Мой сводный с Цварга - Селина Катрин

Я-то думала, штраф или административный арест. В конце концов, ничего плохого и не случилось… Ханс просто пытался понравиться. Очевидно, последнюю фразу я сказала вслух, потому что Майкл шумно вздохнул и как-то устало на меня посмотрел:

— Вы не понимаете, Айлин, но это очень серьёзный проступок. — Несмотря на мягкий, почти отеческий взгляд, в голосе эмиссара прозвучали стальные ноты. — На Цварге колоссальный перекос в демографии, и если мы не будем пресекать такие случаи, то мужчины будут постоянно воздействовать на девушек, не считая это чем-то особенным. Я — страж закона, и моя зона ответственности — сделать так, чтобы подобных случаев не повторялось.

— Да, но двадцать лет…

— Вы забываете, что цварги в среднем живут двести. Ко всему, конкретно в случае Ханса, я уверен, суд учтёт ваше мнение и уменьшит ему срок.

— Понятно… — ошеломлённо выдохнула я.

Майкл поднялся с кресла и принялся собирать бумаги обратно в стопку, и я очнулась:

— Господин Хейворд, подождите. Скажите, а где Яранель? Я его уже три дня не видела и очень волнуюсь.

Господин Хейворд неожиданно отвёл взгляд.

— К сожалению, я не могу ответить на этот вопрос, так как с господина Рошфора пока ещё не сняты подозрения в нарушении сто тридцать третьей статьи. Ваш снимок показывает, что на вас воздействовали, но определить, кто именно это сделал, — невозможно. Наши криминалисты могут установить лишь приблизительное время воздействия и мощность. Возможно, он тоже использовал расовую особенность, но в меньших дозах.

Я прикусила губу, осознавая, что все те хорошие слова, которые сегодня сказала в адрес Яранеля, сыграют ему во зло… Шварх, я же не хотела этого!

— Подождите, Майкл! — Я схватила мужчину за рукав, когда он повернулся, чтобы выйти из помещения. — Простите… — Я облизала губы от волнения. — То есть вы подозреваете Яранеля в воздействии только потому, что я ему благодарна за спасение?

Эмиссар мягко снял мою руку с рукава и тихим, почти вкрадчивым тоном ответил:

— Айлин, на днях вы пережили огромный стресс. Вы террасорка, от адреналина у вас проявляются шипы на руках, и лишь по тому количеству крови, что было найдено в пещере, я могу судить о том, что… хм-м-м… ту ночь в снежной пещере вы не можете оценивать адекватно. Вы очень красивая девушка, а на Цварге огромная нехватка женщин. Подумайте сами: цварг, который статистически, скорее всего, не сможет завести семью, оказывается в одном замкнутом пространстве с прекрасной террасоркой, которой, кстати, заранее приготовил дорогостоящий подарок. То есть у него к ней есть как минимум симпатия. Как вы думаете, устоит ли этот цварг перед искушением немножечко надавить ментально, чтобы закрепить в голове девушки образ героя и таким образом точно получить себе жену, а в дальнейшем и детей?

— Нет… — В тёмных глазах напротив мелькнуло торжество, а я стремительно покачала головой. — То есть, возможно, это всё так и выглядит со стороны, но это точно не про Яранеля!

Майкл поднял бровь, но промолчал, ожидая продолжения. Я вздохнула, собирая силы, и выпалила, прежде чем успела испугаться собственных слов:

— Я люблю его! Уже много лет…

Эмиссар явно не ожидал такого признания. Он замер, будто пытался осознать услышанное, а я торопливо заговорила дальше, чувствуя, как сердце колотится у самого горла:

— Я знаю, что вы подумали. Вы скажете, что это неправильно, что я не должна так к нему относиться. Но я не могу иначе! Я люблю Яра не потому, что он спас меня из лавины или подарил мне брошь. Я любила его задолго до всего этого. Задолго до того, как вообще узнала, что такое эти ваши бета-колебания. Это не его воздействие. Это мои настоящие чувства! — Я судорожно вздохнула, чувствуя, как горят щёки. — И это чувство слишком сильное, чтобы кто-то мог внушить его мне извне.

Майкл долго молчал, его глаза внимательно изучали моё лицо. Наконец он выдохнул:

— Айлин, ваши слова искренни, я вижу. Но это ещё больше усложняет дело. Понимаете, если ваши чувства к нему настолько глубоки, то кто гарантирует, что Яранель не воспользовался ими? Цварг, знающий о вашей любви, может укрепить её ментально. Ведь вам даже не придёт в голову сопротивляться тому, что кажется вам естественным.

— Вы не понимаете… — Я прикусила губу, чувствуя, как гнев поднимается волной. — Если бы Яранель захотел воспользоваться моими чувствами, он давно бы это сделал! Но он этого не сделал. Потому что он слишком благороден, чтобы давить на меня или на кого-то ещё. И… я боялась ему сказать об этом, потому что, ну… вы сами понимаете почему… — Внезапное озарение вспышкой мелькнуло в голове: — Я до всей этой катастрофы в горах расспрашивала Лану о том, обязана ли выходить замуж, и думала, что смогу обратиться в Планетарную Лабораторию, чтобы в будущем завести детей от Яра. У вас же наверняка есть мой коммуникатор! Вы же нашли его рядом со входом в пещеру, верно? Проверьте запросы в инфосети накануне лавины. Я искала информацию про ЭКО и как оно будет работать между террасоркой и цваргом.

— Ох… ясно. — Эмиссар неловко почесал затылок и отвёл взгляд. — Что ж, если всё обстоит так, то я сниму подозрения в нарушении сто тридцать третьей статьи.

— А где он сейчас, я могу узнать? Мне можно с ним увидеться? — торопливо выпалила я, пока мужчина не ушёл.

— Так он сейчас в Планетарной Лаборатории и находится, — заявил господин Хейворд. — Собственно, это чуть ли не единственное место на Цварге, где наши полномочия бессильны, а потому мы были уверены, что именно Яранель оказывал на вас влияние.

— Что? Планетарная Лаборатория? Простите… я не понимаю.

— Вам лучше поговорить с приёмной матерью.

— Но… С ним хотя бы всё в порядке?

— Не имею права вам сообщать. Простите, если Яранель в деле о вмешательстве в ментальный фон не замешан, то его состояние не касается СБЦ. Уточняйте у госпожи Ланы Рошфор. До свидания.

И с этими словами цварг в чёрной форме покинул кабинет, оставив меня в полнейшем замешательстве и тревоге.

Глава 15. Все точки над рунами

Айлин

— Я всё слышала. Эта комната прослушивается с той стороны, — первое, что сказала мне Лана, когда я вышла.

Её слова ударили