Выбор для Пепла - Дарья Вознесенская

- У тебя в голове помутнело наверное, несешь что-то невнятное, - буркнул и отвернулся. Да что там - прям всем собой показал, насколько его мои расспросы раздражают. И не только… Что там было еще в его словах, интонациях, жестах? Он будто не просто не собирался отвечать, потому как я не имела права спрашивать, он старательно уходил от ответа.

Какая-то мысль мелькнула по поводу моей проницательности и пропала. А я вздохнула. И сказала медленно, старательно контролируя каждое слово, потому что мне важно было понять что происходит. Вот хотя бы конкретно сейчас.

- Дар Квинт… Я знаю, что не имею права требовать объяснений, но я прошу… Кто-то пытался меня убить, столкнув в этот странный ход, а потом… это море. Явно за пределами замка, может даже далеко - я не знаю ведь! И вы в самый последний момент… Как это вообще возможно?! - в голосе невольно прорвалось отчаяние и усталость, - Вы меня вытащили, но даже ничего не собираетесь говорить… Но вот так просто лежать, в незнакомом месте, голой… поймите, мне…

- Страшно? - он встал и, шаркая, пошел ко мне. Навис надо мной и над той кучей тряпья, на которой я лежала, склонил обычным своим движение голову и медленно принялся ощупывать меня взглядом. Сначала лицо, затем очертания тела, да так, будто ничем оно и не было прикрыто, и снова вернулся к моим глазам, чуть задержавшись на губах…

- Как тебя зовут? - спросил совершенно странное.

- Ни…ка.

- Ни-ка… и правда голая, едва не погибшая… - почему, ну почему в его словах столько… горечи? Он расстроен, что я выжила? - Всегда спрашиваешь, забываешь о разнице в нашем положении. Странная Ни-ка. Я скажу, отвечу... я просто должен знать все, что происходит в подопечном замке. А значит могу оказаться где угодно - и спасти кого хочу. А вот ты… как раз должна объясниться. Как так получилось, что ты притворялась мальчишкой?

- Так безопаснее! - я отвела взгляд.

- А я не понял?

- Вы не присматривались… - проговорила быстро.

- И ты обманула меня и семейство Канилоссов, а?

- Я обманула шапито, а не «золотое» семейство или вас. И когда вы меня выкупали, то не интересовались даже… кто я на самом деле. Чего хочу и чем живу…

- Ну конечно... зачем мне это...

Его голос угас. И запоздало я поняла, что давно нет в нем прежней жесткости, нет давления - и допрашивал он по привычке, а не необходимости. Что его лицо осунулось, крылья носа побелели, а на виске и лбу - глубокие царапины, больше похожие на раны.

Что рука висит плетью, а он сам - едва держится на ногах.

Дар Квинт покачнулся, сделал шаг назад и сполз по стене, прикрывая глаза.

Я наверное несколько секунд смотрела на эту почти невозможную картинку, а потом со стоном села, намотала на себя крест-накрест первую попавшуюся тряпку - ну не с грудью же на амбразуру - и сначала на четвереньках, а потом и распрямившись, осторожно подошла к нему.

И мне не надо было быть доктором, чтобы понять, что ему плохо. Дар Квинт тяжело дышал, а веки его дрожали. Он сидел неловко, как потрепанная кукла с вывернутыми шарнирами и вряд ли был способен хоть на что-то сейчас… Не только действие, но и разговор.

Наверное, пока он спасал меня, то сам… вот это всё. И вряд ли его состояние объясняется ранами. Ушибы? Переломы? Рука, похоже, и правда сломана.  Вопрос только, насколько серьезно… И насколько серьезно то, что у Квинта жар.

И где, в конце-концов, мы находимся, что к нам до сих пор не добралась армия его помощников?!

Поняв, что стоит первым делом звать на помощь, потому что я не врач и не понимаю, что делать в этой ситуации, я по стеночке двинулась к окну, надеясь, что это даст хоть какие ответы… и надежду.

И в изумлении замерла, глядя с высоты на бушующее, невозможно прекрасное и дикое море далеко-далеко внизу… во все стороны… везде.

Уже с гораздо большим рвением перешла к окну противоположному и снова увидела море… но оно хотя бы упиралось в некий берег. Скалы и  горы... К которым не подобраться.

Башня в море? Но как?

- Это старый маяк, Ни-ка, - шепот сзади заставил обернуться.

- Но как мы сюда…

- По гряде, куда и вел подземный ход.

- Там нет никакой гряды!

- Прилив… - каждое слово давалось ему с трудом. - И ход затоплен. Так бы я давно… Но мы здесь… долго…

Я снова подошла к нему, не веря, что все это слышу. Прилив? Но ведь море может остаться на этом уровне и много дней! И как тогда…

- Мы что… заперты здесь?! - прохрипела.

- Ну да… Наедине… - глухой смешок - Так что можешь пользоваться… Ни-ка.

И с глухим стуком он повалился на пол.

25

Меня разбудил долгий стон и неразборчивый горячечный шепот.

Я быстро поднялась со своего импровизированного «гнезда» - огромного мотка каната  - и подошла к дару Квинту, мечущемуся на лежанке, сооруженной двое суток назад, но для меня.

Так и есть. Опять горит. Не слабее, чем огонь в середине круглой площадки, которую я кое-как прибрала - терпеть не могла бардака и безнадежности.

Я стащила насквозь пропотевшую тряпку, которой его укрывала - когда-то это были то ли шторы, то ли покрывало - и осторожно вытянула руку с самодельной шиной вдоль тела. Видимо в беспамятстве подмял под себя  и начал стонать от боли.

А потом отжала чистую тряпицу в прохладной воде и начала рутинную процедуру, которую я проводила чуть ли не в сотый раз:  обтирать пышущую жаром кожу, как всегда надеясь, что хоть как-то облегчаю его страдания… Ну а что было делать, если это единственное, что мне оказалось доступно?

И кажется, за эти разы я изучила его тело досконально. Натягивающиеся в болезненном напряжении мышцы, щетину на подбородке, сухие губы и на удивление длинные ресницы. Каждый шрам, каждый витиеватый ожог, больше похожий на татуировки - могла только догадываться, как он их получил. Клейма? Пытки? Обряд какой-нибудь?

Первый раз это было как откровение, несмотря на то, что я более чем опытна.

Но здесь… совсем другое. Не тот случай, когда ты рядом с кем-то ради секса. Нет. Это обнажение по необходимости. Власть, облеченная в беспомощное тело. Сила, ставшая зависимой от моих действий.