Читай по губам... (СИ) - Юдина Екатерина

Вот это уже было плохо. Я даже подумала о том, чтобы все-таки вернуться в Сорбонну, но Сан-Дени был уже так близко и мне хотелось сделать то, на что я уже решилась. Поэтому, подумав, что позже все объясню Моно, я быстрым шагом пошла дальше.

Уже оказавшись в Сан-Дени, я сразу поймала такси. По выражению лица водителя поняла, что ехать не так уж и далеко, но этот район являлся таким же гетто, как и Шампиньи, из-за чего ходить по здешним улочкам я не собиралась. Еще и на всякий случай все золото спрятала.

Около нужного здания я оказалась довольно быстро. Им являлась безликая пятиэтажка потрепанного вида. Похожие я видела в Шампиньи и точно такими же было усеяно все Сан-Дени. Тут так же царила атмосфера болезненной безысходности и воздух пах горькой сыростью. Неприятное место. Оно давило на сознание.

Заходя в пятиэтажку, я старалась вести себя очень тихо и постоянно прислушиваться к посторонним звукам. Все же лифта тут не было и квартира Эжена находилась на последнем этаже, а я понятия не имела, что могло меня ожидать на лестничных пролетах.

Кто-то мог сказать: «Нану, ты слишком сильно переживаешь. Люди ведь не звери». Нет, в гетто многие люди уже людьми не являлись и, если в Париже существовали места, где стоило быть по-настоящему осторожной, то, определенно, это Сан-Дени и Шампиньи.

Я понимала все это, из-за чего очень крепко сжимала в ладони перцовый баллончик, который прятала в кармане пальто и в любой момент была готова им воспользоваться, но, к счастью, к нужной квартире добралась без приключений.

Некоторое время просто рассматривала дверь, а потом все же нажала на звонок. Вот только, время шло, а из квартиры не доносилось ни шороха и мне никто не открывал.

Я еще несколько раз позвонила, а потом постучала, после чего нахмурилась и уже собиралась уходить, но, внезапно, на лестничной площадке появилась пожилая женщина. Судя по всему, она возвращалась из магазина и, окинув меня взглядом, негромко сказала:

— Если ты к Эжену, то его, скорее всего, нет дома. Он днем никогда тут не бывает. Всегда или на учебе, или на работе.

— Нет, я пришла к старшему Леграну.

— Тогда еще жди. Он точно дома, но ходить ему тяжело.

Будто в подтверждение слов этой старушки, я наконец-то услышала приглушенный шорох доносящийся из-за двери. Эта пожилая женщина уже успела зайти к себе, а я только почувствовала, что, наконец-то мужчина оказался около двери, но пока что ее не открывал.

— Здравствуйте. Я подруга Эжена, — сказала, почувствовав, что мужчина смотрел на меня через дверной глазок.

— Его нет дома, — донеслось хриплое и еле слышное.

— Я знаю. Мне бы хотелось поговорить с вами.

Несколько секунд длилась тишина, после которой дверь все же была открыта и я увидела мужчину лет пятидесяти. Очень худой и вообще внешность у него казалась чрезмерно болезненной. Даже стоял он лишь благодаря тому, что опирался о стену. При этом, он не казался злым, или плохим. Не было в его глазах чего-то такого, что оттолкнуло бы. Хотя, я все равно не убирала ладовь от газового баллончика. 

— Что-то случилось? — спросил мужчина.

— Ничего особенного, — я отрицательно качнула головой и приветливо улыбнулась. — Я хочу сделать подарок для Эжена, но для этого мне нужны его фотографии. Вот я и решила втайне от него прийти к вам и попросить несколько снимков с тех времен, когда ему было пятнадцать или шестнадцать лет.

— Я даже не знаю смогу ли вам помочь, — сказал мужчина задумчиво. — Эжен не сильно любит фотографироваться, поэтому даже с колледжа фотографий немного.

Он еще сильнее задумался, но сказал, что попытается поискать снимки.

— Пожалуйста, подождите немного, — мужчина ушел, но перед этим закрыл дверь.

Я заметила, что ему неловко быть таким негостеприимным, но все же «отец» Эжена слишком слаб, а жизнь в гетто научила не пускать в квартиру незнакомых людей. По сути, пока он в таком состоянии, даже я была сильнее него.

Наверное, прошло не меньше получаса, прежде чем дверь опять открылась. Судя по всему, поиски фотографий вымотали мужчину, так как он выглядел сильно побледневшим и уставшим, но все же он протянул мне два снимка.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Спасибо, — я опять улыбнулась. Мы с мужчиной перекинулись еще несколькими фразами и я сделала вид, что уже собиралась уходить, перед этим пообещав, что обязательно верну фотографии.

Но все же я задержалась ведь мужчина начал спрашивать у меня про то, что у Эжена интересного происходило в университете и про то, как у него вообще обстояли дела. Я предположила, что парень сюда своих друзей не водил, а его «отец» искренне интересовался делами своего приемного сына и, даже услышав, что у Эжена много друзей, он так улыбнулся, что мне это показалось невероятно милым.

Но ведь я пришла сюда не для того, чтобы умиляться и, дождавшись подходящего момента, я сказала:

— Кстати, я хотела у вас кое-что спросить.

— Что именно?

— Как вам удалось выдать Реми Моно за вашего приемного сына? Сделали ему поддельные документы, раз он теперь живет под другим именем?

Я ожидала первую реакцию на мои слова и она превзошла все ожидания. Тем более, слишком явной она оказалась. В глазах мужчины полыхнули удивление, шок, растерянность и страх.

— Что?.. Я… Я не понимаю о чем вы, — даже спустя несколько секунд он не смог взять себя в руки, а я окончательно поняла, что мои догадки касательно Эжена не ложные. Из-за этого я сама немного растерялась, ощущая, как в груди зажгло от непонятных, но очень сильных эмоций. Скорее я ожидала, что все окажется ровно наоборот и подтвердится то, что Реми и Эжен два разных человека.

— Если не понимаете, тогда, пожалуй, я попытаюсь найти ответы на эти вопросы в другом месте. Еще раз спасибо за фотографии.

Я развернулась и направилась в сторону лестницы, но услышала позади себя:

— Подождите… — мужчина попытался пойти за мной, но не устоял на ногах и упал на лестничной площадке. Еще и ударился лицом о бетон, из-за чего на подбородке появилась довольно глубокая, кровоточащая ранка.

Я тут же взволнованно подбежала к нему и попыталась помочь подняться, при этом, спрашивая, как он себя чувствовал. Слишком ужасным был звук столкновения его головы о бетон, но, казалось, Легран на это вовсе не обращал внимания. Будто не чувствуя, что по его лицу текла кровь, он раз за разом спрашивал откуда я узнала про то, кем на самом деле являлся Эжен.

— Я общалась с Реми в детстве и узнала его, когда встретила в Сорбонне, — сказала, все так же пытаясь помочь мужчине встать. Говорила это лишь бы успокоить его.

— Пожалуйста, никому не говори… — все так же взволнованно шептал мужчина.

— Вам нужно рану обработать. Аптечка у вас есть?

Кое-как я помогла Леграну войти в квартиру, после чего завела его на кухню и там усадила на стул. Выведав, где находилась аптечка, сбегала за ней, попутно немного осмотрев квартиру. Тут было более-менее чисто, но пусто. Очень мало мебели, а та, что имелась в квартире — старая и ветхая. На некоторых полках в ряд лежало множество лекарств. Казалось, что ими тут даже воздух пропах, но в остальном квартира напоминала обычное жилье, находящееся в гетто.

Вернувшись на кухню, я обработала мужчине ранку. Он пытался, что-то говорить, но я попросила его немного помолчать, ведь иначе я просто не могла стереть кровь.

— Я вам чай сделаю, — сказала, закрывая аптечку, после чего пошла к плите.

— Ты же никому не расскажешь о том, кто на самом деле Эжен? — казалось, мужчина немного успокоился, хоть и его руки слегка подрагивали, а, значит, мы уже могли поговорить.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Мне кажется, или вы боитесь, что кто-то об этом узнает? — я вопросительно приподняла бровь. — Давайте я сразу объясню, что зла вам и Реми не желаю. Более того, когда-то он был для меня очень дорогим человеком и сейчас я просто хочу узнать, что с ним произошло и почему Реми теперь живет под другим именем.

Мужчина некоторое время молчал, а потом сказал, что забрал Реми себе, чтобы защитить.