможенной операции. Королевская служба включала множество разных инспекций, и торговая была лишь одной из них.

– Чем обязана такому вниманию? – осторожно спросила я.

– О, простым человеческим интересом, – улыбнулся Коллинз. – Я долгие годы изучаю развитие торговли в прибрежных городах, и ваш случай представляется мне весьма… нетипичным. Молодая женщина, возродившая дело отца из пепла и так быстро добившаяся успеха, да ещё и бросившая вызов местному олдермену. – Он усмехнулся. – Да-да, слухи о знаменитом «Леще» дошли даже до столицы.

– Боюсь, мои достижения преувеличены молвой, – скромно ответила я, упаковывая для него копчёного окуня и свежий пирог.

– Напротив, я подозреваю, что они преуменьшены, – возразил Коллинз. – Позвольте задать вопрос, госпожа Хенли. Вы не думали о расширении своего дела? Возможно, открытие филиала в столице?

– В столице? – я не смогла скрыть удивления. – Это… лестное предложение, но я едва справляюсь с одной лавкой здесь, в Мареле.

– Поверьте, у вас не будет недостатка в инвесторах, – уверенно сказал Коллинз. – Столица всегда голодна до новых гастрономических впечатлений. А ваши методы обработки рыбы и рецепты могли бы произвести настоящий фурор.

Я задумалась. Перспектива расширения бизнеса до столицы никогда не приходила мне в голову. Это открывало совершенно новые горизонты, но также означало необходимость покинуть Марель, оставить Марка, всё, что стало для меня домом.

– Благодарю за предложение, господин Коллинз, – осторожно сказала я. – Но сейчас я сосредоточена на развитии дела здесь, в Мареле. Мы планируем открыть небольшой ресторан…

– Похвальная сдержанность, – кивнул инспектор. – И всё же, подумайте об этом. Возможно, после моего возвращения в столицу, я свяжу вас с некоторыми влиятельными людьми, заинтересованными в новых гастрономических концепциях.

– Буду признательна, – искренне ответила я, передавая ему свёрток с покупками.

Коллинз расплатился, оставив щедрые чаевые, и, перед тем как уйти, задержался у двери: – Кстати, госпожа Хенли, я слышал, в городе ожидается какое-то волнение сегодня ночью. Что-то связанное с контрабандистами? Возможно, вам стоит закрыть ставни покрепче.

Я вздрогнула. Откуда ему известно об операции? Неужели утечка информации?

– Не слышала ничего подобного, – как можно непринуждённее ответила я. – Но спасибо за предупреждение.

Коллинз пристально посмотрел на меня, словно оценивая реакцию, затем слегка кивнул и вышел, оставив меня в состоянии тревожного недоумения.

Как только за ним закрылась дверь, в лавку вошёл капитан Форд, на этот раз в форме королевского таможенника.

– Кто это был? – резко спросил он, даже не поздоровавшись.

– Эдвард Коллинз, представился королевским инспектором по торговым делам, – ответила я. – Вы его знаете?

– Коллинз… – Форд нахмурился. – Да, есть такой инспектор. Но его присутствие здесь именно сегодня… это слишком странное совпадение. О чём он говорил?

Я пересказала наш разговор, включая финальное предупреждение о «волнении» в городе.

– Дьявол! – выругался Форд. – У нас утечка. Кто-то предупредил Коллинза, а он явно связан с олдерменом или его окружением. – Он помолчал, потом решительно произнёс: – Мы меняем план. Операция начнётся раньше, с наступлением сумерек. Нельзя давать им время подготовиться.

– Что мне делать? – спросила я, чувствуя, как сердце колотится от волнения.

– Ничего, – твёрдо сказал Форд. – Вы уже сделали достаточно, передав нам документы и ключ. Теперь это дело королевской таможни. Просто оставайтесь дома сегодня вечером, запритесь изнутри и не выходите до утра, что бы ни случилось. Если операция пройдёт успешно, к рассвету всё будет кончено.

– А если нет?

– Если нет… – Форд помрачнел, – возможно, вам придётся покинуть Марель. Олдермен не из тех, кто прощает помехи на своём пути.

С этими малоутешительными словами он быстро вышел, оставив меня в смятении.

Глава 18

После закрытия лавки мы с Эммой поднялись наверх и, как советовал Форд, заперли все двери и закрыли ставни. Я рассказала ей о предстоящей операции – теперь, когда всё уже началось, не было смысла скрывать информацию.

– Святые небеса, – прошептала Эмма, крестясь. – Арестовать самого олдермена! Это неслыханно. А если они потерпят неудачу?

– Тогда придётся бежать, – мрачно ответила я. – Но я верю, что королевские таможенники знают своё дело. У них достаточно доказательств, чтобы засадить Моргана и Тобиаса за решётку на много лет.

Эмма нервно выглянула в щель между ставнями:

– А что, если люди олдермена придут сюда? Они ведь знают о вашей роли во всём этом.

Я задумалась. Эмма была права – если у Моргана действительно имелись осведомители в рядах таможенников, он мог узнать о моей причастности к расследованию.

– Нужно подготовиться, – решительно сказала я. – На всякий случай.

Следующий час мы потратили на сооружение импровизированной баррикады. Придвинули тяжёлый дубовый комод к входной двери, заблокировали окна первого этажа ящиками с солью и льдом для хранения рыбы. Я достала два острых разделочных ножа – для себя и для Эммы – и спрятала в складках платья.

– Никогда не думала, что доживу до дня, когда буду баррикадироваться от олдермена, – проворчала