Путинбург - Федор Галич

на бриллиантик этого перстня, — демонстративно покрутила на пальце ювелирное изделие, о котором шла речь, обладательница украшения, — то сюда явится мой заместитель, моя «правая рука», исполняющая мои обязанности в моё отсутствие. Если я нажму на красный рубин перстня, надетого на средний палец левой руки, ко мне на помощь примчит охрана. Изумруд на левом мизинце подаст сигнал моему личному водителю, а сапфир на правом мизинце вызовет лекаря. Таким образом, все нужные люди находятся у меня в руках, а я, как властелин колец, ими управляю.

— Пф-ф-ф. «Властелин колец», — непроизвольно вырвался из Владимира спонтанный смешок, после чего, опустив голову, он стал изо всех сил сдерживать улыбку.

— Вас развеселили мои пояснения, молодой человек? — старательно скрывая возникшее раздражение, поинтересовалась у Владимира хозяйка, не отрывая равнодушного взгляда от отца.

— Нет, нет! Что вы! Просто я вспомнил о трусливом курсанте, который перед прыжком, чтобы избежать десантирования, прятал кольцо от парашюта к себе в трусы, за что кадеты дали ему прозвище: «труселёвый властелин колец», — неудачно сымпровизировал Владимир, полагая, что подобная история могла иметь место в жизни.

— Сынок, что за дезинформацию ты нам тут пытаешься «втюхать»? Ты ведь находишься в приличном публичном месте, а не во вражеском плену. Своими нелепыми вымыслами ты дискредитируешь славные воинские традиции Русской Армии и позоришь звание будущего офицера. У людей может сложиться впечатление, что ты учился не в Военно-космическом кадетском корпусе Петра Великого, а в цирковом училище «НАТО».

— А мне, кажется, что юноша хитрит и просто пытается, таким образом, привлечь к себе наше внимание, — вмешалась в воспитательный процесс, хозяйка дома. — Мы действительно увлеклись взрослыми беседами и совсем забыли про нашего юного друга, который, между прочим, пришёл сюда заниматься делом, а не слушать наш бред, — признала свою профессиональную оплошность хозяйка и тут же попыталась реабилитироваться, обратившись к юноше: — Однако я, молодой человек, тоже не просто так тяну время, а даю вам возможность сосредоточиться на ваших желаниях, чтобы вы чётко и точно мне смогли объяснить, когда мы заткнём вашему батюшке уши, чего вы хотите. Поэтому, перестаньте думать о трусах своих бывших сокурсников, а думайте лучше о трусиках своей будущей первой девушки и что бы вы в них «спрятали»…

— Дзинь, — издала приятный звук входная дверь гостиной и плавно отворилась. В зал вошла горничная, неся на разносе разноцветные запотевшие бокалы с напитками и аудиоплеер с наушниками.

— Ну, наконец-то! — воскликнула хозяйка и строго посмотрела на горничную. — Ты там уснула что ли, балерина?

— Простите меня, за мою нерасторопность, — опустив глаза в пол, извинилась девушка, и, подскочив к гостям, начала суетливо составлять напитки на тумбу, стоявшую между креслом хозяйки и клиентским диваном, пытаясь, таким образом, наверстать упущенное время.

— Каждый год пытается поступить в Академию русского балета, и каждый год проваливает экзамены, — объяснила хозяйка причину сравнения горничной с балериной, с досадой покачав головой. — Всю ночь скачет, как «Жизель», а днём ползает по дому, как сонная муха. Быстрее бы уже закончились эти экзамены, и я бы вновь обрела проворную горничную до следующего лета.

— А если она поступит? Кто вам тогда будет помогать по дому? На мой взгляд, у неё великолепные данные, и она могла бы стать украшением любого тетра, — встал на защиту девушки отец Владимира, внимательно разглядывая длинные и прямые ноги горничной.

— В таком случае, возьму на её место «Жизель» из театра, — не задумываясь, быстро нашла выход из положения хозяйка, смоделировав в голове возможную ситуацию. — В жизни всё циклично и взаимозаменяемо. Если Наташа поступит в Академию русского балета и со временем займёт место прима-балерины в театре, то уволенная из театра прима сможет занять освободившееся место Наташи и работать у меня горничной. Получается этакий, своеобразный, «круговорот девиц в работе». Горничные мечтают стать балеринами и работать в театре. А балерины, работающие в театре за копейки, мечтают работать в моём доме и получать приличную зарплату. Вы же знаете пословицу: «Везде хорошо, где нас нет»?

— Конечно, знаю, — отозвался отец Владимира, принимая из нежных рук горничной наушники таким образом, чтобы «случайно» прикоснуться пальцами к её гладкой коже и передать ей частичку флюидов своей мужественности.

— А вот Наташа её не знает. Потому и мечтает о том месте, в котором её нет. Что замерла? Всё. Свободна. Можешь вернуться к балетному «станку» и оттачивать свои «па», — скомандовала хозяйка горничной, «зависшей» над галантным клиентом, разглядевшем в ней недюжинный талант.

Девушка вздрогнула от громкой команды недовольной начальницы, вручила хозяйке стакан с водой и, присев в привычном реверансе, поспешила за дверь.

Отец Владимира проводил горничную «масленым» взглядом, и как только та покинула зал, тяжело вздохнул.

— Кстати, она тоже не оказывает интимных услуг, — поперхнувшись, сообщила мужчине хозяйка, отпив из стакана немного воды. — Рекомендую вам немного остудить свой пыл и попробовать вон тот жёлтый коктейль, — указала на оставленные горничной напитки женщина, обеспокоенная половой активностью старшего клиента. — Этот коктейль содержит в себе безвредные успокоительные вещества, расслабляет и охлаждает рассудок. А в сочетании с лёгкой музыкой Бетховена он способен из самого любвеобильного «Казановы» сделать необыкновенно ленивого импотента-философа, рассуждающего о смысле жизни. А вот молодому человеку я, наоборот, посоветовала бы «намахнуть» для храбрости красный энергетический напиток. Он устраняет стеснительность, насыщает организм кислородом, усиливает желание и воображение. Ну, что, выпьем по сто граммов и «поехали» каждый в своём направлении? — предложила хозяйка и призывно подняла вверх бокал с водой.

— Давай, сынок. Не обращай на меня внимания и слушай, что тебе говорит тётя. А я пока послушаю дядю Бетховена и попью эту жёлтую жижу, — поддержал хозяйку отец Владимира и, вручив сыну бокал с красным напитком, легонько чокнулся с ним своим жёлтым.

Опустошив фужер до дна вперёд сына, отец Владимира надел на голову наушники, врубил плеер, облокотился на спинку дивана и прикрыл глаза. Знакомая мелодия глухо зажужжала, как муха, придавленная наушником к голове отца, давая понять стеснительному сыну о том, что родитель глух и можно смело начинать откровенно обсуждать самых красивых и желанных девушек Путинбурга с их «телесной хозяйкой». Красный коктейль Владимира тоже не подкачал, быстро «развязал» выпившему неразговорчивый язык, и из юного тела на волю стали вырываться самые сокровенные желания, сдерживаемые половым воспитанием. Представив, что в его руке торчит волшебная палочка, Владимир начал с азартом «размахивать» ею и все эти желания перечислять:

— Хочу, чтобы две загорелые, смуглые, мокрые, грудастые бразильянки в оранжевых купальниках, работающие на пляже спасателями, вытащили меня из воды на берег полуживого и начали оказывать мне первую помощь. Чтобы одна делала