Двор Ледяных Сердец - Элис Нокс

Голос становился тише. – С водой. Со всем.

– Да.

Я смотрела в сторону Мёртвого Лога, где между чёрных стволов ещё слышались отдалённые стоны.

Рюкзак лежал там. Со всем, что нужно для выживания.

В лесу, полном голодных мёртвых деревьев.

– Я не могу туда вернуться, – прошептала я. – Правда?

Лис покачал головой.

– Прости. – В голосе звучало искреннее сожаление. – Они теперь знают твой запах. Будут ждать. Даже с камерой… слишком опасно.

Понимание накрыло волной.

Желудок скрутило от ужаса.

– Что я буду есть? – Голос дрожал. – Пять дней, Лис. Как я продержусь пять дней?

Он подошёл ближе, сел рядом.

– Воду можешь пить из ручьёв. Проточная вода безопасна везде. – Голос стал мягче, успокаивающим. – А еда…

Лис замолчал, отвёл взгляд.

– В этом я помочь не смогу, – сказал он тихо. – Совсем.

Он потёр лицо неповреждённой рукой.

– Человеческую еду я найти не смогу. Здесь её просто нет.

Паника начала подниматься, сжимая горло.

– Послушай меня, – Лис повернулся, взял меня за плечи осторожно, стараясь не причинить боль обожжёнными руками. – Люди… вы, смертные, сильнее, чем сами думаете.

Голос стал твёрдым, убеждающим.

– Человек может прожить без еды довольно долго! Если есть вода. – Он встряхнул меня легонько. – Пять дней – это ничто. Будешь слабой к концу, да. Голодной. Но жить будешь.

– Ты уверен?

– Абсолютно. – Он кивнул решительно. – Видел людей, которые голодали дольше. Намного дольше. И выживали. Ваши тела… они умеют экономить ресурсы, когда нужно.

Лис сжал мои плечи крепче.

– Главное – не паниковать. Паника съедает силы быстрее голода. – Его янтарные глаза смотрели прямо в мои. – Ты дошла до сюда. Через Дикую Свору, Белую Леди, поляну Сирен, Мёртвый Лог. Всё это дерьмо.

Он покачал головой.

– Пять дней без еды – это не то, что тебя остановит. Понимаешь? Не голод тебя убьёт. Не жажда.

Пауза, тяжёлая.

– Тебя может убить только он. Или твой страх. – Янтарные глаза не отрывались от моих. – Так что не бойся голода. Бойся остального.

Я смотрела на него, чувствуя, как паника медленно отступает.

Он прав. Люди действительно могут прожить без еды дольше, чем кажется.

– К тому же, – добавил он мягче, – мы почти у цели. До Пограничья час ходьбы. Может, меньше.

Он показал на мерцающее свечение между деревьями.

– Там ты сможешь отдохнуть. Набраться сил. Выспаться спокойно. – Усмешка. – А завтра… завтра мы что-нибудь придумаем.

Несмотря на всё, я почувствовала, как губы дрогнули в подобии улыбки.

– Хорошо, – выдохнула я. – Идём дальше.

Я поправила камеру, висевшую на ремне через плечо. Она была тяжёлой, но это был груз надежды. Последнее оружие.

Кивнув, я двинулась вперёд.

Без рюкзака я чувствовала себя странно лёгкой. И одновременно – беззащитной.

– Лис? – позвала я.

– М?

– Меня зовут Элиза, – сказала я тихо. – Элиза Торн.

Он резко остановился. Обернулся, уставился на меня с таким выражением, словно я сошла с ума.

– Ты… что? – В голосе прозвучало что-то близкое к панике. – Ты только что…

– Сказала своё имя. – Я остановилась рядом с ним. – Настоящее имя.

– ТЫ СПЯТИЛА?! – Он схватил меня за плечи, встряхнул. – Ты понимаешь, что наделала?! Настоящие имена имеют силу! Власть!

Янтарные глаза полыхнули испугом.

– Теперь я могу… – Он осёкся, отпустил меня, отступил на шаг.

Молчание.

Он смотрел на меня так, словно я была бомбой с включённым таймером.

– Почему? – прошептал он. – Зачем ты это сделала?

Я подошла ближе, не обращая внимания на его испуг.

– Потому что доверяю тебе, – сказала я просто. – Потому что ты рисковал жизнью, чтобы спасти меня. Потому что ты единственный в этом мире, кто не предал меня.

Лис отступил ещё на шаг, качая головой.

– Ты не понимаешь. Я фейри. Мы не… мы не умеем с этим. С доверием.

– Научишься, – я улыбнулась ему. – У тебя есть время.

– Элиза, – произнёс он осторожно, будто пробуя имя на вкус.

– Можешь сократить до Лизы. Друзья обычно так и делают.

– Друзья, – повторил он тихо, и в голосе прозвучало удивление. – Мы… друзья?

– А разве нет?

Лис стоял, переваривая услышанное. На лице сменялись эмоции – страх, удивление, что-то тёплое и незнакомое.

– Триста лет, – прошептал он наконец. – Триста лет, и никто… никто не доверял мне своё имя просто так. Без сделок. Без принуждения.

Он посмотрел мне в глаза.

– Спасибо, Элиза, – сказал он мягко, и в голосе не было ни капли насмешки. – За доверие.

Я кивнула, и мы пошли дальше.

Впереди свет становился всё ярче, и с каждым шагом в груди разливалось тепло предвкушения. Скоро. Совсем скоро я буду в безопасности. Смогу отдохнуть. Поспать спокойно, без кошмаров, без его прикосновений.

Лес вокруг светлел, воздух становился чище. Даже тяжесть в мышцах отступала – словно само приближение к Пограничью придавало силы.

– Ещё немного, – тихо сказал Лис, и в голосе слышалось облегчение. – Чувствуешь? Воздух меняется.

Я кивнула, ускоряя шаг. Да, чувствовала. Что-то древнее и могущественное тянуло меня вперёд, обещало покой, защиту, исцеление.

Мы огибали большой валун, поросший мхом, когда земля подо мной провалилась.

Не постепенно – сразу, одним движением, как люк, распахнувшийся под ногами.

У меня было мгновение – может, меньше – чтобы понять, что это ловушка.

Потом я летела вниз.

УДАР.

***

Боль взорвалась по всему телу – от затылка до копчика. Позвоночник как будто раскололся. Рёбра сжались. Воздух вырвался из лёгких одним резким выдохом.

Что-то тяжёлое ударило меня в грудь, а затем соскользнуло в сторону.

Камера.

Ремень порвался при падении.

Я лежала, хватая ртом воздух, но лёгкие не слушались.

Не могла вдохнуть.

Не могла дышать.

Паника ударила острее боли.

Рот открывался и закрывался, как у рыбы на суше. Никакого воздуха. Только жжение в груди, вакуум, пустота.

Я задыхалась.

Руки царапали землю, пальцы впивались в грязь, ногти ломались.

Дыши. ДЫШИ, ЭЛИЗА!

Наконец – судорожный, хриплый вдох. Воздух ворвался в лёгкие, обжигая, царапая горло.

Ещё вдох. Ещё. Кашель – мучительный, сотрясающий всё тело.

Я перевернулась на бок, скрючилась, обхватив рёбра руками. Каждый вдох отдавался болью.

Слёзы текли сами собой – от боли, от шока, от страха.

– Элиза!

Крик Лиса сверху – отчаянный, испуганный.

Я подняла голову, щурясь от боли и слёз.

Над ямой, метрах в четырёх надо мной, висела сеть.

Большая, грубая, сплетённая из толстых верёвок. Она раскачивалась, и внутри неё метался Лис.

Он был запутан – руки прижаты к телу, ноги скручены вместе. Сеть стягивалась при каждом его движении, врезаясь в кожу, в одежду.

– Ты цела?! – крикнул он, дёргаясь. – ЭЛИЗА!

– Жива, – прохрипела я, медленно садясь.

Боль пронзила спину, и я зашипела сквозь зубы, замирая.

Медленно. Очень медленно.