Посох в руках, свирель за пазухой. Часть 2: Свирель (СИ) - Райтер Инеш

Пелагий недовольно скривился, но, освободив многострадальное ухо, прикоснулся к маленьким пальчикам губами.

— Дорогая, это государственная тайна, — томно проворковал Пелагий. Глаза девушки вспыхнули любопытством, лучше крючка придумать было невозможно. — Но тебе я ее раскрою. Дело в том, что это… — он заговорчески приблизился к высокой прическе и очень громко шепнул, — парень.

Опа! Вот так меня еще не унижали. Мне кажется, даже Мииш в моем кармане сейчас покатился со смеху.

— Ты уверен? — Эделия скользнула по мне недоверчивым взглядом.

Я поплотнее запахнулась в камзол, втянула живот и попыталась раздвинуть предплечья. Ну не ломать же легенду, кто его знает, что на уме у остроухого.

— Еще как! Ты только на рост посмотри, ты где таких лайр видела? Владетель сам приказал отвести ее, тьфу, его в свои покои.

— Не может быть, — девушка прикрыла маленькой ладошкой губы. — Он дал ему допуск? — Эльф многозначительно подмигнул. — Так вот почему он давно не зовет меня.

— Но, видишь ли, нас несколько смущает присутствие стражей. Негоже им знать о предпочтениях Владетеля. А то вдруг слухи пойдут нехорошие, — Пелагий обвел пальцем обнаженное плечико Эделии, она согласно закивала. Кажется, я точно знаю, кто будет их источником. — Их бы отвлечь как-то. Помоги нам и тогда… — эльф склонился к уху собеседницы, что-то зашептал. Она захихикала и покрылась краской.

— Проказник, — девушка шлепнула веером по груди эльфа. — Ну, смотри, если через час ты не появишься в моей комнате, я пойду к Владетелю.

— Моя Лилайра! Я ваш навеки.

Ухватив Пелагия под руку, девушка направилась к гвардейцам. Я засеменила следом.

Двое бравых ребят в начищенных до блеска кирасах возвышались у дверей, могучими башнями. С лишённых эмоций лиц на нас смотрели внимательные глаза.

Как только мы достаточно приблизились они сделали шаг вперед, закрывая проход.

— Лайра Эйлин, вас не велено пускать.

— Что-о-о⁈ — от визга лайры заложило уши. И, судя по скривившимся лицам стражников, не только у меня. Откуда только в маленьком теле такая сила? — Да как вы смеете⁈

— У нас приказ Владетеля.

— Да вы знаете, кто я⁈ — она ударила веером одного из стражников.— Знаете, что вам за это будет?

— Дорогая, — Пелагий сделал вид, что пытается ее успокоить. — Они не виноваты…

— Не виноваты⁈ — визг Эделии достиг ультразвука, да ей бы в опере цены не было. — Они бессовестно врут, оскорбляют меня, унижают. Вы вообще знаете, кто мой отец? Я пожалуюсь Владетелю! Нет, я натравлю на вас Вар Груберта!

В коридоре появилась едва заметная золотая взвесь, а в глазах стражников — затаенный страх. Эльф потихоньку делал свое дело, внося смятение в вышколенные умы.

— Да я прикажу вас выпороть! Да вы у меня будите…

Она резко замолчала, схватилась за грудь и рухнула на руки одного из гвардейцев. Тот подхватил ее, его взгляд задержался в глубоком декольте. Эделия резко открыла глаза и шлепнула его по лбу.

— Мне плохо, умираю… — она вновь обмякла в его руках.

— Помогите, лайре плохо! — истерически завизжал Пелагий, еще больше распространяя панику. — Что вы стоите? Ее нужно отнести в покои!

В этой какофонии звуков и воплей я тихо стояла у стены. Никто не обращал внимания на мою скромную фигуру, словно меня и не существовало вовсе. Дождавшись, когда паника достигла апогея, я бочком обошла доблестную стражу и проскользнула в покои Владетеля.

Крики за дверью еще чуть пошумели и стали затихать: то ли у лайры Эделии устали голосовые связки, то ли гвардейцы все-таки поволокли ее в комнату.

Я слегка пожалела эльфа. Дама с таким великолепным сопрано, способна голосом, словно бензопилой, нашинковать слайсами мозг. А ведь дома Пелагия ждал еще кузнечный бас Ррр.

Из кармана выскользнул любопытный Мииш, шлепнулся об пол и рванул исследовать анфиладу комнат.

Обставлены покои Владетеля были весьма по-спартански.

Никаких вазочек и статуэток, разве что несколько картин на стенах. В этом они с Арвеном были весьма похожи.

Я прошлась по комнатам: шторы, диванчики, столики, пальма в углу и снова столики, диванчики, шторы. Еще черные зевы каминов, кресла, в которых с комфортом могла бы разместиться орчанка. Кожано-древесный запах власти со скрытыми терпкими нотками одиночества.

Может быть, тут и жил Владетель, но здесь не было человека.

Необъятный стол, в беспорядке заваленный документами. Перо, небрежно брошенное на недописанную страницу, под острым стержнем которого растеклась уродливая клякса. И ворох мятых бумаг в углу. Я подхватила одну из них, разгладила:

'На основе показаний свидетелей в придорожном лесу отрядом егерей было обнаружено место сожжения экипажа. Судя по остаткам железных деталей и остаточного флера магии, экипаж мог быть тем транспортом, на котором объект покинул место заключения.

На месте сожжения человеческих останков обнаружено не было. В связи с этим можно предположить, что объект покинул экипаж и далее скрылся в неизвестном направлении'.

Тихий рык Мииша в дверях привлек внимание, говоря, что маленький разведчик нашел искомое. Я смяла листок, закинула его к остальным и поспешила за метаморфом.

А вот и спальня.

Кровать, где таких, как лайра Эделия, две штуки можно уложить, да потом еще и играть с ними в салки. Тахта у стены, рядом с которым стоял столик, несколько стульев, ширма в углу со сценами охоты.

И-и-и? Твою мать, где мне прятаться?

Мииш деловито полез под кровать, пошуршал там, а затем, видимо удовлетворенный осмотром, вылез наружу, приглашая следовать за собой.

Я приподняла край покрывала, заглянула в темноту: залежей пыли и дохлых пауков не наблюдалось. Ну да, это же кровать Владетеля, а не мое ложе в доме Арвена. В любом случае других вариантов не было. Надеюсь, Владетель не параноик и не проверяет перед сном наличие монстров под кроватью. Да и на монстра я не тяну, так, мелочь какая-то.

Я подхватила с тахты диванную подушку — если уж приходится тут ждать хозяина, то предпочитаю это делать с комфортом — и полезла вслед за метаморфом. Забравшись в самый дальний угол, чуть поерзала, устраиваясь поудобней, обняла звереныша. Теплое тельце согревало грудь, успокаивало. Минуты вязким киселем медленно сползали по часам ожидания. Тишина убаюкивала, я сама не заметила, как погрузилась в сон.

Проснулась я от шебуршания Мииша. Резко подорвалась, ударилась о что-то головой и с ойконьем вновь упала на подушку. Шебуршание затихло.

Я взглянула на странный потолок, огляделась. Сон как рукой сняло. Вспомнилось, кто я, где я и какого черта здесь делаю. К тому же, как оказалось, шебуршал совсем не Мииш.

Я оцепенела и притихла. По комнате ходил человек.

Неторопливые шаги то покидали комнату, то возвращались вновь. Приглушенный свет магических светильников позволил рассмотреть, как у кровати остановились ноги в войлочных тапочках, украшенных вышивкой, примерно сорок пятого размера. Я представила их обладателя, с такой тушей будет трудновато справиться. Кровать скрипнула, тапочки лишились своих хозяев. Послышался звук шуршащих покрывал, на комнату опустилась темнота.

Воздух, который до этого я со страхом удерживала в груди, облегченно покинул легкие. Хорошо, что Владетель предпочел сегодня спать в одиночестве, а то диких пляскок по мягкому полигону я бы не вынесла. Теперь осталось дождаться мерного сопения и можно вылезать.

Оно не заставило себя ждать. Видимо, совесть Владетеля была чиста, потому что сопел он, как ребенок. Интересно, а как храпят Владетели? Точно же не как свинюшки, чуть похрюкивая, это им по рангу не положено. Скорее всего, как благородные львы: рычат, вводя храпом своих врагов в ступор. Надо как-то Арвена подслушать, есть у меня подозрение, что этот тип толком даже храпеть не умеет. Размышляя, я выждала еще немного и, наконец, решила покинуть свою подкроватную нору.

Но, едва придвинулась к выходу, почувствовала, как кто-то схватил меня за лодыжку и бесцеремонно выволок наружу. Я заорала, вцепившись руками в подушку, будто это могло спасти. Внезапно вспыхнул свет, меня на мгновение ослепило. Затем тряхнуло, ударило об пол и тут же на меня уселась тяжелая фигура. Я попыталась ее пнуть, впрочем, без особого результата. С визгом, что сделал бы честь лайре Эделии, я остервенело размахивала по сторонам подушкой. Послышался треск разорванной ткани, и воздух взорвался пушистыми перьями.