Хозяйка усадьбы с секретом - Кира Рамис

и если бы не Максим, то лежала бы я на земле, а так приземлилась пусть не на мягкую, но мужскую грудь. Он меня поймал.

– Софья, давайте вернёмся, – но я не послушала.

– Что за люди, я их спасать, а они ещё дерутся, – поднявшись, я ринулась вперёд, Максим не успел меня схватить, но я выхватила первую попавшуюся руку. На этот раз это была женщина. Она не сопротивлялась так активно, как мужчина.

Над головой вновь закаркала ворона. Но я не обращая внимания ни на что, тащила женщину за собой, активно размахивая руками пытаясь разогнать туман. Мне казалось, что я иду в правильном направлении. Туман расступался и в какой-то момент мы с незнакомкой оказались возле кромки леса, но не в том месте, где нас ждали мужчины.

Я внимательно посмотрела на молчавшую девушку, вспомнила портрет и поняла, что это не дочка Ульяны, да и по возрасту она не подходила, слишком уж молода.

А вот про травки я и забыла. Как их собрать, когда нужно народ спасать? В голове мелькнула шальная мысль: «А не привязать ли девушку к дереву и пока туман не скрылся в лесу поискать траву для Акулины?»

Только вот привязывать-то нечем.

Глава 26. Немного осталось

– Будем знакомиться? Тебя как зовут? – я не могла поймать её взгляд, девушка смотрела в никуда. Медленно отпустила её руку и заметила, что мои пальцы оставили красные следы на коже. Извиняться буду позже.

Девушка осталась стоять, обратно в лес не рвалась и я сделала вывод, что в туман она попала недавно.

– Милая, посиди тут, а я быстро осмотрюсь, вдруг траву найду, заварив которую помогу и тебе, и Акулине, – девушка послушно села на траву. – Вот и молодец.

Я ринулась обратно к ускользающему туману и в самом деле нашла то, что требовала травница. Чёрные цветы и траву, как на картинке. С радостью все сложила в сумку. Пора выбираться и искать дорогу.

– Мама… мамочка… – я услышала тихий голос оттуда, где оставила девушку. Не раздумывая, запихнула траву в сумку и кинулась обратно.

Так и есть, похоже, она очнулась, встала и потопала искать родных. А, может, направилась домой?

– Постой, погоди! – я бежала, спотыкаясь о корни деревьев. Было бы глупо потерять девушку в простом лесу. – Ты куда идёшь? – мне удалось поймать её за платье.

– Вы кто? – девушка удивлённо смотрела на меня. – Заблудились? – тут её взгляд начал что-то искать на земле. – А где моя корзина. Я за ягодами шла. Ой, мачеха ругаться будет, – она схватилась за голову. – Вы кто? – вопрос в мой адрес повторился.

– Я из тумана тебя вытащила, – было радостно, что девушка пришла в себя. Думается, что совсем недавно в туман попала бедняжка.

– Из тумана? – она с подозрением на меня посмотрела. – Не помню. Ой, мне домой нужно. Мачеха будет кричать, – она всхлипнула.

– А ты знаешь, где твой дом? Я тебя провожу и с мачехой поговорю, объясню ей, что ты не виновата в произошедшем. Возможно, они тебя давно ищут. Вряд ли ты сегодня ушла в лес. Как тебя зовут?

– Лисяна, – она двинулась вперёд, но через некоторое время остановилась. – Незнакомые места, – прошептала и вновь заплакала.

– Так, оставить слёзы, – я достала из сумки яблоко. – Всё равно выберемся. Где-то тут дорога должна быть.

– Медведи, разбойники, так и пропал мой тятенька… – сквозь слёзы, жуя яблоко, шептала девушка.

– Понятно, идём, – взяв Лисяну за левую руку, потянула за собой. – Идём всё время на север. Мох растёт с северной стороны дерева, а муравейник располагается с южной (его южная сторона всегда более пологая, северная – крутая), с южной же начинают краснеть ягоды, – мне самой было страшно, поэтому бормотала всё, что могла вспомнить, за одним заламывала ветки на кустах, если вдруг пойду по кругу, чтобы это понять. – Лисяна, прислушивайся. Лай собак слышен далеко, до трёх километров.

Ещё через время мы вышли к небольшой речушке.

– Нужно идти вдоль, возможно, где-то поблизости деревня.

– Овраг, знакомый овраг, – прервала меня Лисяна и бросилась вперёд.

Я не отставала, сколько радости было. Речка? Да ну и пусть холодная, главное к людям выйти. Плыть не пришлось, именно в том месте, где мы вошли в воду было по пояс. Ой, холоднючая. Платье отяжелело, я недолго думая, сняла его и как могла, отжала. Подумала и тоже самое сделала с тёплыми чулками. Лисяна посмотрела на меня округлившимися глазами.

– Вы не будете его обратно…? – она зачем-то озиралась.

– Будем из леса выходить, надену. Сейчас не вижу смысла идти и спотыкаться.

– Но как же? В одной нательной рубашке? Как так можно. А если вас заметят? Позора не оберёшься.

– Лисяна, кто меня наметит? Заяц или белка? Идём скорее. Сначала к людям выйти нужно, а потом думать о позоре.

Но уже минут через десять я попросила девушку помочь мне напялить, да именно так, напялить мокрое платье на себя. Со скрипом, но мы справились. Почему решила облачиться в мокрые одежды? Все возможные насекомые посовещались, и как бросились попробовать мои голые части тела на вкус. Руки, шею, ноги. Долго такое тяжело вытерпеть.

– Немного осталось, я узнаю лес. А-а-а… – воскликнула девушка и бросилась под ближайший куст. – Моя корзина, ягоды… Ой, придётся новые собирать, эти насекомыми поедены.

– Чего? Лисяна, приди в себя, какие ягоды! До дома нужно добраться! Мачеха не посмеет мне и слово против сказать. Никто не обидит. Идём!

Ох, как я была самоуверенна.

Глава 27. Трое мужчин

Через какое-то время мы с Лисяной вышли к деревне. Лес закончился неожиданно, мы, найдя второе дыхание, быстро спустились с горки по узкой тропинке.

Девушка то и дело вздыхала и что-то искала рукой в пустой корзине.

– Где твой дом? – шёпотом поинтересовалась, стоило нам войти в деревню.

– Третий с той стороны, с зелёным забором, – она махнула рукой, приостанавливаясь.

У указанного забора стояли трое мужчин.

– Твои родственники?

– Нет, – глухо ответила та. – Жених, чтоб его… – она до хруста сжала ручку корзинки. – Несколько дней назад поселился у своего родственника, вон он стоит, третий с края, и тут же свататься пришёл.

– Ты не хочешь замуж? – я пригляделась к мужчинам. Все они были высокими, плечистыми, в красных рубахах, чёрных штанах и такого же цвета сапогах.

– Глупый он, но его друзья… – она замолчала. – Злые… похабники…

В какой-то момент молодые люди обернулись, заметив нас.

Я же обомлела и встала словно вкопанная.