Феечка с сердцем дракона (СИ) - Софья Дашкевич

не корми, дай только вырядиться в пух и прах и поплясать на каком-нибудь празднике! А есть еще болтливый Нарт, есть профессор Бургунди… Ох, и вырыла же я себе яму!

Как известно, сон приходит только к тем, у кого совесть чиста. Я же всю ночь проворочалась с боку на бок, брыкала одеяло, путалась в простыне, прикидывая, как выкрутиться. В итоге выкрутиться мне удалось только из кровати: в предрассветной тишине мое падение прозвучало, как раскат грома.

— Нет, это просто невыносимо! — взвилась разбуженная Соль. — Ты вообще в курсе, что мир не вращается вокруг тебя? Давно бы уже переехала к своему жениху!

— Сплюнь, — проворчала, потирая отбитый копчик. — Я б с ним ни в жизни…

Осеклась я слишком поздно: Солианна уже насторожилась, как хищница, учуявшая добычу.

— В смысле — ты бы с ним ни в жизни?!

— Я… Эм… Ни в жизни до свадьбы! — исправилась я. — Да! У вас, фей, может, и принято тут бесчинствовать, но я — дочь герда, и без брачных клятв Фабиан… Короче, вот так просто он в мои ножны свой меч не пристроит!

— Меч… В ножны? — Соль вскинула брови. — Да у Фабиана-тэя меча никакого нет!

Я выразительно промолчала, выжидая, пока Солианна докопается до второго смысла моей изящной метафоры. Когда же это произошло, оранжевая резко села и скривилась.

— Фу! Пресвятые музы, я не об этом! Просто если уж ты невеста ректора, то зачем тебя селить в простой корпус? У тебя ведь во всем привилегии! Все с тобой носятся, как с хрустальной вазой, тебя без конкурса зачислили в класс профессора Бургунди…

— Вот уж повезло мне! — съязвила я.

— А что, нет? — Соль опустила ноги на пол и выпрямила спину, напомнив мне взъерошенный рыжий одуванчик. — Я три тура прошла! Три тура! Знаешь, какой был отсев? Я занималась с утра до ночи, выучила сложнейшую программу, в обмороки падала от усталости. И тут — будьте любезны! — Саэлей-тэй берет девицу, которая моется в фонтанах и малый мажорный терцквартаккорд не построит без посторонней помощи!

— Какой еще кварц?! — фыркнула я, усевшись напротив. — Уж в минералах-то я почище тебя разбираюсь, и в музыке они не используются, нечего мне по ушам ездить!

— Вот! — торжествующе воскликнула Соль. — Об этом я и говорю. Терц-кварт-аккорд! — повторила она по слогам. — Терция, кварта… Ой, да перед кем я распинаюсь! И, главное, я все думала: ну за что профессор Бургунди тебя взял? За какие такие заслуги? Может, в тебе есть скрытый талант, магический потенциал, ну что-то же должно быть... А оказывается, вот оно что! Тебя взяли за красивые… Ножны!

— Ножки?

— Ну, или это. По блату! Просто Фабиан не может жениться на дикарке без образования, вот и пристроил тебя сюда!

Наследственность — штука сложная. Подчиненные отца часто спорили, на кого я больше похожа: на него или на маму. Волосы мне достались от нее, крылья — от него, лицо — скорее от матери, хотя рябой Грэт и говорил, что младенцем я была просто вылитый покойный герд Ларден. Во всяком случае, орала так же. Но в одном все обитателя Фервира сходились: характером я пошла в отца. И сейчас этот характер требовал немедленно всыпать кое-кому перцу.

Чтобы меня, Эрениду Янброк, обвиняли, будто я получила что-то благодаря женским прелестям?! Да я бы, может, за драконью ипостась в Фабианову постель не полезла! Хотя… Нет, ну ладно, за драконью ипостась, но точно не за уроки со старым вредным Бургунди! Удивительно, что к нему вообще конкурс! Как по мне, лучше пройти три тура, лишь бы только не попадать в его класс!

— Я тебе прямо вот очень советую сейчас извиниться и взять свои слова назад, — проговорила медленно и почти спокойно, хотя голос дрожал от гнева.

— А то — что? Жениху нажалуешься?!

Солианне невероятно повезло, что я сдала стилет Фабиану и не успела еще освоить боевую музыку. Не повезло ей в другом: мой внутренний огонь давно томился без дела.

— Он! Мне! Не! Жених! — отчеканила, выдав струю розового пламени.

Соль побледнела и округлила глаза. Ага, вспомнила, наконец, с кем имеет дело?!

— Эри… Эри, не надо…

— Не надо было болтать всякую дрянь! — Снова дохнула огнем, и как-то сразу камень с души свалился. Что ни говори, а до того полезно бывает выпустить жар! — Про помолвку я наврала! И в академию меня взяли против моей воли, потому что так приспичило родителям!

— Твоим?..

— Нет, Соль, твоим! Я понятия не имею, почему я здесь! Будь моя воля, я бы даже близко сюда не подлетела! Думаешь, у меня привилегии?! Думаешь, легко слушать, что мне стадо единорогов топталось по ушам? Что моими руками только лом гнуть? «Бери пример с Тагетти… Какие интонации! Какая фразировка! Тагетти то, Тагетти се…» — передразнила я.

— Он правда это говорил? — Оранжевая моргнула.

— Да!

Вывалив на соседку всю злость, я вдруг почувствовала дикую опустошенность и рухнула обратно на кровать. От веры в себя, которую было разожгла музыка Фабиана, остались только тлеющие угольки.

Вообще-то Солианна была последней, с кем я бы стала откровенничать. Но вот я призналась — и полегчало. Никакой лжи, никаких игр в помолвку… Я не сомневалась: оранжевая разнесет благую весть по академию со скоростью лесного пожара. Все это дойдет до профессора Бургунди, а там и до моего отца. Он, конечно, сразу заберет меня домой. Запрет, отчитает… В первый раз, что ли?  А что до Фабиана, то теперь я не знала, стоит ли его вообще выгораживать. Может, он зайдет на этот попечительский совет с кучей обвинений в свой адрес, а выйдет оттуда с орденами и медалями. С него станется…

Так или иначе, Соль права: в академии мне не место. В Тайфо полно других фей, которые бы удавились за шанс учиться у Бургунди. Вот пускай и берут кого-то из них, мне-то какое дело? Я ведь даже про терцквартаккорд никогда не слышала…

— Ты правда сюда попала не из-за Фабиана? — подала голос оранжевая, убедившись, что больше я пыхать на нее огнем не собираюсь.

Я вздохнула и, недолго думая, рассказала соседке свою историю от начала и до вчерашнего вечера. Фейская болтливость заразительна, и в этом нет ничего странного. Как выяснилось,