Печать тьмы (СИ) - Телес Илия

Собственная решимость пугает, ведь я ещё ничего толком не успела обдумать, просто планировала помочь Энергии вернуться и победить брата. Я не думала о чувствах, о любви… так почему рядом с Джеймсом забываю обо всём на свете и хочу заставить его признать, что он способен раскрыть своё сердце для такого прекрасного чувства?.. Уже неосознанно сделал это и впустил меня.

Вспоминаю мысли Байрона, и меня обжигает чувство вины. Вскружила голову двум парням, а теперь сама не знаю, как сделать правильный выбор, чтобы не ранить их и не мучиться самой. Ещё бы такой печали мне не хватало.

Недовольно прицокиваю языком, двигаясь следом за Джеймсом.

Мы довольно быстро оказываемся в крыле отчуждения. У своей комнаты я останавливаюсь, не решаясь открыть дверь. Сначала нужно избавиться от компании, чтобы ненароком не раскрыть свой небольшой секрет.

— Люциторум одобрил наше возвращение в нижний мир? — спрашиваю глуховатым голосом, а сама постукиваю по деревянному полотну, давая девушке знак, чтобы спряталась, если она всё ещё там. Да только поймёт ли она?

— Плевать я хотел на мнение Люциторума. Всё это точно не его забота.

— Но он велел мне…

— И не твоя тоже. Я сам разберусь с ним и его пожеланиями. А ты пока расслабься и отдохни перед завтрашним возвращением в нижний мир. Того и гляди вдруг надумаешь со своей бабулей повстречаться?

До мурашек пробирает, стоит только вспомнить все видения с ней. Мне кажется, что если встречусь с бабушкой, она обязательно приложит все силы, чтобы прикончить меня. Нет уж. Этого я точно не хочу. Да и вообще уходить отсюда не хочется. Я должна помогать Люциторуму, ведь в одиночку он набедокурит и помешает планам Энергии. Мда… Думаю так, словно мне самой эти планы известны, и я никак не помешаю ей. Глупости, да и только. Возомнила себя героиней? Мне до этого статуса ещё расти и расти…

— В таком случае я пойду к себе, — говорю громко, приоткрыв дверь в комнату.

Последний предупреждающий знак. Я бы уже спряталась, находись на чужой территории. Надеюсь, и девушка не так уж глупа.

Принц Тьмы просто ухмыляется, ведёт себя как-то загадочно. Или это ощущение из-за собственных попыток скрыть уставшую ведьму?

Однако стоит войти в комнату, и я понимаю, что зря ломала комедию — в комнате уже никого нет, всё убрано, а постельное бельё застелено чистое. Не знала, что уборку у нас проводят часто. Да и постель раньше никогда не меняли. Всё это было заботой студентов. А сейчас что изменилось? Поручение Люциторума? В любом случае я рада, что смогу отдохнуть сразу и не тратить время на смену постельного белья.

Взяв чистые вещи, иду в душ, быстренько ополаскиваюсь и вот уже лежу на хрустящей от чистоты простыни, кутаюсь я воздушное одеяло и с наслаждением жмурюсь, втягивая в себя аромат лаванды, исходящий от чистого белья.

Сон накрывает быстро, а просыпаюсь я уже утром от шума. Кто-то о чём-то спорит. Повышенные голоса режут по сознанию. Здесь ведь никого не бывает? Мы с Джеймсом живём в крыле отчуждения одни. Кого принесла нелёгкая? Пугаюсь мысли, что это могут быть Байрон или Рэйриан. Если они искали встречи со мной, но попались Джеймсу на глаза…

Я просто обязана вмешаться и помочь им!

Вылетаю в коридор прямо в пижаме и застываю, потому что неподалёку от двери в мою комнату столпились демоны. Вижу Люциторума, Джеймса, Ллойда… остальных я не знаю.

— Кто-то убил эту несчастную. И это работа демона, а не человека, — ледяным тоном заявляет Джеймс.

— Кто бы это мог быть, учитывая тот факт, что нашли труп в логове принца Тьмы? — бормочет один из демонов неприятным, шипящим голосом.

— Это работа новичка, не иначе. А кто у нас пробудился совсем недавно?

Самое время вернуться в комнату, сделать вид, что ничего не слышала и не видела, скрыться от посторонних глаз, но я не решаюсь. Делаю ещё один шаг, чтобы узнать, кто погиб… второй… третий. Взгляд Ллойда цепляется за меня.

— Ничего не хочешь рассказать о своей игрушке, Джеймс? — спрашивает парень и смотрит на меня с дьявольской улыбкой на губах.

Все демоны оборачиваются в мою сторону, расступаются, и я вижу бездыханное тело той бедняжки, что вчера приходила передать мне послание от Люциторума.

Хочется закричать, но я держусь, продолжая разглядывать её. По слишком бледным кожным покровам кожи понятно, что тело полностью обескровлено. Лицо девушки испещрено тёмно-серыми полосками, пролегающими под кожей. Оно напоминает растрескавшийся бетон. Глаза открыты, но пусты… в них уже нет жизни, и она больше не появится там.

— Этот запах на теле жертвы… Почему он тянется от Адалин? — продолжает подливать масло в огонь Ллойд.

Что я ему сделала? Он казался мне толковым парнем. Зачем ему обвинять меня?

— Не говори то, чего не знаешь, — рычит Джеймс, иначе я за себя не ручаюсь, Ллойд.

— Я лишь пытаюсь разобраться, кто так жестоко расправился с несчастной. Если среди нас есть маленький дьяволёнок, неспособный контролировать свои ночные похождения, мы должны помочь ему… а смертную просто тихонечко спишем со счетов. Никто, кроме присутствующих здесь, даже не узнает о случившемся. Логично ведь помочь, чтобы избежать новых жертв?

Люциторум смотрит на меня разочарованным взглядом, медленно переводит его на Джеймса, а потом снова возвращает ко мне.

Всё тело сжимается от страха, покрывается мурашками, а я снова гляжу на бедняжку, которую отчаянно хотела защитить, но не смогла.

— Это не Адалин, — заявляет Люциторум безапелляционным тоном после недолгих размышлений. — Хоть в ней и есть тьма, но света больше, а это значит, что демоном ей никогда не стать. Это сделал кто-то из своих, и я докопаюсь до сути. Отнесите тело в подвал. Позднее я проведу ритуал, чтобы найти виновника и наказать по всей строгости законов нижнего мира.

Джеймс приближается ко мне и приобнимает.

Один из демонов легко подхватывает несчастную на руки и уходит, все остальные следуют за ним. Люциторум ещё какое-то время молчит, глядя на меня, выдавливает из себя усталую улыбку и уходит.

— Ллойд, не испытывай моё терпение и оставь наших голубков наедине. Здесь нам больше нечего искать! — не оборачиваясь, рычит Люциторум, но Ллойд всё ещё смотрит на меня, щурится, и я чувствую исходящую от него угрозу.

— П-почему он так зол на меня? Что я ему сделала? — спрашиваю, когда мы с Джеймсом остаёмся наедине.

— Ллойд — борец за справедливость. Он опытный, быстро почувствовал, что с тобой что-то не так. Наверное, считает, что я нарушил баланс, разделив свои силы со смертной. Не следует переживать. Ты слышала слова Люциторума — тебя никто не обвинит.

— Но она умерла… Её уже не вернуть к жизни. Кто-то убил эту несчастную, Джеймс. Вчера она была у меня, а потом… я…

Даже подобрать правильные слова не могу. Тошнотворные позывы усиливаются, стоит только вспомнить приоткрытые губы и широко распахнутые глаза жертвы.

— Я знаю. Знаю, что ты великодушно позволила ей отдохнуть в твоей комнате.

— Так это сделал ты? — вопрос срывается с губ раньше, чем я успеваю обдумать свои слова и их последствия.

Взгляд Джеймса темнеет, а я вспоминаю его разборки с Тори, когда казалось, что если не вмешаюсь, он прикончит демонессу на месте.

Сердце учащается.

Принц Тьмы выпускает меня из объятий, отшатывается и улыбается как-то неестественно, натужно.

Меня пугает его поведение.

Мог ли он разозлиться на ту несчастную и убить её?

Он постоянно твердит о своём угольном сердце…

Неужели он на самом деле способен на такой ужасный поступок?

Глава 24. Джеймс

Я думал, что неспособен испытывать чувства, да какой там? Стоит ведьмуле таким серьёзным тоном обвинить меня, как проклятый угольно-чёрный орган в груди сжимается от боли. Неужели Адалин считает меня таким монстром? Зачем мне убивать девчонку, которой она позволила поспать на своей кровати? Конечно, я разозлился вчера, но не до такой же степени…