Караул! Яга сбежала! - Елена Артемова

— Не поняла, ты что, подруга? — обиженно надулась Василиса, — сомневаешься в её умственных способностях?

— Скорее НЕ сомневаюсь, — выдала на автомате, заставляя Премудрую зависнуть, обдумывая мои слова.

— Скажи, а зачем она к тебе приходила, ну тогда, когда шороху навела?

— Так как же, — отмерла Вася, захлопал пушистыми ресницами, — орала, чтобы я держалась подальше от её жениха, а потом в косу мне вцепилась, в левую, — она продемонстрировала пострадавшую косичку, ставшую в два раза тоньше правой.

— А потом?

— А что потом? Потом она начала книги со стеллажа скидывать, посуду бить, — задумалась девица, восстанавливая в памяти хронологию того дня, — все горшки глиняные мне перебила, паразитка. — печально вздохнула Василиса, сожалея об утраченной посуде.

— А не пропало ничего?

Мой вопрос поставил Василису в тупик, она явно его не ожидала. Поразмыслив, покачала головой.

— Н-н-нет, вроде. — Судя по интонации, она не уверена в ответе. — Да не проверяла я, мы же с тобой вместе всё на место ставили.

— То-то и оно, что я помогала, ты могла не заметить.

— А ты к чему ведёшь? — так и не поняла ход моих мыслей Василиса. Она-то не смотрела детективные сериалы в безумных количествах, в отличие от меня. Мне пришла мысль: а что если погром — это всё отвлекающий манёвр, и Елена просто обчистила доверчивую Василису? Есть ли что-то ценное в её книгах, артефактах, да тех же травяных запасах? Да их не так много, но всё же они у неё имелись. Но на этот вопрос Премудрая не смогла с ходу ответить. Ничем особенным Елена у неё не интересовалась. Но пообещала провести ревизию и выяснить, есть ли потери. Ну, кроме горшков, конечно.

Мы совсем заболтались, и я не заметила, как проводила Василису до самого дома. Распрощавшись со своей подругой, побрела в лес, намереваясь пособирать иргиль-травку для лечения простудных заболеваний. Самое время сейчас.

Поскольку никаких мешочков или корзинки у меня с собой не было, рвала и складывала листья в подол платья. Периодически мне казалось, что я ощущаю на себе чей-то пристальный взгляд, но сколько я ни озиралась по сторонам в темноте между деревьями — никого не видела.

Уханье филина, шорох травы, шепот листьев в ночи — всё звучало иначе. Полная луна серебрила своим светом поляну, делая пространство вокруг мистическим, завораживающим. По спине побежали мурашки, но не от страха, а от восторга. Такая сказочная красота!

День был долгим, щедрым на события и, конечно, чего уж таить, я очень устала. Сейчас бы улечься вон под той ёлкой, которая, качая нижними лапами, словно приглашает на ночлег. Но я не могу. Как ни крути, а надо вернуться в избушку, оставить свою ношу на попечение домовым, пусть утром развесят на крыльце пучки травки сушиться. Потому что стоит мне погрузиться в сон, я каким-то волшебным образом очнусь рядом с Кощеем.

Собрала последние силы в кулак и побрела к своему домику. К порогу пришла уже на рассвете, распахнула двери и, высыпав свою поклажу у сундука с запасами Яги, рухнула на каржинку, не в силах дойти до кровати. Сквозь сон почувствовала, как с печки спустились домовые, ворча, что я совсем не берегу себя. Феня накрыл одеялом, принесённым с кровати, а Микоша погладила по голове и шепнула: «Спи, малахольная, отдыхай». И это последнее, что я запомнила.

Проснулась, как всегда, на кровати в чужом тереме. Тяжелая мужская рука придавила меня к матрасу, тело затекло, ужасно хотелось перевернуться, что я и сделала, настолько аккуратно, что умудрилась не разбудить Кощея. Мы словно поменялись местами: теперь он спал, а у меня была возможность его изучить. Осторожно, одной рукой коснулась его лица, спустилась ниже, провела ладонями по плечу и… не успела потрогать больше ничего — Кощей резко распахнул глаза.

— Доброе утро, — улыбнулась я ему, и действительно утро было доброе. Я выспалась, мы проснулись вдвоём. Волновалась, что он не дождётся моего пробуждения, а слиняет с утра по делам.

— Где ты была?! — нахмурился Кощей, рассматривая моё лицо, словно хотел что-то на нём прочитать, — ты появилась с первыми лучами солнца. Где ты была всю ночь?

— А сам как думаешь? — мне было любопытно, какие есть варианты.

— У Ивана тебя не было! — заявил Кощей, а мне захотелось рассмеяться, он что, ревнует? Проверял ночью? Искал? Пришлось прикусить себя за щёку, чтобы губы не расплывались в довольной улыбке. Притворно вздохнула и поделилась тем, чем была занята.

— Знаю, мы с Лешим уже перекинулись парой слов. Кикиморы ни при чём.

— А я с водяным побеседовала, — добавила я, — у него тоже нет. А не могла она сбежала с молодцем каким? Раз никто из наших не при делах. — выдвинула я версию и тут же поразилась, как я нечисть нашими легко назвала.

Видимо, Кощей тоже обратил на это внимание, и это ему пришлось по душе. Он ощутимо расслабился и даже улыбнулся. Потянулся было ко мне, желая обнять, но в последний момент передумал и убрал руку.

— Всё может быть, да как про то ж узнаешь?

— У вас столько волшебных вещиц, вон хоть яблочко с блюдечком или зеркало говорящее, — перечислила я первое, что пришло в голову. Но вариант с блюдечком не годился — оно показывает только, если ты представляешь, как выглядел человек, которого ищешь. Фотографий здесь не водилось, поэтому отметаем. А про зеркальце Кощей слышал впервые. Такого он ещё не встречал.

— Мне его Иван подарил, — видя, что Кощей опять собрался хмуриться, поспешила исправиться, — за то, что я его к тебе провела.

— Пойдём, покажешь! — Кощей резко сел на кровати, освобождая торс от покрывавшего его одеяла. И я вздохнула, пожалев, что разбудила его так рано, а могла бы ещё полапать. Ну ничего, ободрила себя, — завтра попробую.

Глава 20

Впрочем, сразу мы не пошли, сперва позавтракали. Кощей не заморачивался с готовкой — воспользовался самобранкой. Мне пришлось за едой провести с ним беседу на тему: откуда берется его угощение. Рассказывать про тяжкий труд крестьян было не нужно — живущий в этом мире с рождения Кощей сам прекрасно это знал.

— У тебя золота полные подвалы! — укорила я.