Служанка Драконова. Книга 1 - Лира Алая

тоже не допрашивали раньше, но я в жизни сталкивалась с куда большим количеством неприятностей, чем Сильвия. Стоп. Допрос. Аура. Они определили ауру? Кто у нас в королевстве мог определять ауры?

Нет, определять их могли все, но на это требовалось специальное разрешение, которое получить было ой как трудно: требовался не один месяц, чтобы пройти все необходимые процедуры, да и то, не было гарантии, что это разрешение будет получено. Не мог человек с улицы ради своего развлечения взять и определить чью-то ауру! Это как за голым человеком подсматривать: вроде и не страшно, но аморально и тянет на срок в выгребной яме. А раз Орсен так спокойно заявляет про определение ауры, то у него есть на это право. А у кого есть право на определение ауры в обход всех официальных процедур?

И как я раньше до этого не додумалась-то, а?!

— Значит, вы и есть господин королевский дознаватель, — хмыкнула я, уставившись в упор на принца Альберта. — А ты, Орсен, помощник? Или тоже дознаватель?

— Тоже дознаватель, — нехотя признался Орсен.

— Итак, господа королевские дознаватели. Расскажите, ради драконьего боженьки, чем мы, две невинные девушки, обязаны вашему ночному визиту без соответствующих разрешений? Или они у вас есть?

— Нам не нужны разрешения. По крайне мере, Орсену. Потому что у него наивысшая категория дознавателя, он может действовать так, как ему кажется нужным, — сказал принц.

— Надеюсь, много лишнего ему нечасто кажется, — огрызнулась я.

Драконий боже, и я еще думала, что Орсен нормальный?! Где моя привычная прозорливость, где моя интуиция, в конце-то концов?! Или стоило заметить пару отличных черт характера, чтобы тут же ослабить бдительность?! Бестолковая моя рыжая голова, хоть пеплом посыпай…

— Что ты хочешь этим сказать? — спросил Орсен.

В отличие от Альберта он, пусть и не был показательно дружелюбен, но и как с отпетыми преступницами не разговаривал. Так, ладно, с выводами не торопимся — вдруг действительно нормальный? А то пепел из волос вымывать — то еще занятие. Уж я-то знаю, не одну печку лично изучила, едва не погибнув в процессе. Ага-ага, я про тот случай, когда меня едва не приготовили вместе с кашей. Ой, один почти нормальный драконище ждет ответа, а я тут про каши-сажи размышляю…

— Я говорю о том, что надеюсь, что мы с Сильвией — твоя первая и последняя ошибка. Понятия не имею, в чем нас подозревают, но я не вспомню ни одного действия, которое бы шло вразрез с законами.

— Даже отравленный торт? — скептически приподнял бровь Орсен.

— Он был не отравлен, просто плохо приготовлен, — огрызнулась я. Уж извиняюсь, что кулинария — не моя сильная сторона. — И вообще. Ваш принц с раздвоением личности уплетал его за обе щеки!

Про раздвоение личности я сказала наобум. Ну а как еще назвать человека, который сначала ведет себя как дурак, жуя самый отвратный торт в мире (я делала, отвечаю, что такой гадости принц точно никогда в своей жизни не пробовал!) и признаваясь в любви предположительно той, что этот гадостный торт приготовила, а потом резко меняется, превращаясь в самого что ни есть холодного и жестокого дракона? Вот и сказала про раздвоение… Вот только по тому, как встрепенулись Орсен и принц, стало понятно, что я правильно попала. Ой-ей, я ж не хотела никакую тайну случайно отгадывать!

— У Аля не раздвоение личности, а… — Орсен прервал сам себя, глянув на меня уже менее дружелюбно. — А то, о чем вам не следует знать. Ладно, опустим торт. Все, что меня интересует, откуда взялся круг. И больше не ври.

— Я же говорила, что мы обнаружили случайно… — начала я, решив стоять на своем до самого конца.

Возможно, конца в прямом смысле — атмосферка стала та еще. Не то что у меня поджилки затряслись — не в такие передряги попадала, — но вот пот прошиб однозначно. Сразу захотелось попросить быть ласковее и дружелюбнее, а то я дама чувствительная, могу и в обморок упасть…

— Случайно? Круг такого порядка и качества обнаружила студентка без капли магии? Послушайте, девушки, все серьезно. Мне проще, если пострадают невиновные, нежели я упущу след преступника. Потому либо вы сейчас говорите правду, либо ты, уважаемая, — с сарказмом произнес Альберт, окидывая меня таким взглядом, что я все свои слова заготовленные проглотила быстрее, чем этот принц — мой торт. — Поговоришь со мной уже в королевских казематах.

Против тюрьмы я не возражала. Во-первых, там спокойно и безопасно — столько охраны разве что в королевском дворце встретишь! Во-вторых, там стабильно кормят по расписанию. Ну и, в-третьих, оттуда всегда можно быстро сбежать. Так что угрозы третьего принца меня ни капельки не испугали.

Вот только испугали мою госпожу, которая тут же созналась:

— Я н-нарисовала круг. Увидела в учебнике, решила, что стоит попробовать…

Сильвия опустила голову, словно была виновата. О! Я знала, о чем думает моя умная, но чрезмерно совестливая госпожа. Считает, что втянула нас в неприятности, а потому сейчас сидит и едва не плачет. Я пересела к госпоже поближе, взяла ее руки в свои — ледяные! Точно, нервничает.

— И что дальше? — спросил этот бесчувственный принц-хамелеон. — Зачем ты решила попробовать?

— Потому что хочу стать магическим детективом. Потому и решила попробовать! Или вы сами никогда ничего нового не пробовали? — Сильвия крепче сжала мою руку, а мне очень захотелось взять торшер и еще раз ударить туда же, куда и раньше, для профилактики мужского эгоизма. Или эгоцентризма?

— К чему все эти вопросы? Вы нас в чем-то подозреваете? — Я больше не дала вставить этому принцу ни слова.

— Разумеется, — отрезал тот. — Я подозреваю всех, кто подозрителен. Если совершенно случайно в академию попадут люди, которые совершенно случайно нарисуют магический круг, который совершенно случайно определит запретную магию, то о чем я, королевский дознаватель, должен буду совершенно случайно подумать?

— О том, что совершенно случайно мы помогли вам и подставили себя под удар? — подсказала я.

Я все еще не понимала, почему принц Альберт так зол.

— О том, что последователи запретной магии ищут друг друга, — вмешался в разговор Орсен.

— Но это же невозможно! — рассмеялись мы с госпожой одновременно.

— Сильвия ведь дракон, какая запретная магия?! — не удержалась я.

— Обыкновенная запретная магия, — тяжело вздохнул Орсен. — Среди тех, кто помогает адептам этой магии, уже встречались драконы. И не единожды.

Это шутка? Серьезное выражение лица Орсена говорило о том, что ни капельки лжи в его словах нет. Госпожа замерла, а я замерла от удивления. Как же так? Драконы идут против своих же? Такого