Жена из забытого прошлого - Татьяна Андреевна Зинина
Зато беспокоило Фила, который стабильно раз в полгода привозил к нам новых именитых целителей. Да только они лишь разводили руками и уверяли, что время было упущено, и теперь с моими увечьями уже ничего не поделаешь.
Я тоже знала это, не зря же выучилась на целителя, но Фил почему-то продолжал надеяться. Он любил меня, хоть и увидел впервые только в мои девятнадцать лет. Называл дочкой, осыпал подарками, выполнял все мои желания. Но, не смотря на всё это, я так ни разу и не смогла назвать его отцом.
Не простила, что когда-то он оставил маму беременной. Сказал, что не может жениться на ней, что в Шаразе его ждёт невеста, и уехал, понадеявшись, что мама всё-таки избавится от ненужного плода их связи. А она приняла совсем другое решение и выбрала меня.
После нашего появления в Шаразе Фил сразу развёлся с супругой, которая так и не смогла родить ему наследника, уговорил маму заключить с ним брак, дал нам с ней свою фамилию, да и вообще, делал всё возможное, чтобы загладить свою вину. Добился того, что я начала считать его другом… но отцом принять так и не сумела.
– Скорее всего, сегодня в честь нашего приезда будет организован приём, – сообщил Фил, тоже с интересом рассматривая пейзаж за окном. – Высока вероятность того, что на нём будут присутствовать и Кайтер Гринстек с невестой. Я постараюсь поговорить с ним.
Когда он произнёс имя Кая, я невольно вздрогнула, но тут же поспешила взять себя в руки. Нет смысла давать волю эмоциям и воспоминаниям. Да, когда-то я любила Кайтера больше жизни и, уверена, он тоже любил меня, но… С тех пор прошло очень много времени. Я изменилась и внешне, и внутренне. Он, судя по снимку в газете, тоже стал совсем другим. Наша история закончилась, и теперь нам следует поставить в ней финальную точку.
И всё же, чем ближе мы подъезжали к Ворту, тем сильнее стучало в груди моё сердце. Я ведь не просто возвращалась в страну, где прошла большая часть моей жизни, нет, я ехала прямиком в лапы своего прошлого. Того самого, которое едва не стоило мне жизни.
– Скажи, Фил, если нам не удастся разорвать брачную связь, что тогда? – спросила я, встретившись с ним взглядами.
– Она и так почти разорвана, – ответил он. – Думаю, вашего обоюдного желания будет достаточно. А если нет, можно попробовать обратиться к ведьмам. Мне докладывали, что сейчас в Ферсии живут два так называемых абсолюта. Кто-то из них точно сможет помочь.
Я кивнула и снова отвернулась к окну. Но от слов Филиппа на душе почему-то стало только горше. Наверное, глубоко во мне ещё жила та глупая наивная девочка, которая верила, что любовь может победить всё, преодолеть все преграды. Но прошедшие пять лет наглядно показали, что это не так.
Иногда, глядя на родителей, которые теперь почти всё время старались проводить вместе, я снова начинала надеяться на чудо. Ведь они пробыли порознь двадцать лет, но их чувства так и остались живы, несмотря на обиды, сложности, разочарования и предательство. Теперь они были счастливы вместе. Хотя, наверное, их история – это просто исключение из правил, но я всё равно не понимала, как после всего пережитого мама вообще смогла простить Филиппа.
***
В столице Ферсии нас приняли с шиком и помпой: с почётным караулом, с красной ковровой дорожкой, толпой зевак на главной площади, а встречать нас вышел лично канцлер. Я впервые вживую увидела того, кто когда-то жестоко сломал мне жизнь. Выглядел он лет на шестьдесят пять, отличался подтянутой крепкой фигурой и относительно невысоким ростом. В темных волосах уже хватало седины, но яркие голубые глаза смотрели цепко, и они оказались того же оттенка, что и у Кая.
– Рад приветствовать вас в Ворте, самом сердце нашей республики, – пафосно проговорил канцлер, пожимая руку Филиппу.
Мы с мамой стояли позади вместе со всей остальной делегацией из Шараза. И, что странно, стоило мне встретиться с канцлером, и у меня совсем пропал страх. Передо мной был не опасный и жуткий тиран из моих кошмаров, а просто мужчина в возрасте, да ещё и без какой-либо магии. И он больше не мог ничего мне сделать. Во-первых, меня защищали несколько сильнейших артефактов, да и сама я могла дать достойный отпор. А во-вторых, навредив мне, Олирд Гринстек навлечёт огромные неприятности на свою страну. Ведь теперь я не просто нищая студентка, а дочь министра иностранных дел королевства Шараз. Ну и, помимо прочего, дальняя родственница монарха. Интересно, если бы канцлер знал это пять лет назад, позволил бы он нам с Каем быть вместе?
Нет, не стоит об этом думать. Это плохие мысли, способные разбудить ненужную надежду. А мне сейчас важно быть, как никогда, сильной, собранной и холодной. Вот закончится всё, я вернусь домой и от души поплачу о своей загубленной любви. А здесь я должна соответствовать своей роли и своему статусу.
После торжественного приветствия нас проводили в выделенные покои в гостевом крыле дворца. Как и предполагал Фил, на шесть вечера был назначен приём в нашу честь, и к нему следовало основательно подготовиться.
Я не переживала, что во мне кто-то может узнать Карин Лорэт. Официально эта девушка погибла в пожаре, а до того момента вообще мало с кем близко общалась. Что же касается внешности – выглядела я теперь немного иначе.
После ритуала принятия в род Хар Дэрон во мне сильнее проявились фамильные черты. Глаза стали не просто светло-карими, а получили золотисто-жёлтый оттенок, волосы и ресницы потемнели, но главное – изменился взгляд. И, признаться честно, иногда я сама вздрагивала, видя в зеркале его холодную глубину.
Да, живой и открытой малышки Карин Лорэт давно уже не было в живых. Ей на смену пришла Каринейя Хар Дэрон, наследная герцогиня Дэронская. Лучшая выпускница целительского факультета академии Шарх. Даже если меня кто-то и посчитает похожей на свою старую знакомую, то просто побоится подойти. Ну, а если подойдёт, то я найду, как ответить.
***
Кайтер Гринстек
Едва на двери опустилась ручка, я уже понял, кто именно
