Измена. Таверна брошенных жен - Елена Белильщикова

если этот упрямый баран решит лезть с ним на рожон, то от него быстро останутся рожки да ножки, понимаешь?

Ричард снова нахмурился и кивнул. Так удивительно, в начале, когда Адриан только переступил порог Драконьего замка, Рэнд был настроен против него. Злился, рычал, подозревал во всех грехах. А сейчас… сам просил присмотреть за ним? Как друга?

– У Адриана нет близких друзей, – вдруг хрипло сказал Ричард, сам от себя этого не ожидая. – Нет родных, нет никого, кроме нас, кому бы он мог доверять. Мы же поможем ему? Не бросим в беде?

«В беде, в которую этот идиот обязательно попадет. И нам придется его выручать», – хотелось досказать ему.

Впрочем, Рэнд и так все понял? Потому что глаза его лукаво сверкнули, когда Ричард положил ладонь на ручку двери, собираясь уходить. В уголках губ Рэнда играла легкая улыбка. Даже вдали от семьи, от всего, что принадлежит по праву, Ричард вырос достойным человеком. Теперь Рэнд в этом убедился.

– Поможем, Ричард, – серьезно кивнул он. – Если он во что-то ввяжется, мы будем рядом. А пока иди к нему. Если он перебрал с «Черным дурманом» и пытается исправить это прямиком на мои розы в саду, пусть делает это в другом месте! И вот еще… передай, что, пока он находится в таком бедственном положении, двери Драконьего замка для него открыты. Он не согласится, слишком гордый птенец, но предложить мы должны. Негоже родовитому аристократу ночевать под кустом с разбойничьей шайкой.

***

Встать мне пришлось пораньше, чтобы встретить свой разбойничий отряд. И направить их лихую удаль на работу, а не на опустошение бочек с напитками. Парни взялись за окна, зазвенело стекло, застучали молотки. Устав от шума за вчерашний день, я вышла на прогулку с Мартином. Оникс остался на хозяйстве, следить, чтобы разбойники, собственно, не разбойничали.

Не успела я далеко отойти от таверны, как на горизонте появился знакомый силуэт. Завидев меня, Викки ускорила шаг. Ого, какие мы бесстрашные! Главная стерва и разлучница всея Эрлая да прямиком ко мне! Впрочем, с ребенком на руках я мало походила на грозную воительницу. Разве что Мартин подсобил бы детской неожиданностью – тогда можно кинуть в паршивку грязной пеленкой.

– О, Элизабет! А я как раз тебя ищу, подружка! – сладенько протянула Викки, хотя взгляд у нее был ядовитый, как у кобры.

– Чтобы пасть на колени и молить о прощении? Не утруждайся, – я поджала губы, сверля ее взглядом.

Хотя на самом деле, в глубине души, я считала, что виновата не Викки. А целиком и полностью Ричард. Ведь если он способен изменить, то какая разница? Моя подружка Викки, какая-нибудь соседка или вдовушка не первой свежести?

– Вот еще! – фыркнула Викки. – Пойдем, Бет. Нужно поговорить.

Я не успела воспротивиться. Она сцапала меня за локоть, потащив в сторону от таверны. Туда, где стояла небольшая скамейка в тени деревьев. Я послушно плюхнулась на нее, но выражение лица у меня окончательно стало зловредным.

– И что ты хочешь мне сказать, Викки? – усмехнулась я. – Соврать, что залетела от моего мужа, и теперь я должна уйти с дороги и не мешать вашему счастью?

– Э-э-э… ну…

Викки растерянно застыла передо мной, расправляя складки на платье в цветочек. Ну, прямо ученица, у которой не прокатила отговорка, что домашнее задание съела собака.

– Так вот, Ричарда я не держу. Можешь проверить подвал у меня дома, – я кивнула в сторону таверны, со спокойным видом покачивая на руках Мартина. – Связанного мужика с кляпом во рту там нет. Хотя Ричард это и заслуживает. Так что спешу тебя расстроить. Если он не прибежал к тебе, поджав хвост, проблема не во мне. А в тебе, подруженька.

Викки подлетела ближе. Она села рядом на скамейку, упираясь в нее ладонью и подаваясь вперед. Глаза сверкнули такой яростью, что я удивилась, и как мы могли раньше дружить? Хотя это было удобно. Отец Викки пек хлеб и булочки, она привозила их в таверну, а там можно было посидеть за чашечкой чая, поговорить о своем, о девичьем. Да и раньше подруга не выглядела такой хищницей. А может, это я не замечала, не хотела замечать, как она стремится почаще заезжать на чаек, пока Ричард дома?

– Ах ты… ты… Это ты ему что-то наговорила! – змеей зашипела Викки. – Может, сказала, что не дашь видеться с сыном или еще что-то! А Ричард… он благородный!

Она произнесла это с таким придыханием, с таким восхищенным огоньком в глазах, что я поняла: королевство Эрлай – большая деревня. И слухи о новом наследнике драконьего рода распространились быстро. Вот Викки и вышла на охоту на богатого мужика.

– О-о-о, так ты уже знаешь? Умница, умница, – притворно сладеньким голосом похвалила я. – Значит, решила, что с хозяином таверны можно просто переспать, а вот родовитого дракона нужно обязательно захомутать. Только вот что, Викки, вряд ли хоть одной из нас что-то светит. Ричард найдет себе драконицу, родовитую, богатую. Не хозяйку таверны и не дочку пекаря. Он уже дал понять, что способен на измену. Значит, изменит снова. Неважно, мне или уже тебе.

Я с гордым видом встала со скамейки. Мартин проснулся и тихо захныкал. Я склонилась над ним, бормоча что-то про нехорошую тетю, которая его разбудила. Тетя вспыхнула от ярости. Ух ты! Как Викки, оказалось, от злости краснела! Как свеклой щеки натерла, как иногда в деревнях делали. Никогда подруженьку такой не видела.

А может, я просто злилась. И нарочно искала изъяны в разлучнице, разрушившей мою прежнюю жизнь, как карточный домик. Ведь если бы не измена Ричарда, артефакт так не сработал бы и вообще… Я вздохнула, приложив ладонь к груди, где под вырезом платья прятался кулончик. И строго сказала себе, что все наладится, таверна восстановится, а гулящий мужик… и хорошо, что теперь у дяди! Да хоть у черта лысого, мне такого счастья не надобно! Хотя сердце все же щемило.

Пока я страдала и жалела себя, Викки о чем-то распиналась. Она вскочила со скамейки, сжимая пальцы в кулаки, заглядывая мне в лицо. Правда, я поздновато прислушалась к ее словам, услышав только:

– Так что неправда! Ричард не такой!

– А вот с этого места поподробнее, – нахмурилась я.

Ладно, дифирамбы в сторону своего бывшего мужа я позорно пропустила, но невелика потеря! Самое интересное,