Екатерина Цыганок - Резонанс Душ

Того хорренда откинуло сразу же, да с такой силой, что на месте, где у него должно быть сердце возникла дыра. Все сородичи остановились, увидев его в таком состоянии, даже звуки стрельбы стихли. Из пролома в ограде вышел, отряхиваясь, Инструктор. Он подошел к мертвому безымянному, лежащему рядом, проверил пульс. Удостоверившись, что мужчина действительно мертв, его лицо на мгновение исказила боль.

— Шестеро. — Сказав это, он подскочил к ближайшему с молниеносной скоростью. Тот даже не заметил, а лишь почувствовал мертвую хватку на своей шее, а затем хруст. Следующих двух он избивал до полусмерти, ломая каждую кость, нанося сокрушительные удары: и перед смертью одному он вырвал горло, другому — нижнюю челюсть. Остальные отошли уже от шока и один кинулся на него, ревя во всю глотку. Злость, которая застелила этому хорренду глаза, помогла ему нанести пару ударов Инструктору и схватить его за шею. Он поднес Инструктора к лицу и стал тяжело дышать, сдавливая свою ношу. Ни один мускул не дрогнул на лице мужчины, в следующее мгновение хорренд закатил глаза и лежал в луже собственной крови, а Инструктор держал в руках его сердце. Предпоследнему он в недолгой схватке раздавил ногой череп.

Подходя к последнему хорренду, его глаза уже полностью стали черными, покрывая даже белок. Этот даже и не собирался драться, он рухнул перед Инструктором на колени и сказал:

— Сохрани мне жизнь, и я все тебе поведаю. — Единственный, кто смотрел прямо в глаза и не боялся.

— Что ты можешь мне полезного сказать? — Леденящим душу голосом проговорил он. Хорренд задрожал, но не стал дрыгаться в конвульсиях, как Жако Аран.

— Мы не собирались нападать, вы нас вынудили. Стали слепить нас своими прожекторами, а потом еще появились эти, — он указал головой на мертвого безымянного, — Мы лишь хотели пройти границу.

Инструктор стоял, обдумывая каждое его слово: хоррендов действительно было мало для нападения. Тем более, до этого ни один из них не осмеливался нападать на пограничную зону. Да и в темноте, когда он выслушивал речи того сопляка, он не чувствовал угрозы, лишь понял, что они рядом.

— Как вы прошли республиканскую зону? — И уже видел, как сюда направляется командир Льюис с сопровождением.

— У них сегодня какой-то праздник, и территорию они охраняют не так серьезно, как вы, и мы надеялись, что этот праздник и у вас. Но ошиблись. Надо было переговорить с вами, а не лезть на рожон, а Мо начал рычать, никого не послушав, и кинулся вперед, и все побежали.

— Что вы забыли в Федерации?

— Ничего! Слышишь, мы ничего не забывали! Мы бежим из Республики, потому что хорренды пропадают, темный! Нас не убивают, не пытают, мы исчезаем бесследно, а кто тому виной? Я запомнил это имя, темный, запомнил навсегда. А теперь его будешь знать и ты, потому что этот демон придет и сюда. Деррек Маккуин. Те хорренды, которые ушли убивать его, так и не вернулись, что он с ними делает — никто не знает, но точно не убивает. — Он перестал кричать, но продолжал проговаривать это имя себе под нос и иногда стучать себя по голове. Инструктор смотрел на него, потом повернулся к подбежавшему к нему командиру и проговорил:

— Его надо пропустить.

Командир не стал с ним спорить. После увиденного, ему еще долго не хотелось ни с кем спорить. Особенно с этим парнем. Единственное желание его было: поскорее бы он уехал отсюда.

Дождь. Никогда не видела такого явления. Что он из себя представляет? Как это, когда вода падает сверху? И почему именно каплями, а не огромными ручьями или струями. Хотела бы почувствовать, как капли падают и соприкасаются с твоей кожей, как они скатываются ниже, пока окончательно не упадут на землю. Но этому не бывать, потому что огромный купол над городом ограждает от этого и приходится смотреть, как они стукаются о прозрачную ограду, не долетая сюда. Сидеть в парке и наблюдать за людьми, было довольно занимательно, да и думать здесь никто не мешал. После нескольких таких дней, я поняла, что на задания я пока не отправлюсь. В чем была причина — неизвестно, даже предположить не могла. Да и тренировки с Изи как-то резко прекратились. Мне сообщили, что его срочно отправили на одно задание, с которого он еще не вернулся, и я ждала его возвращения.

Доктора и Сару я видела только когда вернулась с задания, Гордон убедился лишь, что со мной все в порядке, и они быстро исчезли из поля видимости. Мне казалось, что кто-то хочет ограничить мое общение с теми людьми, с которыми я, по крайней мере, пару раз, но контактировала. И ощущение того, что кто-то следит не проходило, а возрастало с каждым днем. И следит профессионально, столько времени прошло, а я так и не выяснила кто это.

Вдруг, я заметила, что люди стали медленно подходить к главной дороге, бросая все свои дела и разговоры. Я последовала за молодой девушкой с ребенком на руках, пока не увидела, в чем причина такого столпотворения. В главные ворота въезжал огромный кортеж из нескольких боевых танков; БТР и многих обычных бронированных джипов. На одной из машин были повешены флаги и знамя нашей Федерации. Все стало на свои места: приехали люди из Верховного командования, а, может, и Президент. И не отправляли меня на задания лишь потому, что я должна буду в скором времени перед ними предстать. В подтверждении моим мыслям, стоящий рядом солдат схватил меня за руку и быстро отдал мне какую-то записку, на которой было написано кривым почерком: «Немедленно беги в лабораторию!!!». Я могла бы и догадаться, что они все знали еще со вчерашнего вечера или сегодняшнего утра, что приедет правительство, но из-за кучи работы, да и ограниченного со мной общения, это получилось сделать только сейчас. И я не раздумывая, побежала туда, используя силу.

Остановилась я прямо перед входом в лабораторию, поколебавшись секунду, но потом сразу вошла. Доктор бегал как ужаленный по лаборатории, собирая какие-то бумаги. Он много кричал, и я приметила, что руки его немного тряслись. Волнение на лицо, причем ярко выраженное. Как ни странно, но Сару я нигде не видела, хотя я думаю, она зря время не теряет и выполняет какие-либо другие поручения.

Увидев меня, создатель махнул рукой, и я подошла к нему.

— Привет, Кири. Извини, что не наедине — видишь какая суматоха: кипы бумаг, а ничего не можем найти. — Вяло отшучивался он, еще больше выходя из себя.

— Вы здорово волнуетесь, доктор. Не бойтесь, я знаю причину: только что видела правительственный кортеж. И все сразу сошлось. Меня сегодня представят Совету?

— Да, — выдохнул он, — через несколько часов. И я хочу просто предупредить тебя вести себя с ними уважительно, и не язви. А то генерал Йозеф, я слышал, не очень хорошего о тебе мнения.