Линси Сэндс - Мой опасный возлюбленный

И внезапно умолкла — воздух прорезал пронзительный крик. Обернувшись к витрине, Инес увидела одетую в строгое, темное платье невысокую и довольно худую пожилую женщину, которая с удивительной для ее возраста прытью проскользнула мимо стоявшей в витрине молодой женщины, быстро распахнула открывшуюся, как дверь, витрину и выскочила наружу.

Продолжая что-то кричать, женщина набросилась на туриста, норовя вырвать у него из рук камеру. Мужчина испуганно попятился.

— Пошли скорей, — сказал Томас.

Оторвав взгляд от уличной перепалки, Инес посмотрела на Томаса. Перехватив ее взгляд, он тут же зашагал прочь, вынуждая Инес следовать за ним. Инес предпочла остаться и посмотреть, чем все закончится, но оставаться одной в этом квартале ей не хотелось.

— Почему здесь запрещено снимать? — спросила она и оглянулась: мужчина с камерой предлагал рассерженной женщине деньги, но та в ярости отшвырнула деньги и набросилась на беднягу с удвоенной энергией.

Томас не ответил, и Инес, то и дело оглядываясь, увидела, как двое крупных мужчин, пройдя через остававшуюся открытой витрину, поспешили на помощь невысокой женщине. Инес поняла, насколько прав был Томас, не позволив ей фотографировать. Оператора-любителя ожидали серьезные неприятности.

Заметив, что значительно отстала от Томаса, Инес чуть не бегом бросилась догонять его.

— Томас, почему такой переполох из-за съемки?

— Частная жизнь, — процедил сквозь зубы Аржено, когда она поравнялась с ним. — Эти женщины не хотят, чтобы их фотографировали, как и большинство мужчин, которые их посещают. Это плохо сказывается на бизнесе. Кому захочется посещать проститутку, если есть риск, что тебя сфотографируют?

— Ну да, конечно, — сказала Инес и сунула телефон в сумочку. Она совсем забыла о том, чем занимаются эти женщины, когда задергиваются занавески. Ведь все происходило настолько открыто, что создавалось впечатление, что это, скорее, некое ярмарочное представление, а не обычная, пусть и официально разрешенная проституция. Все дело в атмосфере, поняла она, вновь обводя взглядом старые, уютные, тесно прижавшиеся друг к другу домики. Район был хорошо освещен, а все вокруг, вплоть до отражающихся в воде широкого канала огней, напоминало театральную декорацию. Пешеходные дорожки были чистыми, здания — опрятными. Нигде не валялся мусор, не было граффити, при этом освещении все здания казались ухоженными и аккуратными, а люди, проходившие мимо, были в основном туристами: группы мужчин, парочки, группы парочек, все одеты довольно буднично, но как минимум опрятно; люди смеялись, разговаривали и, проходя по улице, заглядывали в витрины больше из любопытства, чем из желания воспользоваться услугами заведения:

Несмотря на то что практически в каждом доме располагался либо секс-шоп, либо заведение пип-шоу, где через глазок можно было наблюдать за сексуальным представлением, несмотря на множество витрин с полуобнаженными женщинами, атмосфера, скорее, напоминала карнавал, чем... квартал красных фонарей.

Неожиданно Томас остановился, и Инес с некоторой тревогой посмотрела на него:

— В чем дело?

— Вот это место, — ответил он.

— Здесь? — с сомнением спросила Инес. Они стояли перед секс-шопом, на залитой красноватым светом витрине красовались обнаженные латексные красавицы, силиконовые фаллосы и еще многое, что могло удовлетворить самую изощренную сексуальную фантазию. Инес никак не ожидала, что Маргарет Аржено может оказаться в таком месте.

— Герб сказал, что она должна находиться в радиусе не более пятидесяти футов, — произнес Томас, внимательно оглядываясь вокруг, между бровей у него залегла глубокая складка.

Инес посмотрела в одну сторону, затем в другую, пытаясь определить, сколько это будет — пятьдесят футов — в том и другом направлении. Однако на этом маленьком отрезке не было ни баров, ни ресторанов, только секс-шопы и залитые красным светом окна.

Краешком глаза она заметила движение и бросила взгляд на окно второго этажа — миловидная молодая блондинка в белых кружевных трусиках, почти прозрачном бюстгальтере и ажурных чулках раздвигала шторы. Рядом с ней в комнате стоял мужчина, видимо, только что натянувший брюки, брючный ремень еще был расстегнут, мужчина торопливо застегивал рубашку. Внешность у мужчины была самой заурядной: среднего роста, худощавый, с непримечательным и маловыразительным лицом. Он был явно смущен и встревожен тем, что женщина открывает занавеску, прежде чем он успел одеться и уйти. Инес и сама почувствовала неловкость за мужчину. Она отвернулась, чтобы не лезть в чужую частную жизнь, и посмотрела на Томаса.

— Должно быть, когда Герб засек ее телефон, она проходила здесь, — сказала Инес. — Может, стоит позвонить твоему другу и попросить его еще раз проследить телефон Маргарет?

Он кивнул и достал мобильный.

Инес огляделась, ожидая, пока он позвонит, ее взгляд скользнул по окнам домов, и она отметила, что женщины на втором этаже казались более симпатичными, чем те, которые занимали первые этажи. Кроме того, на женщинах второго этажа было более дорогое нижнее белье, чем у женщин с нижних этажей. Интересно, подумала Инес, может, они и за свои «услуги» получают по-разному?

В это время Томас дозвонился до приятеля и начал объяснять возникшее затруднение. Инес рассеянно слушала, как он просит Герба вновь проследить звонки. Когда разговор закончился, Томас захлопнул телефон и, отвечая на вопросительный взгляд Инес, сказал:

— Он перезвонит, когда определит координаты.

Она кивнула и отошла в сторону, освобождая путь большой компании мужчин, отплясывающих какой-то странный танец и распевающих непристойные песенки. Когда они прошли, Инес повернулась к Томасу и предложила:

— Почему бы нам не найти какой-нибудь паб, где мы могли бы подождать?

Томас заколебался, потом покачал головой:

— Мы можем выбрать неверное направление и оказаться от Маргарет еще дальше.

— Ты прав, — вздохнула Инес. Она устала и, помимо всего прочего, натерла ноги, рискнув надеть новые туфли из предоставленного ей гардероба. К тому же она была голодна, несмотря на то что в этот день перекусила дважды. И жаловаться Томасу не имело смысла, он ведь просил ее остаться в отеле. Инес поморщилась и подошла к ажурным металлическим перилам, идущим вдоль канала и служащим заграждением, чтобы какой-нибудь неосторожный, просто пьяный или обкурившийся турист не свалился в воду.

— Ты выглядишь усталой, — сказал Томас и нахмурился, но Инес лишь пожала плечами, тогда он окинул взглядом улицу. — Пойдем. Возможно, пройдет не меньше часа, прежде чем он позвонит. Мы можем чего-нибудь выпить и перекусить.