Жизнь и Месть Чёрной Королевы (СИ) - Головач

— И не только такая.

Сиэль несколько коварно сверкнул своими голубыми глазами, в которых на секунду проскользнул некий азарт:

— Поверь мне, объединившись с твоей теперь уже демонической сущностью, частичка моей души даст тебе куда больше преимуществ, чем ты можешь сама подумать.

— Ты говоришь так, словно…

— Тебе нужно знать лишь то, что я уверен в том, что говорю.

— А я не буду уверена в твоих словах, потому что на самом деле ты можешь быть и не Сиэлем, а очередной уловкой Клода или любого другого демона, что пытается сейчас меня вновь в ловушку усадить.

— Если бы это было так, то они бы наверняка использовали что-то более изощрённое. Впрочем, это даже хорошо, что ты проявляешь подобную осторожность.

— После всего того, что мне пришлось пережить, я каждого демона проверяю чуть ли не на электрическом стуле и даже сыворотку правды создала, чтобы никто из них мне лгать не вздумал даже мысленно.

На лице мальчика заиграла довольная и удовлетворённая ухмылка:

— В таком случае тебе нечего опасаться, Регина. Ты всегда сможешь найти способ проверить меня и мои намерения, если только пожелаешь — затем его лицо стало вмиг серьёзным, и он протянул мне руку: — Но, как я и говорил раньше и говорю сейчас, я действительно хочу помочь тебе и Себастьяну в борьбе против Клода. Поэтому и прошу тебя довериться мне.

— Откуда мне знать, что ты не предашь? — я изогнула бровь, взглянув на юношу. — Или не будешь использовать меня для забавы Дьяволу?

— Я, конечно, люблю по-хитрому играть с людьми и использовать их в своих целях, однако уж точно не своих союзников или друзей. И тебе это прекрасно известно из моих воспоминаний и рассказов самого Себастьяна. Как и ты, я не посмею предать дело, за которое берусь изначально и тем более не посмею предать тех, кто мне дорог.

— Вот уж воистину, хитрый и искренний Фантомхайв. Ты так считал другом и леди Элизабет? Я помню, как Себастьян, рассказывая это, засмущался и умилённо хихикнул, представляя твоё смущённое лицо.

— Мы с Элизабет были обручены с самого детства, и хоть я и считал её порой невыносимой, но… Кхм… Да, она была первым моим другом, который никогда не оставлял меня в трудную минуту.

Щёки Сиэля залились едва ли заметным румянцем, стоило ему вспомнить о своей невесте, но вместе с тем в его глазах отразилась некая лёгкая печаль.

— Прости, я не должна была затрагивать эту тему. Я ведь помню, что ради этой девушки ты пожертвовал собой, — я с сожалением посмотрела на мальчика.

— Нет нужды извиняться, Регина, — голос его был по-прежнему серьёзен и даже немного строг. — Всё это было очень давно. К тому же я ничуть не жалею, что поступил именно так и не отступил от своего в нужный час. Любой член семьи Фантомхайв на моём месте сделал бы то же самое.

— Других слов я от тебя и ожидать не думала.

— Потому что ты такой же человек слова и чести. Точнее уже демон.

Сиэль слегка усмехнулся и вновь посмотрел мне в глаза, всё ещё держа свою протянутую руку, чтобы я всё же пожала её, принимая при этом его будущую помощь:

— Ну, так что? Примешь предлагаемую мной помощь и позволишь снова частичке моей души воссоединиться с тобой?

— Боюсь, если я сейчас откажусь, то потом очень сильно пожалею об этом, — с моих губ сорвалась такая же ухмылка, и я, наконец, пожала руку юного графа в знак согласия.

— Ещё бы. Не просто пожалеешь, но потом и не простишь себе этого вовсе, дорогая Регина.

— Ну, конечно.

После этих слов мы с Сиэлем одарили друг друга несколько ехидными, но при этом вполне удовлетворёнными взглядами, пожимая руки.

Затем яркая вспышка света озарила мои глаза, и я буквально почувствовала, как моя демоническая сущность вновь воссоединилась с частичкой человеческой души мальчика. Было такое ощущение, словно мне вернули то, что отняли насильно когда-то… Будто это что-то было частью меня самой.

Проснувшись же немного резко, я обнаружила, что уже наступило утро, и рядом со мной не было ни Себастьяна, ни Данилки.

— Слава Сатане… — я тихо и с неким облегчением выдохнула, даже слегка радуясь тому, что хотя бы пока никому не понадобится объяснять причину моего внезапного и резкого пробуждения.

— Ну и кто это уже у нас не спит? — послышался вдруг строгий голос Михаэлиса, неожиданно вошедшего в комнату.

— Себастьян? Я думала, ты уже уехал в мэрию… — я слегка приподнялась на локтях и, посмотрев на демона, чуть изогнула бровь.

— Перенёс работу сюда. Я в тебе кое-что почувствовал и решил остаться с вами. Или ты против моего присутствия?

— Вовсе нет.

Я вздохнула и, выбравшись из-под одеяла, села на край кровати.

— От тебя как всегда ничего не скроется, ведь так? — я негромко усмехнулась.

— Если не хочешь говорить об этом, то не говори. Мне важно быть рядом с тобой, дорогая, — голос Себастьяна был спокойным и понимающим.

— Боюсь, скрывать от тебя это я точно не могу. Просто не имею права, — взглянула я на любимого демона. — Ты должен первым знать, что…

Очередной глубокий вздох сорвался с моих губ.

— Себастьян, Сиэль… Он…

— Он обманул Дьявола и смог вернуться к тебе? — слабая улыбка заиграла на устах Михаэлиса. — Хитрый маленький засранец. Моя бы воля, отлупил бы его прямо сейчас.

— Этот мальчик всегда найдёт лазейку, даже в ловушке у самого Дьявола, — с лёгкой усмешкой в голосе отозвалась я.

— Удивляюсь, как он ещё не завладел твоим телом полностью.

— Как будто я позволю ему это сделать без крайней на то нужды. К тому же, если ты не забыл, я уже не человек.

— Хорошо, пожалуй, спорить с тобой в этот раз я не буду. Снова получу же от тебя ворчание.

— Если только ворчание.

Я невольно ухмыльнулась, наблюдая за тем, как Себастьян неторопливым и спокойным шагом прошёл в сторону окна, а затем сама встала с кровати и подошла к нему сзади.

— Признай, тебя радует, что Сиэль всё же смог обыграть Дьявола, — прошептала едва ли слышно я, осторожно приобнимая брюнета сзади за плечи.

— Рад, очень даже. Ты не можешь себе этого представить, — не менее тихим полушёпотом произнёс мужчина, развернувшись и обняв меня за талию.

В ответ же на это я лишь чуть крепче обняла его.

Я прекрасно понимала, что всё это время Себастьян винил себя не только в том, что не смог спасти своего когда-то юного господина, но и в том,