Последний оборотень. Сердце из камня (СИ) - Лия Котова

- То есть…- девушка вытерла слёзы, который невольно покатились по щекам во время монолога убитого. – Тебе нравится быть призраком?

- Нет, - Шекспир тяжело вздохнул. – Со дня моей смерти воспоминания крутятся в голове, как живые. Только подумаю о чём-то и сразу ощущаю все эмоции. Знаешь, как говорят, душа болит. Ну, а раз я и есть душа, то болит всё тело. Я хочу это быстрее закончить.

- Но тогда почему ты здесь? Пришёл попрощаться?

- В каком-то смысле да. Раф мне объяснил, что за некоторое время до смерти душу буквально выбрасывает из тела. Можно назвать это рефлексом. Тот мирок, что мы создаём внутри нас самих и который ангелы называют душой, превращается в некое подобие своего тела, когда попадет на воздух. По крайней мере, так у людей и животных. У мифов это немножко по-другому. Душа становится тем, чем ты себя считал при жизни. Я хотел быть человеком и чувствовал себя им. Поэтому я сейчас в своей человеческой форме. Дальше, если тело ещё цело, душа может выбрать: остаться ли в таком больном и искалеченном теле и пожить ещё или уйти и переродить.

- Но твоё тело сгорело, к тому же оно ведь не было уже пригодно для жизни, - напомнила Анфа.

- Тогда есть другая цель. Исполнить то, что я больше всего хотел при жизни. Ну, как говориться, чтобы совесть не мучала. Я сначала не мог понять, что я должен сделать, но потом я понял, что всегда хотел доказать, что и полукровка может быть полезен, так что разузнал у учёных всё, что ты хотела. Там ангел только один, так что я просто проник туда, пока его не было, а потом просто в течение нескольких дней сидел в шкафу и слушал. Ты чего, сестрёнка?

По щеке сестрёнки снова катилась слеза, но она улыбалась.

- Ты ведь знаешь, что я никогда не считала себя бесполезным. Но… спасибо, братик.

- Ну-ну, я не для того пришёл, чтобы на твои слёзы смотреть, - Шекспир добродушно улыбнулся. – Я хотел тебе всё объяснить, а потом показать, как быстрее избавиться от камня.

- Хорошо. Так что мне делать?

- Можешь превращаться в птицу и вылететь в город. Мне нужно кое-что тебя показать. Я тебя догоню.

- Хорошо, - оборотень кивнула и стрижём взвилась в небо.

Она почти вылетела за черту города, когда её нагнал Шекспир.

- Ты же говорил, что после смерти стал почти что человеком.

- Но и оборотнем я не перестал быть, хотя, у меня такое ощущение, что на превращение уходит ещё больше времени, так что там я это делать больше не буду. Хорошо?

- Конечно, главное, чтобы ты был рядом.

- Я рад, что ты это сказала, хоть и после моей смерти.

- Ну, что теперь? – Анфа превратилась в человека возле уже отключенного барьера на земле демонов.

- Посмотри на землю, - на плечо девушки сел Шекспир. Она почувствовала прикосновение птичьих лап, но не так чётка, как от живой птицы.

-Что это за кристаллы?

На вулканических камнях была проложена дорожка из прозрачных чуть святящихся в темноте кристаллов.

- Можно сказать, что это философские камни, - заявил призрак. – Но в отличие от твоего, они мёртвые, просто камни, которые при определённых условиях делают пространство нестабильным, сгущают или наоборот расширяют его. Ладно, не бери в голову. Этого я от учёных наслушался.

- Так что с ними делать?

- Просто перенеси телекинезом их туда, где был проход в наш мир.

- То есть…

- Соедини два барьера, так духи смогут сами выбрать, когда открывать проход.

- Неужели они сами этого сделать не могли, - Анфа пожала плечами, но попыталась поднять в воздух эту кристаллическую цепочку.

- Могут, но духи слишком щепетильно, как я понял, относятся к указаниям из древности.

- Кстати, забыла спросить, а почему учёные врали, что не расшифровали тексты?

- Они не тексты расшифровывали, - покачал головой Шекспир, - последний месяц они искали способ изучить живой философский камень и пустить его на что-то более важное, по их мнению.

- Что например?

- Не знаю, но они бы совершенно точно сделали бы тебя подопытной во имя науки.

- Спасибо, что предупредил, - Анфа улыбнулась. – Я как знала, что они темнят.

- А я знал, что помогу тебе этим.

- Всё? – оборотень закончила переносить на другой берег эту цепочку телекинезом. – А она точно вся перенеслась?

- Точно, она сделана неразрывно, так что волноваться не о чем. Теперь… - призрак почему-то замолчал.

- Что?

- Возвращаемся в замок, - почему-то грустно и даже виновато произнёс Шекспир. – Там должно исполниться пророчество.

- Стоп! – послышалось из-за спины Анфы. – Чем это вы тут занимаетесь?!

Оборотень обернулась. За ней стояли два вооружённых демона, явно не собирающихся её отпускать.

- Быстрее вниз к реке!- скомандовал призрак.

Анфа послушалась и, петляя между камней, сумела оторваться от демонов-охранников.

По дороге обратно Шекспир был странно тихим. Теперь он действительно был похож на призрака.

- Ты чего молчишь? – спросила Анфа.

- Просто… извини… - прошептал он. – Я не хотел тебе говорить, но… пожалуйста, не воспринимай это, как будто я хочу увести тебя за собой. Пойми, я хочу, чтобы ты жила, хочу, чтобы была счастлива, но… прости… нет другого выхода…

Глава 29 Густой запах крови

Денис, с головой укрывшись одеялом, чтобы создать для самого себя ощущение таинственности, как, впрочем, и почти всегда в этом мире, играл во что-то на телефоне. Конечно, ночью он бы охотнее погулял с Бертой, но в этот раз она отказалась, сославшись на трудности временным жильём в этом городе. Он никогда её не расспрашивал, где она живёт, за какого мифа выдаёт себя и так далее. Хотел, но почему-то не спрашивал. Он же мог попросить королеву Лерину, которую он и так виде каждый день, чтобы Берта жила во дворце, но… что-то его вечно останавливало. Что? Он и сам не знал.

Уже давно расцвело, внизу возле замка были слышны голоса слуг, почему-то более громкие, чем обычно. Да и солнце почему-то светило намного ярче. Но в этом, казалось, не было ничего необычного, если бы не это запах крови. Вампир давно почувствовала его, ещё когда было темно, в его комнате ощущался тонкий аромат