Очарованная силой - Нина Черная
- Может, подскажешь, где лекари хорошие водятся, раз о себе говорить не желаешь? – вздохнул Тама, когда не дождался от Адриана ответа.
- Я вам не доверяю пока, - сдался тот, обхватил себя руками и отвернулся к огню, - но вы не бросили меня. Наверное, можно рассказать. Нечестно по отношению к вам. Про себя-то вы все поведали.
Я сглотнула, а Тама закашлялся. Мы рассказали только то, что посчитали нужным. У каждого остались свои секреты.
- Я родился не здесь, - продолжил волк, не заметив нашу реакцию, - в столице. В имперском замке. Это было давно.
- Как же ты оказался в заброшенном городе? – потомок кочевников удивленно вскинул брови.
- Долгая история, - поморщился парень, - можно сказать, что меня выгнали. Несколько месяцев назад. Императрица осерчала. Она подумала, что я хотел причинить вред ее сыну. Нынешнему императору. Я набросился на него, не знаю, почему так разозлился. Меня хотели казнить, но знакомый стражник помог сбежать. С тех пор я скитался, а две луны назад обернулся в волка. Пока вы меня не нашли и не вернули мое привычное тело. Вот и все, что могу рассказать, - выдохнул Адриан и замолчал, в его глазах блеснули слезы.
- Значит, ты голубых кровей? – приподнял одну бровь Тама, а в его взгляде промелькнул корыстный интерес.
Будто он уже подсчитал, сколько мог получить за голову волка. Ну, или за его живую тушку. Я закатила глаза, бывших разбойников не бывает.
- Немного, - смутился Адриан, глянул на нас с опаской.
- Это не важно, - повела я плечами, - сейчас все равны, и простолюдины, и аристократы, и отбросы общества.
Тама вздрогнул и бросил на меня удивленный взгляд. Да, мне же не положено знать, что он раньше принадлежал шайке подземных разбойников. Я и не собиралась пояснять, никак не отреагировала на парня.
- Тебе надо решить – с нами ты пойдешь в Республику, или останешься тут, - закончила я фразу и выразительно посмотрела на снежного.
Адриан вздрогнул и перевел на меня взгляд, полный надежды. По спине пробежали мурашки, а сердце екнуло. Если бы не Мила, я бы и не подумала брать его с собой.
- А вы меня не сдадите? – голос парня дрогнул, а от его ясного, как небо в солнечный день, взгляда, кольнула совесть.
- Вряд ли нам всем стражники обрадуются, - прохрипел из своего угла граф, заставил нас вздрогнуть.
* * *
- Поаккуратнее управлять можно? – раздражение в голосе графа можно было резать ножом.
Мы четвертые сутки тряслись в колченогой телеге впятером. Мавка оттаяла, вернее, пришла подпитаться, следующим же утром. Посмотрела на меня презрительно, и обернулась вокруг шеи. Ощущения оказались странными. Будто из меня по капельке кровь качали. Питалась Агнеша около часа, потом уснула. Я чувствовала себя выжатым лимоном почти до самого вечера.
Мы решили задержаться в брошенном городе, потому что мавка уверила, что разрыв с навью не активен. Этого времени хватило, чтобы прийти в себя и немного подлечить графа. На улице же весна вступила в свои законные права. Холода отступили, трели птиц раздражали по утрам, чаще светило яркое солнце.
При сборах в дорогу я почти не помогала. Только указания раздавала. Трудились разбойник и волчонок, так его окрестил Тама, как самые выносливые.
Граф же лежал до самого отъезда, уткнувшись носом в стену, не ел, не пил и не разговаривал. Только изредка соглашался менять повязки и глотать горький отвар из коры дуба. Лихо с ним. Хоть желание чем-то помочь и присутствовало, только сделать я ничего оказалась не в силах. В лечении не сильна, трав собрать негде, с силой, что внутри начинала бурлить, совладать я пока не сумела.
Так мы и выдвинулись: ворчащий и охающий граф, который выбрал самое мягкое место в телеге, недовольный Адриан – его аристократическое величество заставили помогать, и взвинченный Тама. Он переругался со всеми, топал ногами и несколько раз грозился нас всех бросить.
- Можно, - огрызнулся последний, - слезай с телеги и топай пешком. Трясти не будет.
Нижинский поджал губы, закутался в свой плащ плотнее и прикрыл глаза. Я кожей ощущала, как ему тяжело и больно, только вот помогла уже всем, чем смогла. Может, это ему наказание свыше? За то, как обращался с крепостными и простолюдинами во время своего графствования?
Совесть тут же прикусила язык. Кивнула себе и размяла затекшие руки, ногам придется ждать еще пару часов. Тама сказал, что город близко, только вокруг все также уныло торчал прошлогодними палками бурьян, и укачивала ухабистая дорога.
Забытый тракт, видно, не так просто свое название получил. Колея сильно заросла, из-за дождей и оттепели землю развезло. Мы через раз попадали колесами в грязевую кашу, Адриану и Таме приходилось спрыгивать с козел и подталкивать телегу. Иначе бы мы так и просидели в ямах до обещанного конца.
Из-за непогоды и ветхого транспорта, наш путь задержался чуть ли не на пару суток. Приходилось останавливаться, давать лошадям отдых, греться у костра. Еще и лихорадка графа вернулась в полной мере, он по ночам стучал зубами и бредил.
Никогда раньше дорога не казалась мне такой изматывающей и вяло текущей. Почти все продовольствие, что собрали в Артыне, подошло к концу, поймать кого-то в лесу не вышло. Сейчас же мы уже сутки плутали по раскинувшимся вокруг полям и равнинам. Края мохнатых хвойников только мелькали на горизонте.
- Долго нам еще? – подхватил заунывный мотив графа Адриан, - я уже всю пятую точку отбил.
- И ты туда же? – взъярился Тама.
Телега в этот момент подскочила на коряге и с громким чавком ушла в жижу правым боком. Наши мешки полетели в грязь, как и многострадальный граф, который умудрился задремать. Остальные, включая меня, сумели задержаться за шершавые бока телеги и усидеть на местах.
Бывший разбойник витиевато выругался, смачно сплюнул в сторону вещей и спрыгнул с козел на землю. Я и Адриан последовали за ним.
- Сглазили ведь! – продолжил кипеть парень, когда за шкирку подтянул к себе волчонка и заставил вытаскивать ушедшие на половину в грунт колеса.
Адриан ругался под нос, сдувал прилипшие ко лбу кудряшки, но безропотно помогал. Я же бросилась к Нижинскому, очередные ранения ему ни
