Хранительница дверей (СИ) - Елена Княжинская

он автоматически превращался в подозреваемого в краже артефактов. Элл фактически шел на преступление, покрывая такого человека. Оба сумели проявили благоразумие, пошли на уступки ради возвращения в Штрудельбург.

Никогда еще я так ни была рада оказаться в собственном подвале. За год, что я прожила здесь, дом стал мне по-настоящему родным, но понять это я смогла только сейчас. Он дарил ни с чем несравнимое чувство безопасности, в котором я так нуждалась.

— Кассия! — пропищал Мик, едва я перешагнула порог. — Ты вернулась!

Зверек уселся мне на плечо, ткнулся влажным носом в шею. Я погладила его по шерстке, призналась, что тоже скучала.

Рик остался внизу, чтобы запереть Дверь, мою Дверь, которую он с легкостью открыл. Ничего, отдохну, отлежусь и устрою ему допрос с пристрастием. Надеюсь, он не сбежит к тому времени.

— Ты доверяешь ему? — спросил Элл, когда мы поднялись на первый этаж. — Я могу остаться, если хочешь. Лягу внизу.

Я никому полностью не доверяла. Если мой бывший жених до сих пор этого не понял, значит, так и не узнал меня. Но я оценила его слова и заботу. Ему пришлось переступить через себя, чтобы сделать такое предложение.

— Тебе негде, — начала и остановилась. Не говорить же ему, что Рик спит в гостиной. — Тебе будет неудобно, сам понимаешь.

— Касси, я волнуюсь за тебя.

Элладан обернулся у входной двери, обнял меня за плечи. Я на мгновение прикрыла глаза, глубоко вздохнула и выдохнула. Отступила на шаг. Я видела сожаление, боль в глаза уже не моего эльфа. Он не был мне безразличен, но и средних чувств я уже не испытывала. Сердце не пускалось вскачь, стоило мне поймать его взгляд, прикоснуться к нему. Колени не дрожали. В душе теплилось чувства к нему, хотя я вряд ли смогла бы назвать их любовью.

— Не стоит, Элл, — я поцеловала его в щеку. — Отдохни как следует, и спасибо тебе за все.

— Когда мы увидимся снова?

В глазах надежда, будто он и правда хочет меня видеть, будто я все еще нужна ему. Почему сейчас? Не год назад, когда я так нуждалась в нем, даже не месяц, сейчас вдруг стал так внимателен и заботлив.

— Я приду в Департамент, дам показания.

— Хорошо.

Элл улыбнулся, я попыталась улыбнуться в ответ. Слишком поздно. Время нельзя повернуть вспять. Как прежде уже не будет.

***

Из купальни я выбралась часа полтора спустя. Если бы вода не остыла, могла уснуть прямо там. Завернулась в длинное полотенце, подсушила волосы, босиком прошлепала в спальню. Свет зажигать не стала: и в полной темноте могла сказать, что где стоит. Мимо кровати точно не прошла бы.

— Сия!

— А-а-а! — закричала, не ожидая встретить кого-то в собственной спальне. — Кто здесь?

— Я, — ответила тень голосом Рика.

— Тебя не учили спрашивать разрешение, прежде чем заходить в чужую комнату? Мог бы хоть постучать.

— Может, я стучал, а ты не ответила.

Я не видела, но знала, что этот наглец улыбался. Два шага и оказалась в его объятиях. Прижалась щекой к его груди. Когда только успела так привязаться? Наверно, причиной того стало мое чудесное спасение. Как не влюбиться в мужчину, который вырвал тебя из лап негодяев? Так, подожди, Кассия! Разве ты влюблена?

— Я не знаю, о чем ты думаешь, но это что-то тревожное и приятное одновременно.

— Опять считываешь мои эмоции?

— Они слишком яркие, чтобы не почувствовать их.

— Ты самый бессовестный человек из тех, кого я знаю.

— Зато честный.

— Правда?

— Спроси меня и поймешь, стоит ли мне доверять.

— Вдруг ты солжешь?

— Спроси и узнаешь.

— Так просто?

— Зачем усложнять?

— Зачем? Ладно, тогда скажи, для чего ты здесь?

Я слышала стук его сердца. Оно ни на мгновение не сбилось с ритма, когда Рик ответил:

— Из-за тебя. Не хочу оставлять тебя одну.

— Значит, останешься?

— Если приглашаешь, то да.

Я так устала, что ни о какой романтике не думала. Тем более не ожидала поцелуя, как и того, что сама потянусь за следующим, не желая отпускать Рика.

Он снова говорил загадками. Кажется, отвечал не совсем на те вопросы, которые я задавала. Умом понимала, что почти не знаю его, что нужно быть осторожной, что можно снова обжечься и горько пожалеть об этом. Но влечение, которое чувствовала к нему с первой встречи, оказалось сильнее. Я устала бороться с собой.

— Рана больше не беспокоит? — спросила, расстегивая ремень на его брюках.

Рик прорычал что-то невразумительное. Скорее всего нет, судя по тому, что он и не думал останавливаться. Усадил меня на стол, развязал полотенце, которое и так норовило упасть. Окинул меня жадным взглядом, улыбнулся довольно. Смутил, но я не пыталась прикрыться. Отвечала на каждый поцелуй, каждую ласку.

Дыхание сбилось, кожа горела, но мне было мало. Я откинулась назад, увлекая его за собой. Обхватила руками, ногами, стремясь стать еще ближе.

На пол посыпались бумаги, книги. Зазвенела чернильница.

На улице бушевала гроза, заглушая наши стоны, крики. Створки окна с шумом распахнулись. Взметнулись занавески. Ветер ворвался в комнату, принеся запах моря, соли, свободы. Ветер ласкал наши разгоряченные тела, даря желанную прохладу после душного дня.

Я рассыпалась миллиардами капель воды, звенела натянутой струной и долго еще вспоминала, как дышать. Легкий поцелуй в висок полон уже не страсти, нежности.

— А теперь спать!

Рик подхватил меня на руки и бережно опустил на постель. Закрыл окно, повернулся. Хорош и знает это.

Я наблюдала за ним. Ловила себя на мысли, что боюсь его потерять. Глупо, но именно в минуту самого яркого удовольствия этот страх отравленной стрелой уколол сознание.

— Останься, пожалуйста, — попросила его.

— Ничего не бойся, Сия. Я с тобой.

Я верила и не верила его обещаниям, привыкла во всем искать подвох, двойной смысл. Когда Рик лег рядом, укрыл нас обоих одеялом, прижалась к его теплому боку. Мне стало все равно, как я выглядела в этом момент. Я не казалась себе жалкой, когда позволила эту слабость — не думать ни о чем.

Рик притянул меня ближе, почти уложив себе на грудь. Перебирал мои волосы, гладил по спине.

— Сия. Что означает это слово? — спросила его.

— Твое имя в сокращенном варианте.

— А если серьезно?

— Серьезно не получится, — ответил Рик. — Есть легенда из тех времен, когда корабли еще плавали под парусами, а не дрейфовали в бескрайней океане. Команда одного из них сбилась с курса. На море царил абсолютный штиль. Пресная вода была на исходе, еда закончилась еще раньше. Перед угрозой смерти человек на многое способен, но эти парни остались