Жизнь и Месть Чёрной Королевы (СИ) - Головач

пустил в зверя два своих кинжала, от которых тот смог всё же ловко увернуться. Отскочил, защитив себя от атаки и, пробежав по стене, словно по лёгкому подъёму в гору, побежал на меня.

Айзек быстро повалил меня на пол и попытался расцарапать меня до состояния фарша. Но я смогла отбиваться с помощью хлыста и, подключая свою силу, оттягивать демона-фамильяра от себя, издавая такое же встречное грубое рычание.

Когда же мне всё-таки удалось сбросить с себя нашего соперника, я быстро вскочила на ноги и принялась медленно обходить его, при этом ударяя хлыстом по полу так, словно пыталась запугать.

Себастьян, воспользовавшись отвлечением Айзека на меня, в одно же мгновение оказался у того за спиной и пустил ещё три кинжала ему в спину и шею.

Зверь издал оглушающий рёв, но своим хвостом, который он отрастил до размера травоядного крупного динозавра, ловко врезал Михаэлису хвостом так, что тот впечатался в стену и оставил на ней вмятину глубиной в полметра.

— Да… Сколько… Можно… Вбивать меня… В стену… Блядь…

— Кому-то нужно побольше практиковаться в ловкости уклонений, — будто с насмешкой прорычал Айзек.

— От такого хвостищи хрен увернёшься, — ухмыльнулась нагло я, с помощью хлыста схватив резко хвост демона, и с силой потянула его на себя.

— Эй! Пусти! — прорычал тут же демон, пытаясь уменьшить хвост. — Пусти! Это не честно!

— Дав-а-а-ай и его в стену херакни! — заверещала радостно Зира.

— Ах, не честно? Мне напомнить, как ты сам подло поступил, воспользовавшись брешью и начав питаться моей энергией, м-м-м-м? — я нахально улыбнулась и ещё сильнее потянула этого «пушистого» упрямца на себя, а затем, воспользовавшись силой телекинеза, резко отбросила его к самой дальней стене. — Так что не тебе говорить о честности.

— Пусти! Оторвёшь! — мне казалось, что Айзек блефует, но нет. Похоже, чтобы я его выпустила, ему пришлось позволить своему хвосту оторваться и отлететь вместе со мной в центр комнаты. — Ненавижу, когда хватают за хвост!

— Ай… — я всё же не устояла на ногах и рухнула вместе с оторвавшимся хвостом на пол. — А я терпеть не могу, когда моих близких или друзей впечатывают в стену таким наглючим образом. Так что привыкай, — добавила я ехидным тоном, поднявшись на ноги.

— Мне кажется или драка сейчас будет похожа на комедийную потасовку? — Уильям поправил свои очки и разочарованно вздохнул: — Типичные демоны, — за это он получил подзатыльник от Зиры, состроил недовольное выражение, но смолчал.

— Ты бы вспомнил, во что может превратиться драка с Греллем, особенно, если его противник тот ещё красавчик, — хмыкнула сразу же демоница. — Он точно может любое сражение превратить в романтическую драму, блин.

— О-о-о-о-ой… — жнец раздражённо зарычал, оскалив белоснежные ровные зубы. — Не надо.

— А-а-а-ах, спасибо, что напомнила, Зирочка, — Грелль же расплылся в острозубой, акульей улыбке и задёргал бёдрами, как плохая танцовщица восточных танцев: — Это были такие славные времена, когда я боролся за внимание Себушки!

— ЭЙ! — Айзен гаркнул так, что всё подземное побоище содрогнулось. — Может, хватит балаболить?!

— Привыкай, Айзек, — я ухмыльнулась в ответ, когда Себастьян встал рядом со мной и обнажил ещё десяток кинжалов в своих руках.

— Именно. Ведь наши товарищи в большинстве случаев истинные балаболы, — Михаэлис издал лёгкий и хитрый смешок.

— Сказал ГЛАВНЫЙ балабол! — проорали все наши товарищи хором.

— Дебилы, — процедил сквозь зубы брюнеты, подходя к Айзеку причмокивая и цокая, как пёсику: — Ц-ц-ц-ц, иди сюда, пёсик, я тебя кастрирую.

— Рук не хватит.

— Одному, конечно, — с улыбкой отозвалась тут же я, громко ударив хлыстом по полу. — Однако нас двое. И даже с громадным «зверёчком» мы вполне справимся.

— Интересно, вы во время секса также болтаете? — Айзек тут же оказался позади нас и ловко сбил ударом с ноги, как настоящий каратист. Да-а-а-а, удар и его волна оказались очень мощными, что Греллю и Зигириллу пришлось нас ловить.

— Ох… Такую силу бы да в нужное дело, — я достаточно быстро оправилась и ухмыльнулась: — Ну, да ладно, время баловства закончилось, — а затем одарила Себастьяна хитрым взглядом: — План «Б»?

— Ба-а-а, а я боялся, что ты и не вспомнишь об этом плане, — с игривым смехом отозвался Михаэлис, подмигивая мне. — Прошу всех отойти к стенам помещения, сейчас будет немножко горячо.

— Немножко? Если это то, о чём я подумала, то вы слегка приуменьшили степень горячности, — Зираэлла чуть прыснула в кулак, а затем вместе со всеми отошла ближе к стене, продолжая наблюдать за всем происходящим.

Мы же с моим любимым хитрецом прошли в центр комнаты, дабы наше предстоящее «представление» не задело никого из наших.

Взявшись за руки, нам пришлось полностью сосредоточиться и объединить наши силы, чтобы после их можно было правильно направить в две весьма мощные стихии. Огонь, который воссоздал по одному лишь щелчку собственных пальцев Себастьян, и воздух, что благодаря моей воле стал обращаться сначала в сильный ветер, а после и в мощную бурю.

Стоило нашим с демоном глазам засверкать красным светом, как обе этих стихии объединились и, повинуясь нашей воле, создали подобный необычный, но при этом опасный и в то же время прекрасный «коллапс», разросшийся едва ли не на всю площадь комнаты.

Я и Себастьян, глядя друг другу в глаза, хищно улыбнулись и, повелевая этой теперь огненной бурей, направили её в сторону Айзека.

Демону-зверю некуда было бежать, только принять силу бури на себя и по возможности как-то от неё защититься.

Он попытался поставить на себя защитный барьер и стал подбираться к нам. Но чем ближе Айзек подбирался, тем тоньше становилась его защита, и больше урона от огня он получал.

Но на этом демон не остановился. Даже во время бури он будто обернулся огромным чёрным бумерангом с острыми, как бритва зубцами и направился в сторону Себастьяна, закружив его в чёрно-красном торнадо.

— Не так быстро, — уже прорычала я, вынужденно контролируя теперь обе стихии и повелевая ими из-за такого «фокуса» нашего соперника, которому удалось временно вывести Михаэлиса из игры. — И не с такими справлялись, — ухмылка озарила моё лицо.

И стоило глазам засветиться ещё ярче, как огонь стал ещё сильнее бить по нашему необычному «зверёнышу», а мощные потоки ветра всё больше и больше пытались вывести его из-под собственного же контроля.

— Вот же… Умный ход, — довольно рыча, монстр начал становиться больше и больше, заполнять собой почти всё пространство, словно обращался в желе. И хотя огонь прожигал его плоть до костей и угольев, он терпел и пытался, будто поглотить всё это в себя.

— Чёртов зверёныш… — проговорила я, чувствуя, как из-за