Огненная бунтарка Крака - Сюзан Смит

— «Мультиработы», — в смятении прошипела Анастейша. — Это одна из дочерних компаний Тиллмана.

— Анастейша, как ты думаешь, Тиллман мог бы стать лидером Нового порядка? — прямо спросил Кордон.

— Если бы это был он, я бы уже устранил его, — заговорил Роррак из-за спины Анастейшы. — Это не он, но работает на лидера.

— Ты уверен? Разве не все указывает на него? — настаивал Кордон.

— Он безжалостный ублюдок, но он исполнитель, — сказала Анастейша. — Он был у меня в плену в прошлом году и находился на Салласе, когда произошло нападение на одного из членов совета. Это сделал сам лидер.

— На какого из членов совета? Как они могут быть уверены, что это был лидер? — спросил Бран.

— На мою младшую сестру Морган, — тихо ответила Анастейша. — Она оказалась не в том месте и не в то время.

— Разве она не смогла опознать его? — потребовал Кордон.

— Нет, — ответил Крак, когда Анастейша отвернулась, чтобы скрыть свое горе. — Морган была едва жива. Прошептала, что этолидер напал на нее, а затем потеряла сознание.

— Что она сказала, когда очнулась? — нетерпеливо спросил Кордон.

— Морган пролежала в коме больше месяца. Когда наконец очнулась, то ничего не помнила о нападении, — ответила Анастейша. — Она пыталась, но ничего не помнит.

Кордон откинулся на спинку кресла с рыком разочарования.

— Значит, мы ни на шаг не приблизились к разгадке того, что происходит.

— Что с Грейси? Были ли еще нападения? — обеспокоенно спросил Роррак. — Если они хотят получить от нее информацию об аллутанцах, то попытаются снова.

— Два дня назад штурмовая группа пыталась проникнуть на территорию комплекса, — признался Кордон. — Мы знали об их прибытии и были готовы. С тех пор я с Грейси, Адамом и Виолеттой переехали в более защищенное место. Крак, нам нужно знать, зачем им нужна информация об аллутанцах. Есть что-то, чего нам не хватает. Это касается не только Совета Земли. Я подниму этот вопрос с членами Совета конфедерации.

— Я достану информацию, — пообещал Крак.

— Роррак, ты и Анастейша убедитесь, что вам известен каждый шаг Тиллмана. Бран, проследи, чтобы каждый клочок материнского корабля аллутанцев был учтен. Я поработаю с Грейси, может, она вспомнит что-нибудь, что поможет. Я хочу получить отчет, как только вы что-нибудь обнаружите.

Крак слушал, пока Кордон перечислял еще несколько пунктов, но они имели мало отношения к нему. Его мысли снова вернулись к храброй и красивой человеческой женщине, лежащей в медицинском блоке. Он разрывался между своим долгом защищать Совет Земли и необходимостью обезопасить Скитер от дополнительного вреда.

Был только один, которому он доверял, чтобы защитить ее так, как это сделал бы сам. Один во вселенной, который так же смертоносен, как и он. Пришло время представиться прославленному отцу Скитер — Бульдогу Ти'Смерти.

Глава 21

На следующее утро Скитер ждала Крака, сидя в кресле в медицинском блоке. Физически она чувствовала себя намного лучше, но эмоционально все еще была разбита. Тулас сказала, что ей разрешили вернуться на «Лулу Белль», но каждый раз, когда думала о грузовом судне, то вспоминала Фрога, и ее глаза наполнялись слезами.

Бедняжка Тулас просидела с ней почти час, успокаивая ее, говоря, что плакать о ком-то, кто ей небезразличен, естественно и полезно для здоровья. Скитер внимательно слушала то, что говорила целительница. После смерти родителей это был первый случай, когда умер кто-то, о ком она по-настоящему заботилась с тех пор, как выросла. Тот факт, что Фрог погиб, защищая ее и Виолетту, только усилил боль в десять раз. Тулас объяснила, что, возможно, она испытывает нечто, называемое «виной выжившего».

— Это совершенно естественно, но должны понимать, что ваш друг не хотел бы, чтобы вы вспоминали его с грустью. Вспомните хорошие времена с ним. Это поможет вам исцелиться, — мягко сказала Тулас.

— Неужели ты не можешь сделать так, чтобы ее грусть ушла? — потребовал Крак, вернувшись с совещания. — У тебя есть лекарство. Оно снимает боль.

— Лекарства — это всего лишь пластырь, — раздраженно ответила Тулас. — То, что чувствует Скитер, со временем пройдет. В конце концов, она сможет вспомнить о друге без слез, но с улыбкой. Скитер, ты можешь вспомнить что-то особенное о своём друге?

— Ну, однажды я убегала от пиратского корабля, — сказала Скитер с легкой, дрожащей улыбкой. — Фрог так сильно прыгал вверх-вниз, когда сработала сигнализация, что я подумала, что он ударится головой о потолок. — Она рассмеялась сквозь слезы. — Он мог прыгать очень, очень высоко, когда злился.

Тулас рассмеялась и кивнула головой.

— Это то, о чем я говорю. Вспомни о хороших временах.

Крак хмуро посмотрел на Тулас.

— Едва ли быть захваченным пиратами — это повод для смеха, — парировал он, думая о том, что могло бы случиться со Скитер, если бы пираты взяли на абордаж грузовое судно.

Тулас скрестила руки на груди и возмущенно посмотрела на Крака.

— Дело не в этом, — ответила она, покачав головой

— Он… он… всегда пытался заставить меня уделять больше внимания управлению, — прошептала Скитер, и ее глаза снова наполнились слезами. — Я… должна была… к нему прислашаться.

Крак обнял Скитер, когда та снова начала всхлипывать. И обвиняюще посмотрел на Тулас, предупреждающе сузил глаза. Он был потрясен, когда целительница только покачала головой и встала.

— Куда ты идешь? — потребовал Крак, когда Тулас прошла через комнату к своему кабинету. — Она все еще плачет.

— Да, плачет и будут продолжать «плакать». Для большинства видов естественно плакать, когда они грустят или расстроены. Люди особенно восприимчивы к этому, — ответила Тулас.

— Но как я могу заставить ее остановиться? — в отчаянии спросил Крак, когда понял, что целительница действительно собирается уходить.

— Дай ей повод подумать о чем-то другом, — предложила Тулас, приподняв бровь. — О чем-нибудь… более приятном.

— Например, что? — крикнул он в отчаянии.

Смех Тулас отозвался эхом, когда она вышла из комнаты.

— Используй свое воображение! — предложила она, закрывая за собой дверь кабинета.

Крак замер, гадая, что, черт возьми, это должно означать. Что значит используй воображение? У него нет воображения. Он мыслил логически. Рассчитывал наилучшее возможное решение ситуации и проводил очень решительную атаку. У Скитер было богатое воображение. Она видела жизнь в цвете, в то время как он видел ее черно-белой. Её окружали мерцающие огни и розовое грузовое судно. Он был… тенью.

— У меня нет воображения, — прошептал он, крепко обнимая любимую.

Скитер покачала головой и шмыгнула носом.

— У каждого есть воображение, — прошептала она, прижимаясь щекой к его широкой груди и чувствуя себя в безопасности и тепле. — Ты просто еще не раскрыл свое.

— У тебя все еще