Полёт на одуванчике (СИ) - Гусарова Александра

Первое полицейское управление встретило меня своим серым, хмурым видом. Словно старому зданию не нравился тот факт, что я собралась нарушать его покой. К записке императора прилагался пропуск, который давал мне право беспрепятственно входить в любые государственный учреждения.

Я с трепетом поднялась к кабинету начальника. Неужели я сейчас его увижу? Даже боялась поверить в свое счастье. В приемной сидел незнакомый мне молодой мужчина.

- Интересно, старого уволили или повысили? – ненавязчиво промелькнуло в моем мозгу. Потом стало смешно. Какие проблемы меня сейчас волнуют! Я подошла к нему и протянула пропуск со словами:

- Могу я видеть господина Ребуни?

Секретарь или адъютант, я не знаю, как его правильно назвать, завидев на пропуске королевского орла, почтительно поклонился и указал рукой на кресло у стены. Сам же взял пропуск и связался с начальником. К сожалению, общение, как и в первый раз, было мысленным. Что ему сказали, что он ответил, я не слышала. Но дверь в кабинет была тут же открыта, а меня жестом пригласили войти.

Поискав взглядом, Владмира взглядом я не обнаружила, что меня крайне озадачило.

- У него совещание, пройдите за следующую дверь! – негромко подсказал секретарь, видя мою растерянность.

Я услышала голоса, на которые до этого не обратила внимания. Раздавались они из-за массивной резной двери на противоположной от входа стене. До этого я эту дверь даже не замечала. Подошла, замешкавшись на секунду. Но раз секретарь сказал идти, я решительно ее толкнула и сделал шаг внутрь.

- Что вы себе позволяете? Думаете, что если есть императорский пропуск, то все дозволено! – Владмир резко вскочил с кресла, нетерпеливо сжав руки в кулаки.

Я же невольно затормозила. На такой прием явно не рассчитывала. Это что получается, я все себе придумала? Любовь, мечты о замужестве? Мои глаза бегали по лицу любимого, отмечая изменения, произошедшие в нем с того момента, как мы расстались. Глаза его покраснели, веки припухли, словно мужчина не спал все то время, как я исчезла с его горизонта. Щетина на впалых щеках явно превышала сексуальные и допустимые трое суток. Да и одежда был совсем не первой свежести. Образ Ребуни был противоположен тому, к которому я привыкла. Мой Владмир всегда был одет с иголочки, ботинки начищены, а щеки гладко выбриты. Только вот меньше любить я его от этого не стала. А он… Я лишь прошептала:

- Извините! – и попятилась обратно, срываясь на бег.

Меня остановил крик:

- Мари!

Быстрые шаги оповестили о том, что начальник первого управления наконец узнал меня и сейчас приближается стремительным шагом. Убежать я уже не успевала, да и не собиралась. Мари Обю привыкла смотреть трудности в лицо. Пусть лучше он сам мне скажет, что думает о моих глупых чувствах. Я замерла на месте, но в его сторону не повернулась.

- Мари, девочка моя, это правда ты?

Он приблизился вплотную, протянул было руки в мою сторону. Но не встретив ответной реакции безвольно уронил их вдоль тела. Мне неожиданно стало смешно. Я чуть сдержала смех в этой почти трагической ситуации и подняла глаза, оглядывая зал для совещаний. За длинным полированным столом из темного дерева сидело человек тридцать не меньше. Мужчины были разных возрастов от совсем молоденьких лейтенантов в полицейской форме, которая топорщилась на них, еще не успев лечь по фигуре нового хозяина, до убеленных сединой генералов. Сейчас же он все смотрели на нас. Молодые с любопытством и улыбками на губах. Старики же осуждающе хмурились. Но при этом они все сидели на совещании у Владмира и, похоже, были у него в подчинении.

- Ваше… - начал говорить один из генералов.

- Бикс! – зачем-то одернул его Владмир.

Мужчина кашлянул, покраснел, а затем все-таки продолжил, заикаясь:

- Ваше совещание закончено? Мы можем идти?

- Идите! – бросил он, при этом пожирая меня глазами.

Мужчины встали и по одному, бочком просочились возле нас. А мы так и стояли, не говоря друг другу ни слова, замерев. Но при этом жадно пожирая друг друга глазами. Когда последний подчиненный покинул кабинет, аккуратно затворив за собой двери, Ребуни отмер:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Мари, ты вернулась? – он сделал еще один шаг ко мне, осторожно, словно боясь обидеть, убрал прядь волос с моего лица, которая вырвалась на волю в момент моего стремительного бегства.

- Вернулась, -  согласно кивнула я головой и нерешительно положила руки на грудь мужчине. Ладонями почувствовала, как гулко, убыстряя темп, бьется сердце в этом каменном на первый взгляд человеке. Только вот взгляд Владмира говорил об ином. Недовольство и неверие сменились чем-то радостным, светлым.

- Я же все это время тебя искал! Где ты пряталась от меня? Уже отчаялся тебя найти, - его руки сомкнулись на моей талии и легко притянули к себе. Казалось, что он боялся, что я его оттолкну.

- Мне не оставили выбора, заставив уехать, - я тоже еще не могла поверить, что стою рядом с ним.

- Кто? Я убью его! – он обжег меня взглядом.

- Это мой зять. Я не хотела бы, чтобы наши отношения начались вновь с убийства, - постаралась немного притушить его эмоции.

- Я люблю тебя, - немного невпопад ответил Владмир. Эти слова показались мне прекрасной музыкой.

- А я тебя! – лишь успела выдохнуть, как он со стоном привлек меня к себе и впился в губы, сминая их. Я понимала, что заслужила эту грубую ласку. Я же ему могла бы хотя бы записку оставить. Только что бы в ней написала? Потому мои сомнения быстро выветрились из головы, позволяя любви полностью затопить все мое существо.

Владмир гладил меня по спине, прижимая к себе, словно хотел впечатать в свое тело навеки. Я же с удовольствием запустила пальцы в жесткие темные волосы мужчины, притягивая его голову к себе и заставляя углубить поцелуй.

Сколько продолжалось это безумство, я не знаю. Но в какой-то миг поцелуй закончился. А я встретилась вновь с серьезным взглядом:

- И все-таки, куда ты исчезла, что лучшие ищейки Раала не смогли найти твой след? Все эти люди, которые сидели здесь, уже две недели занимаются твоим поиском. Мы обшарили весь Раал, даже в приграничную Гразелию наведались. Но там нет твоих следов. Никто и нигде не встречал Марию Вир.

- Н-не знаю, - я даже начала заикаться под его возмущенным взором. – Мы просто экстренно уехали. Зятю срочно понадобилось вернуться домой.

Владмир, хоть и перестал меня целовать, но из объятий не выпустил. Сейчас он стоял, прижавшись лбом к моему и умудрялся заглядывать в глаза.

- Пообещай, что ты больше никогда меня не кинешь! – в его голосе было столько страдания и тоски, что я, естественно, дала обещание, которое он так хотел о меня услышать.

Но в тот момент я еще даже не представляла, что уже сегодня вечером его нарушу.

Как оказалось, у Владмира на сегодня были еще неотложные дела. В частности Его императорское величество поручил начальнику первого управления заняться розысками Марты, дочери Базиля. Выяснилось, что мой возлюбленный живет по строгому распорядку дня, вернее работы. Только работа у него занимала практически все время, оставляя лишь короткие передышки на сон. Каждое утро Ребуни занимался моими поисками, а после обеда вел оставшиеся дела. Так как маньяк, или вернее, маньяки были пойманы и обезврежены, срочной работы поубавилось. Но меньше ее от этого не стало.

Мы с ним пошли пообедать в близлежащее кафе. И теперь сидели и наслаждались беседой и близостью после долгой разлуки, периодически целуясь, забывая про еду.

- Почему ты не смог меня найти? – удивилась я тому, что он не смог меня найти. Я же всегда на виду. – Мы же границу переходили. И там по любому сделали отметку.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Не знаю, что произошло, но ни на одной заставе Мария Вир зарегистрирована не была. Ты мне можешь это объяснить? – мужчина вопросительно вздернул бровь. А я прикусила губу, соображая, что ответить. Император же просил меня пока не раскрывать мой настоящий титул. А ведь Мария Вир границу точно не переходила. А об истинном положении дел начальник первого управления, похоже, не догадывался. И я была солидарна с Иваром. Вдруг от принцессы Ребуни откажется? Просто посчитает себя неподходящей парой для венценосной особы. И что мне тогда делать?