Не пугай лису костями - Галина Васильевна Герасимова

просто обязан проследить за ними. Вы не думайте, я обузой не стану. Если сомневаетесь в моих силах, спросите у мастера Меднорога.

– Зачем? Я видела тебя на полигоне, отлично смотришься, – отмахнулась Летти, вспомнив пораженные мишени. – Уверена, что ты запросто справишься с любым умертвием: хоть разваливающимся скелетом, хоть шустрым упырем. Но хочу напомнить, неповоротливые зомби не так опасны, как студенты-первокурсники, – добавила она с серьезным видом.

– Тогда вам тем более нужна помощь, – поддержал ее шутку Келлиан, покивав с умным видом, а потом всё-таки улыбнулся. – У центральных ворот в восемь. Я уже уточнил, где встреча.

– Ты ведь в любом случае собирался прийти? Даже если бы я не разрешила? – приподняла брови Летти.

– Я не привык отступать, мисс Рекорти, – развел руками парень, признавая ее правоту.

Глава 4

Дороги в городе размыло. Карету то и дело кидало из стороны в сторону, как и пассажиров внутри нее. Летти едва не придавила собственный хвост и теперь трепетно держала его на коленях, обхватив ладонями. Не хотелось оставить половину шерсти на сидении.

Бремминги жили в квартале Семи мостов, самом чистом и ухоженном районе города. Улицы здесь патрулировала стража, по ночам никто не буянил, а подвыпивших господ встречали слуги, чтобы проводить в дом. У Летти даже спина выпрямилась, едва она взглянула на чинно прогуливающихся дам. Бабушкины наставления о том, как важно быть приличной леди, зазвенели в ушах.

Стоило им въехать в квартал, как дорога стала ровнее, и можно было не опасаться застрять где-нибудь колесом. Дома вокруг будто соревновались между собой в богатстве, начиная с узорных чугунных оград и заканчивая причудливой лепниной. Фонтаны, скульптуры, фигурные кусты и витражи… За одну мраморную статую святой Каталины на площади, воздевшей руки к небу в немой молитве, можно было год содержать приходскую школу.

Кучер высадил их у ворот с покрытым позолотой виноградом, за которыми высилось массивное двухэтажное здание, и Мирт решительно прозвенел в колокольчик. Ждать пришлось недолго: калитку открыл бойкий слуга, с умеренным любопытством, но без испуга взглянул на полицейскую форму и жетон стражи и проводил их в дом.

– Я извещу господина Бремминга о вашем визите. Подождите здесь, – предупредил он, отведя их в гостиную, и исчез так же быстро, как появился.

Едва они остались наедине, Летти тронула Мирта за рукав.

– Ты тоже заметил?

– На втором этаже кто-то задернул занавески.

Видимо, полуэльф, как и Летти, осматривался исподтишка и не упустил любопытной детали.

– Не похоже, чтобы они радовались гостям.

– Это как раз не удивительно. Мы из полиции. А полиция редко приходит с хорошими новостями. – Мирт прошелся по гостиной, ничего не трогая, но рассматривая убранство.

Большие напольные часы с клеймом известного мастера, мебель из мореного дуба, бархатные портьеры, сейчас раздвинутые, но наверняка не пропускающие ни луча солнца. На стенах – картины известных мастеров. Летти подозревала, что по большей части оригиналы, а не копии.

Богатый дом, очень богатый для такого захудалого городишки, как Живилль. Что же не переедут поближе к столице?

Летти подошла к Мирту, который рассматривал полотно с молодой девицей, с мученическим лицом задравшей до колен подол, и строгой дамой, поднявшей над ней розги.

– «Наказание грешной Мигелии», – припомнила она название.

В салоне леди Урсы обсуждали эту картину: по замыслу художника свободолюбивая Мигелия сбежала от жениха, но не нашла счастья и вернулась. Фата и свадебное платье на кровати словно подтверждали, что она готова принять свою судьбу. Тогда мнения разделились: кто-то считал выбор домашнего очага верным решением, Летти же была уверена, что Мигелия просто плохо подготовилась к побегу. Об этом свидетельствовал и раскрытый ридикюль, небрежно брошенный на полу. Ну серьезно, там должен был быть как минимум вместительный саквояж!

– Интересно, это намек, что воспитанникам дома следует быть послушными?

– Послушание – залог добродетели, – нравоучительно раздалось за их спинами.

Летти не вздрогнула и обернулась с невинной улыбкой – шаги хозяина дома она услышала задолго до его приближения. И фразу бросила неслучайно: если выбить человека из равновесия, он хуже контролирует собственную речь.

– Меня не предупреждали о вашем визите. Мистер?..

– Лейтенант Велиас, – Мирт ответил на крепкое рукопожатие. – Мы не займем много времени, мистер Бремминг. Всего несколько вопросов, чтобы помочь следствию.

– Речь пойдет об убийстве той девушки, мисс… как же ее там… мисс Пермине? – не стал притворяться несведущим хозяин дома и с подозрением покосился на Летти. – Простите за нескромный вопрос, вы ее родственница?

– Нет, я коллега мистера Велиаса и тоже на службе. Сержант Рекорти.

– Леди Рекорти, – показал отличное знание аристократических фамилий Бремминг и вместо рукопожатия галантно поцеловал ей руку.

На этом расшаркивания закончились. Бремминг предложил им присесть на невысокую софу, а сам расположился напротив, в массивном кресле. Не то чтобы хозяин дома сильно нервничал, но было заметно, что ситуация ему неприятна. Как у любого уважающего себя предпринимателя, у мистера Бремминга хранились скелеты в шкафу, и лишние встречи с полицией были некстати.