Избранная для бастарда - Екатерина Орлова

набрасывают плащ, и Волара выводит меня из покоев. Мы идем длинными коридорами, спускаемся по боковой лестнице, проходим внутри оборонительной стены к еще одной из бесконечного множества тяжелых дверей, которые уже миновали. Волара останавливается и поворачивается лицом ко мне.

– Госпожа, даже если вам закрадется мысль сбежать, гоните ее. Сейчас самое главное – это ваша безопасность. Гарантировать ее я могу только в том случае, если вы будете слушаться меня. Хорошо? – Я киваю. – Отвезу вас к очень старой знакомой, которая сможет укрыть вас ото всех. Даже от вас самой, – бубнит она себе под нос и открывает дверь.

Мы спускаемся по темной лестнице. Пара факелов, закрепленных на стене, едва освещают узкий проход. Я держусь за плечи Волары, которая ведет меня все ниже и ниже в подземелье. Потом мы идем по ровной поверхности, но по такому же узкому коридору. Время от времени мне кажется, что стены сужаются, и от ужаса у меня спирает дыхание. Приходится напоминать себе, что такое невозможно. Но легче дышать не становится.

Пока идем, я пытаюсь не паниковать, но сердце выпрыгивает из груди, а мрачный антураж подземелья усиливает ощущение безысходности. Наконец мы подходим к еще одной двери, в которую Волара стучит три раза, и та распахивается. Нас встречает еще одна воительница.

– Накиньте капюшон, госпожа, – говорит Волара, ступая под яркие лучи солнца. – Здесь повсюду лазутчики Даира.

Набросив капюшон, прячу под него волосы и выхожу следом за воительницей.

– Ты отвечаешь за госпожу, – объясняет Волара встретившей нас девушке. – Отвечаешь головой. Скачите без остановки, вас уже ждут. Поторопись.

Кивнув, воительница подводит меня к лошади и помогает забраться на нее. Сама лихо заскакивает, устраиваясь сзади и, взяв поводья, пускает лошадь медленным шагом.

– Вам удобно? – спрашивает воительница, а я киваю, не в силах ответить. Из-за недостатка кислорода в подземелье сейчас в голове только шум и паника. Перед глазами все плывет. – Держитесь за луку, поездка будет быстрой.

Она причмокивает губами и пришпоривает лошадь. Та срывается в галоп. Я опускаю голову, чтобы не слетел капюшон, и вжимаюсь спиной в широкую грудь воительницы. Пытаюсь рассмотреть, куда мы скачем, но волосы вырываются из-под капюшона и застилают глаза. Мне приходится отплевываться, потому что они так и норовят попасть то в глаза, то в рот.

Скачем мы и правда недолго, и замедляемся, подъезжая к огромному лесу с высокими деревьями. Он окутан туманом, а при нашем приближении с соседнего дерева поднимается в воздух стая ворон. Птицы с громким криком перелетают дальше, а мы въезжаем в мрачный, угрюмый лес.

Здесь почти нет звуков, и это пугает. Обычно в лесу кричат птицы, шумит листва, может завыть волк или зарычать медведь. Здесь как будто все вымерли. Где-то вдали слышен крик вороны, но он настолько нечеткий, что кажется, будто мне это только почудилось. По земле стелется туман, достигая почти крупа лошади. Он плотный и вязкий, и хочется поджать ноги, потому что, когда ступни утопают в белесой дымке, я ощущаю, словно кто-то водит по ним кусочком льда.

– Ах! – вскрикиваю, когда чувствую, что нечто холодное скользнуло по щиколотке, колыхнув подол платья. Мне кажется, это могла быть змея. Но она же не в состоянии забраться так высоко, верно?

– Спокойно, – произносит воительница. – Это все обман. Потерпите еще немного, скоро мы будем на месте.

– Залея! – слышу старческий голос ведьмы, но пока не вижу ее саму.

– Дисагра, я привезла госпожу, – отзывается воительница.

И внезапно прямо перед нами вырастает тень, по мере прояснения которой я начинаю видеть ведьму. Даже вскрикиваю от неожиданности. Лошадь резко тормозит и фыркает, дернув головой.

– Спускайтесь, госпожа, – кивает Дисагра. – Дальше пешком пойдем.

Воительница помогает мне спешиться, но сама при это остается в седле.

– Поторопись, Залея, – говорит ведьма, и, прищурившись, рассматривает воительницу. – А то станешь моей пленницей. Кто будет спасать Макитан?

Из ее рта вырывается кашляющий смех, а воительница, развернув лошадь, пришпоривает ее и скрывается в тумане.

– Пойдемте, госпожа.

Развернувшись, ведьма ныряет в туман, и я бегу следом за ней. Но белесая дымка постепенно рассеивается, и я наконец могу рассмотреть, куда ступают мои ноги. Вскрикиваю и начинаю прыгать на месте. Под ногами плотным слоем уложены змеи. Они извиваются и переплетаются, периодически поднимая свои головы. Я даже начинаю слышать их противное шипение. И это не просто змеи! Это дапины – самые опасные змеи во всем Пакрайде! Укус такой змеи несет мучительную и мгновенную смерть.

– Тише, госпожа, – говорит ведьма. – Они не тронут. Это защита от нежеланных гостей. Приглашенных ни одна из этих змей не укусит.

– А нельзя их как-то… – начинаю дрожащим голосом, но он садится, и мне приходится прочистить горло. – Убрать, – заканчиваю наконец.

– Как же я уберу их, госпожа? Они заполонили весь лес. К тому же, они мои защитники и питомцы, если хотите. Не переживайте, вам ничего не угрожает.

– Кроме остановки сердца, – бубню я.

– Яд дапины, смешанный в правильных дозах с нужными травами, даже полезен. Особенно в вашем положении.

– Я ни в каком не положении.

– Тупоголовых служанок в этом можно убедить, но точно не меня, – усмехается ведьма и останавливается в конце тропинки.

Я выглядываю из-за ее плеча и вижу дом. Он полностью черный, деревянный, но не покосившийся или старый. Обычное строение, каких на окраинах земель полным полно. Возле дома стол, на котором разложены травы, рядом две скамейки, а у входа в дом сушатся целые пучки и связки грибов. К счастью, он стоит на пригорке, покрытом сочной зеленой травой, и ни одной змеи вокруг него не вьется.

– Вот мы и пришли. Сейчас напою вас отваром, а потом поедите. Вы, наверное, еще не завтракали?

– Нет, – отвечаю слабо, двигаясь за ведьмой к дому. – А, может, без отвара?

– Нам нужен сильный наследник, госпожа. Так что с отваром. С отваром, – задумчиво повторяет ведьма и заходит в дом, оставляя меня в ужасе осматривать окрестности.

Глава 28

Селеста

– Грядет война, – приговаривает ведьма, пока толчет в каменной ступке какие-то травы. – Страшная. Оракул говорит, что Дальние земли могут превратиться в безжизненную пустыню, но я думаю, он врет.

– Оракулы не врут, – спорю с ней нерешительно.

– Врут, еще как врут. Лет сто назад не врали. А потом, когда начали брать деньги за свои предсказания, стали не лучше тех шарлатанов, что гадают людям на рынке. Ваш муж, – она бросает на меня взгляд. – Не муж, – со вздохом исправляется ведьма. – Господин Карден вполне может отстоять свои земли и сделать Макитан столицей всех