Лиза Смит - Дневники вампира: Голод

– Правда?

– Конечно. За определенную цену.

Елена молча на него уставилась. Кровь прилила к ее лицу. Когда она сумела найти слова, они прозвучали всего лишь как шепот:

– За какую… цену!

Во тьме засветилась улыбка.

– За несколько минут твоего времени, Елена. За несколько капель твоей крови. Всего лишь за какой-то час, проведенный наедине со мной.

– Ты… – Елена не смогла подобрать подходящее слово.

Все эпитеты, которые она знала, казались слишком мягкими.

– В конце концов, я все равно этого добьюсь, – спокойным тоном проговорил Дамон. – Если ты будешь честна сама с собой, ты охотно это признаешь. Последний раз вовсе не был последним. Почему бы тебе просто с этим не смириться? – Его голос приобрел более теплый, интимный тембр. – Помни…

– Да я лучше горло себе перережу, – прорычала Елена.

– Заманчивая мысль. Но если это сделаю я, ты, по крайней мере, получишь удовольствие.

Дамон откровенно над ней потешался. И Елена вдруг поняла, что больше не может этого терпеть.

– Ты просто отвратителен и сам это знаешь, – резко проговорила она. – Меня от тебя тошнит. – Елена теперь тряслась и не могла толком вздохнуть. – Я скорее умру, чем поддамся тебе. Я скорее…

Елена не очень хорошо понимала, что заставило ее так поступить. Словно какой-то инстинкт ее пересилил, пока она общалась с Дамоном. И в тот момент она действительно чувствовала, что скорее рискнет чем угодно, нежели позволит ему и на сей раз победить. Елена вдруг заметила, что Дамон расслабленно отклоняется назад, наслаждаясь поворотом, который приняла их игра. Девушка тем временем лихорадочно прикидывала, как далеко крыша выдается над балконом.

– Я скорее сделаю вот так, – выдохнула она и резко метнулась вбок.

Елена оказалась права – в это мгновение Дамон не держался настороже и не мог двинуться достаточно быстро, чтобы ее остановить. Но, с ужасом почувствовав под ногами свободное пространство, Елена поняла, что балкон располагается дальше, чем ей казалось. Она никак на него не попадала.

Кроме того, она все-таки не рассчитала той стремительности, с какой мог действовать Дамон. Его рука буквально выстрелила и вцепилась в Елену, удерживая ее в воздухе, словно ее вес ничего для него не значил. Елена машинально ухватилась за покрытый дранкой край крыши и попыталась поставить туда колено. В голосе Дамона прозвучал гнев.

– Ты, дурочка! Если ты так жаждешь познакомиться со смертью, я сам могу тебя ей представить.

– Отпусти меня, – сквозь зубы прошипела Елена. Она почему-то не сомневалась в том, что кто-нибудь сейчас выйдет на балкон. – Отпусти.

– Здесь и сейчас?

Заглядывая в эти бездонные черные глаза, Елена вдруг поняла, что Дамон говорит совершенно серьезно. Если она подтвердит свою просьбу, он ее отпустит.

– Так можно было бы быстро со всем покончить, разве нет? – холодно осведомилась Елена.

Ее сердце отчаянно колотилось от страха, но она не собиралась допускать, чтобы Дамон это почувствовал.

– Да, но это была бы такая жалость. – Одним резким движением Дамон подтянул ее к себе.

Сильные руки сжимали Елену в крепких объятиях, и она вдруг поняла, что ничего вокруг себя не видит. Она словно оказалась чем-то окутана, а затем гладкие мышцы Дамона напряглись, как у огромного кота, и он, по-прежнему держа Елену в своих объятиях, спрыгнул с крыши.

Они стали падать. Елене не оставалось ничего другого, кроме как изо всех сил прижиматься к Дамону, пока весь мир словно крутился вокруг нее. Затем Дамон по-кошачьи мягко приземлился на газон.

Стефан однажды что-то подобное делал. Но он не прижимал к себе Елену после приземления. А губы Дамона теперь почти касались ее губ.

– Подумай над моим предложением, – прошептал вампир.

Елена даже не могла отвернуться. И на сей раз она точно знала, что никакой Силы Дамон не использует. Все дело было в гремучей смеси взаимного притяжения. Было бесполезно это отрицать – тело Елены откликалось на тело Дамона. Она могла почувствовать его дыхание на своих губах.

– Я совершенно в тебе не нуждаюсь, – сумела выдавить из себя Елена.

Тут ей показалось, что Дамон собирается ее поцеловать, однако он этого не сделал. Сверху донесся скрип раскрывающейся двери, а потом на балконе раздался раздраженный голос:

– Эй! Что происходит? Там кто-то есть?

– На сей раз я оказал тебе услугу, – негромко проговорил Дамон, все еще сжимая Елену в своих объятиях. – В следующий раз я намерен получить за нее плату.

Елена не могла отвернуться от него. Если бы Дамон в тот момент ее поцеловал, она бы ему это позволила. Но внезапно руки вампира еще крепче ее сжали, а лицо его словно помутнело. Все выглядело так, словно Тьма вбирала его в себя. Наконец черные крылья забились в воздухе, и огромная ворона отлетела прочь.

Какой-то предмет, то ли книжка, то ли ботинок, полетел следом за ней с балкона. Однако промах составил не меньше ярда.

– Чертовы птицы! – донесся сверху голос мистера Форбса. – Должно быть, они гнездятся на крыше.

Дрожа и обнимая себя руками, Елена таилась во тьме, пока мистер Форбс снова не вернулся в дом.

Бонни и Мередит она обнаружила у ворот.

– Что ты так долго? – прошептала Бонни. – Мы уже подумали, что Форбсы тебя поймали!

– Они чуть было меня не поймали. Пришлось затаиться, пока я не смогла оттуда выбраться. – Елена так привыкла лгать насчет Дамона, что теперь сделала это без всякого сознательного усилия. – Пойдем домой, – прошептала она. – Больше мы ничего здесь сделать не можем.

Расставаясь с Еленой у двери ее дома, Мередит заметила:

– До Дня основателей осталось всего две недели.

– Я знаю. – На мгновение Елена вспомнила о предложении, сделанном Дамоном, а затем помотала головой, чтобы хоть как-то ее прояснить. – Ничего, я что-нибудь придумаю, – сказала она.

До следующего дня в школе Елена почти ни о чем не думала. По счастью, Кэролайн, похоже, не заметила, что кто-то рылся у нее в комнате. Но это было единственным, что Елена смогла счесть ободряющим. Тем утром состоялось собрание, на котором было объявлено, что школьный совет избрал Елену ученицей, обязанной представлять «Дух Феллс-Черча» на празднике в честь Дня основателей. В течение всей речи директора на лице у Кэролайн сияла триумфально-зловещая улыбка.

Елена пыталась не обращать внимания на бывшую подругу. Она также приложила все усилия, чтобы проигнорировать все те обиды, что выпали на ее долю после собрания, хотя это и было нелегко. Это было очень нелегко, и бывали минуты, когда Елене казалось, что она вот-вот кого-нибудь ударит или просто начнет кричать, но пока она сдерживалась.

В тот день, дожидаясь начала урока истории, шестого и последнего, Елена внимательно изучала Тайлера Смоллвуда. С тех пор как Тайлер вернулся в школу после временного исключения, напрямую к Елене он не обращался. Зато улыбался так же мерзко, как Кэролайн во время речи директора. И тут, заметив, что Елена стоит в одиночестве, он толкнул локтем Дика Картера, своего закадычного приятеля.