Невеста для Сводного, или Ненависть - это Любовь (СИ) - Ева Кофей

устроила свой мир. Он был тесным, но чем больше крыс приходило на мой зов, тем больше становилось пространство. Крысы напитывались магией и становились чем-то иным. Они приносили мне вести со всего мира. И, разумеется, я слышала о своей сестре и её новом положении в обществе. О могущественном муже и первенце.

— Недолго музыка играла. Они лишились своего кормильца.

— Да, но она вышла замуж во второй раз, и жизнь её до сих пор вполне беззаботная.

— Всё дело в зависти к сестре?

— Всё дело в том, что я увидела возможность. Всё дело в том, что я могу. А, значит, почему бы и нет?

Ханифа делает круг вокруг Лекса, будто танцуя.

— Я хочу взять то, что принадлежит мне.

— Что же это?

— Глупый… Человеческую жизнь, конечно же. Как ты не понимаешь? Она родилась со мной в один день. Мы так похожи… Правильно будет разделить одну жизнь на двоих. Половину своей Марлен уже прожила. Два мужа, эпатажные выходки, взрослая дочь, целый замок в распоряжении… Этого достаточно. Настало моё время. Я заберу себе вторую половину. И, видишь, я даже беру время морщин и трещащих костей. Я щедра.

— Или не было способа раньше пробраться к Утёсу? — хмыкает Лекс.

Ханифа смеётся.

Его глаза поблёскивают красным.

— Дорогуша, когда я поняла, что могу делать свой малый мир шире, я тратила все силы, чтобы добраться до сестры. Ещё раз увидеть её. Но потом оказалось, что и у пазух есть пределы. Да и на землях Дагарда стоит что-то против появления иных миров. Но. Крысы на то и крысы, чтобы находить пути. Несколько лет они прогрызали тоннели до Утёса. И вот я здесь. Именно это ты всё же почувствовал, фер. Тебе не повезло, как и этому несчастному табору. О том, что здесь происходит, не должен узнать никто. Все они отдадут мне свою магию. Все они останутся на моей земле.

— Твоей земле?

— Клара сейчас у нас. Она думает, что всё ещё в замке. Что был дуэль, что рядом — жених, но это не так. Скоро-скоро она выйдет замуж за самозванца. Благодаря энергии Урахада и её собственной инициации произойдёт энергетический бум, и мы сможем…

— Поменяться жизнями?

— Да, сладкий, можно сказать и так. Все обители Утёса будут заперты в пазухе. Зная об этом или нет — я ещё не решила. Я же, вместе со своими детками, останусь на земле людей. Баланс. Все довольны и счастливы.

— Думаешь, никто ничего не заметит?

— Это ведь идеальное совпадение, что Итибол выбрал Марлен. Клан Харш весьма и весьма закрытый. Никто не удивится, если его представители не станут слишком уж выходить из тени. И никто не нападёт, посчитав это слабостью, потому что… кому вообще нужен край земли? Здесь нет магии, здесь слякотно, холодно и пусто.

Вот дела…

Получается, Клара должна выйти за чужака, и это станет частью обряда, который заточит её и её семью в ином измерении.

Нужно добраться до неё, спасти, всё рассказать.

Иначе произойдёт непоправимое…

Но как? Ханифа маниакально улыбается.

Она вдруг отводит манящий взгляд от ферлиса и срывается с места к красному шатру. Чёрт! Эрик до сих пор никуда не ушёл, он всё слышал, и теперь…

— Маленький, милый проказник, я начну с тебя!

На его лице застывает страх, но в тот же миг сам он исчезает.

Магичка издаёт рыкающий звук и капризно хлопает в ладоши.

— Найдите его!

Крысы ныряют в снег.

Лекс чувствует что-то тяжёлое на собственной шее.

Это ошейник с золотой цепью, которую Ханиф наматывает на руку.

— А ты мне нравишься, — усмехается она, — будешь моим рабом, лисёнок.

Глава 41. Сделка

Вопросы множатся в голове Клары Харш. Множатся и гудят, словно рой мохнатых северных пчёл, от которых коротким, суровым летом темнеет небо над вересковыми пустошами.

Они в тёмном замке, где стены влажные, неровные и каменные. Будто комнаты выбиты кем-то в скале.

Жаркая, противная магия смехом ненужного жениха клубится в воздухе.

Кларе холодно и страшно, она прижимается к Марку теснее, впервые за долгое время не думая о том, что полагается делать настоящей эрле, а что нет.

— Я… — он вновь целует её в волосы. Так, словно они оба на грани жизни и смерти.

А, может быть, так оно и есть?

Как далеко сводный брат, когда-то ненавистный, смог забраться — лишь бы найти её и вернуть домой?

— Марк, мы должны поговорить… — начинает она сбивчиво.

Но разговору не суждено продолжится.

Они оказываются на перекрёстке коридоров. Такой есть и в Утёсе.

Нельзя представить картины страшнее — с каждой из сторон на них надвигаются крысы. Тёмно-серые тушки с каждым прыжком сбиваются в кучки, те скрепляются между собой, и, в конце концов, совсем рядом с парой начинают напоминать людей.

Точнее, мешки, набитые крысами и сформированные, словно люди, только без самих мешков.

Марк что-то делает движением побелевших пальцев и тут же над его головой вспыхивает пульсирующий красноватый свет. В его руке Клара замечает меч.

— Держи, — он быстро передаёт его, а сам снимает второй, что всё это время был прикреплён к спине. — Мы справимся.

— Да, — отзывается Клара, — я защищу тебя.

Несмотря ни на что на губах Марка появляется тёплая усмешка.

Они встают спина к спине и в тот же миг, когда решимость выйти из схватки победителями заполоняет кровь, их накрывает тьма из крысиных ударов.

Клара ощущает укусы острых маленьких зубов на запястьях, шеи, ногах и даже щеке. Вельвет не учил её сражаться с подобными противниками, они берут не мастерством, не силой, а количеством. Но — им же хуже.

Она не боится и двигается так быстро, как только это возможно, расчищая пространство перед собой. Самое худшее — это попытка сымитировать людские голоса.

— И вы думаете, что это как-то поможет? Нас — легион! Клара, будь хорошей девочкой, если не хочешь, чтобы он навсегда исчез.

Она всхлипывает от напряжения.

— Да-да, исчез! Мы от него и косточки не оставим! Ничего-ничего не останется.

Всё это напоминает кошмар или страшную детскую сказку.

Но ведь эрла Дагарда больше не ребёнок, чтобы бояться каких-то мышей.

Лёгкая, но сильная, она раз за разом отбрасывает крыс в коридоры. Сердце стучит в висках. Никогда ещё не хотелось так сильно побеждать. Никогда не хотелось так сильно смеяться.

На зло тьме. На зло тем, кто решил что может поселить в её душу страх.

У них есть какой-то план насчёт неё, они её не тронут.

Но что