Марионетка Черного колдуна - Любовь Песцова

— Лиса!!!

Детский, до боли знакомый голос заставил обернуться.

Брат бежал ко мне как когда-то в другой жизни, когда я приходила домой с занятий в академии. Как будто и не было этих жутких месяцев.

К сожалению, упасть в мои объятия у Вилли не получилось. Он просто пролетел сквозь меня, едва не споткнувшись и не пропахав носом землю.

— Ой! — удивился он. — А ты что, призрак? Как в сказках?

Кажется, его не слишком сильно пугала такая перспектива.

Главное, чтобы я была рядом с ним, а в какой именно форме, уже неважно.

— Нет, медвежонок, — улыбнулась я. — Я не призрак. Ты от меня так просто не избавишься. Просто сейчас я нахожусь в другом месте и не могу тебя обнять. Но мне так хотелось тебя навестить, что пришла в таком виде.

— Аа, — кивнул он с умным видом, сделав какие-то свои выводы. — Ты теперь тоже маг, как дядя Курт, герры Пальц и Мессимер?

— Нет, — растерялась я.

Услышав это имя сердце болезненно сжалось. Но главными сейчас были не мои переживания.

Что здесь происходит? Курта мой братишка еще может знать — тот приходил пару раз к нам домой, пока мама не узнала о его роде деятельности и не начала закатывать скандалы. Да и после освобождения из тюрьмы Вилли видел Курта.

Но остальные кто? Не помню, чтобы Курт упоминал такие фамилии среди своих друзей.

Я огляделась, понимая, что мы находимся совсем не в той комнате, которую мама сняла перед тем, как я ушла в Заубвальт.

Обстановка пусть и не сильно, но богаче, шума таверны нет. А еще было видно, что эта комната принадлежит исключительно Вилли.

Детская кроватка как раз под его возраст, игрушки, разбросанные на полу, даже большой деревянный конь.

Откуда это все появилось?

— Вилли, а где мы находимся? И кто эти люди, которых ты упоминал?

— Мы теперь здесь живем, — начал рассказывать брать. — Здесь неплохо, жаль, что гулять нельзя.

— Нельзя гулять?!

— Ну, можно, но только когда дяди маги приходят. Это чтобы я не потерялся.

— Правда? И как часто приходят маги?

— Каждый день. Дядя Курт со мной играет. А герры Палц и Мессимер нет. Они злые. Я хотел подружиться с кем-нибудь, а они сказали, что мне не по чину, — старательно выговорил брат.

Гнев вспыхнул с такой силой, что я почти перестала ощущать боль в руке.

А вот злиться не стоило. Я практически чувствовала, как утекают секунды, что отпущены мне на разговор с братом.

Сфера вытягивала мою кровь очень активно, и мне не хотелось бы свалиться в обморок второй раз за сутки.

Не став медлить, я подошла к окну, вглядываясь в пейзаж. Он был совершенно обычным.

Комната Вилли была расположена на первом этаже и выходила на достаточно ухоженный сад. Такой мог быть где угодно. Хоть в городе, хоть в деревне. Ничего существенного мне увидеть не удалось.

Кроме одного. Легкого мерцающего тумана, который окутывал пространство словно купол.

Курт когда-то говорил, что защитные заклинания выглядят именно так.

Я начала их видеть. Потому что мое тело сейчас находится в лесу, где магический фон значительно выше?

Возможно. В любом случае это сейчас было неважно.

— Вилли, мне уже пора, но я теперь буду часто приходить к тебе. Только ты должен мне кое-что пообещать. Никому не говори, что видел меня, договорились?

— Хорошо, — кивнул он. — А ты не обманешь? Правда, придешь?

Так хотелось обнять его, поднять на руки как раньше, утешить.

— Обязательно, — пообещала я и разжала ладонь, переносясь обратно в свою комнату на чердаке Черного замка посреди Заубвальта.

Мне было о чем подумать.

Глава 10. Новый план

Разговор с братом оставил тревожное ощущение. Ранее в голове уже начал формировать план, где я уговариваю маму пусть и не бежать в лес вслед за мной, но хотя бы переехать в другую страну.

Например, в Увинес. Хотя нет, там орден занимает примерно те же позиции, так что обмен получится бессмысленным — все равно найдут и достанут.

А вот в Атрор, где магам не давали слишком много свободы, а периодами могли и сжечь, если слишком зазнавались, вполне подходил.

Да, он находился далеко на севере. Да, он не граничил с Заубвальтом и я не знала, смогу ли я потом связаться с родными.

Но это все же был худо-бедно план.

Сейчас он не то чтобы рухнул. Скорее стал менее осуществим.

Я не знала, где держат маму и Вилли, но магический купол намекал, что просто так их вряд ли выпустят.

Но, может быть, теперь мама осознает, что бежать действительно нужно, и согласится? Если бы она не мешала, все прошло бы значительно проще.

Знать бы еще как… Вот бы Курт помог.

При мысли о нем я поморщилась, как будто мышцы на лице свело судорогой.

Было стыдно. Очень.

Я отдавала себе отчет о том, наши отношения закончились, как только мою семью обвинили в измене. И его слова о том, что он меня не оставит, воспринимались скорее как бессмысленные попытки утешить.

Так ведь всегда говорят, чтобы казаться вежливыми. Произносят то, что не имеют в виду на самом деле, надеясь, что человек сам все поймет правильно.

Еще до того, как я отправилась в лес, я начала морально готовить себя к тому, что Курт забудет обо мне очень быстро.

А может быть и отвернется, как все остальные и очень скоро будет делать вид, что вообще никогда не был со мной знаком.

Вот только оказалось, что приходит поиграть с моим братом в то время, как я…

Я не хотела вспоминать тот мимолетный поцелуй, но он стоял перед глазами, обжигая удушливым стыдом.

В голове прокручивались все слишком двусмысленные моменты с Леоном. А еще мои чувства к нему.

Я ощущала себя предательницей. Изменницей. Теперь по-настоящему, а не по ложному обвинению.

Но не могла изменить того, что мне нравился этот блондинистый уничтожитель сладкого. При мысли о нем хотелось глупо улыбаться, а воздуха в легких как будто не хватало.

И как теперь просить помощи у Курта? Скрывать от него то, что я его предала?

Он и так пережил слишком много предательства.

Потомок угасшего магического рода имел свои счеты к ордену. Не столько к старейшинам лично, сколько к общему укладу.

Его мать родилась без магических способностей. В семье магов такие случаи бывали, хоть и очень редко. И судьба у них ждала не слишком завидная. Сначала проверка на способность передачи