Пара дракона - Миранда Мартин

— О чем ты говоришь? Он хороший! Он спас меня, он защитил меня! Это дерьмо. — Слезы текут, когда я пытаюсь отрицать то, что он говорит.

— Джоли, — говорит Калиста, ее голос прерывается от непролитых слез, которые блестят в уголках ее глаз. — Я знаю, я не все понимаю, но он называет это биджасс, это регрессия, от которой страдают змаи. Почему-то это делает их агрессивными. Вот почему они не живут вместе. Они не могут, они не могут сопротивляться этому.

— Нет, этого не может быть. Должен же быть какой-то способ. Я этого не допущу, он мой. Это несправедливо, — кричу я, поворачиваясь к Розалинде.

— Исправь это! — кричу я ей. Калиста подходит ко мне, но я отступаю. — Нет, Лэйдон — твой мужчина. Ты держишь его под контролем. Кто-нибудь, исправьте это. Это нельзя просто так отсавлять!

Калиста поднимает руки между нами, и теперь слезы текут по ее лицу.

— Джоли…

— Не вздумай говорить мне нет! Я всегда поддерживала тебя, а теперь ты нужена мне! Ты должна это исправить. Должен же быть какой-то способ.

— Нам нужно время, чтобы понять и разобраться, — говорит Калиста.

— Нет, нет времени. Мы можем это исправить. Черт возьми, мы самые умные, самые умные люди на планете. Мы можем найти ответ. Мы можем это исправить.

— Уберите отсюда этого монстра, — говорит кто-то, стоящий рядом с Гершомом, но сквозь слезы я не вижу, кто это.

— Отвали! — кричу я. — Он не монстр.

Гершом встает рядом с Розалиндой.

— Леди генерал, — говорит он приторным и сдержанным голосом.

— Что, Гершом? — спрашивает она.

— Я бы предложил изгнать новоприбывшего. Мы не можем допустить такого рода насилия. Пришелец признает, что они не могут контролировать свою агрессию. У нас есть тот, кого мы знаем, — он показывает на Лэйдона. — Этот должен уйти, ради безопасности наших людей.

Розалинда прищуривает глаза и не смотрит на него. Ее губы плотно сжаты, и видно, что она обдумывает это.

— Нет, — говорю я срывающимся голосом. — Нет, ты не можешь его прогнать.

— Пока мы не поймем что к чему, — говорит Розалинда. — Это к лучшему. Пока что ему следует покинуть город.

— Нет! — кричу я, поворачиваясь и держась за Сверре.

Его бирюзовые глаза смотрят на меня с грустью, и он протягивает руку, чтобы вытереть слезу с моей щеки. Калиста говорит, и он, возможно, ее слушает, но его внимание приковано ко мне. Он наклоняется и целует меня, его сильные руки обнимают меня за талию. Потом он отпускает меня. Он что-то говорит, затем на меня ложатся руки, оттягивая меня от него. Я борюсь с ними, борюсь изо всех сил. Выкрикивая его имя, царапая людей, удерживающих меня.

Сверре разговаривает с Калистой, затем встречается со мной взглядом. Он качает головой, и я перестаю сопротивляться. Как только я это делаю, он кивает, затем поворачивается и направляется к выходу из города. Когда я смотрю, как он уходит, мое сердце разбивается вдребезги, когда все, чего я когда-либо хотела, разваливается на куски. Я заливаюсь слезами, и Калиста заключает меня в объятия. Рыдания сотрясают мое тело, когда я цепляюсь за нее.

— Все в порядке, я все исправлю, — шепчет она, проводя руками по моим волосам. — Каким-то образом, но исправлю.

Ее слова для меня ничего не значат. Я никогда раньше не чувствовала себя такой опустошенной.

Глава 14

СВЕРРЕ

Мне следовало бы знать лучше. Лэйдон слишком далеко зашел в биджассе. Я не мог заставить его прислушаться к голосу разума, как ни старался. Когда он пустил кровь, я тоже потерял контроль. Черт побери! Выражение лица Джоли, когда я уходил, запечатлелось в моей памяти. Я не думаю, что мне когда-либо приходилось делать более сложный выбор, но та, которая называет себя ее подругой, Калиста, сказала, что так будет лучше.

Мы не одолеем биджасс грубой силой. Я должен быть умнее этого. Я должен был заявить о своем присутствии, прежде чем войти на территорию Лэйдона. Встретиться с ним где-то на нейтральной территории. Если бы меня не отвлек заузл, я бы подумал об этом, но мною двигали смутно припоминаемые страхи и потребность в помощи, чтобы спасти Джоли. Теперь я опять все испортил.

Сидя на дюне и глядя на раскинувшийся внизу город, я жую кусок вяленого мяса биво и размышляю, что теперь делать. Я не оставлю Джоли, по крайней мере, надолго. Когда я рассказал Калисте, через что прошла Джоли, она пообещала, что они смогут ей помочь. Я сказал Калисте, что Джоли нужен эпис, и она поняла. Почему она знает мой язык, а Джоли — нет? Это несправедливо. Я хочу поговорить с Джоли и понять каждое ее слово. Я хочу знать ее мысли, ее чувства, я хочу слышать ее музыкальный голос и видеть, как он формирует картины в моем сознании.

Черт возьми. Сколько времени пройдет, прежде чем заузлы найдут город? Люди Джоли не готовы к нападению. Ни одна из городских защитных систем не активирована, и у людей там, похоже, не было никакого оружия, о котором можно было бы говорить. В одиночку Лэйдон не сможет противостоять нападению заузлов. Мы должны перебороть биджасс. Это важнее, чем когда-либо, когда здесь появились работорговцы. Сначала я хотел сделать это ради Джоли, но теперь это вопрос выживания обеих наших рас.

Солнце садится за город, освещая его последними лучами. Здания загораются, очерченные огненно-красным контуром. Это прекрасно, но пробуждает старые, нежелательные воспоминания о боли, поэтому я загоняю их обратно в туман. Она скоро придет. Она обещала. Если она действительно подруга Джоли, то обязательно появится. Если нет, то я снова вторгнусь на его территорию, но на этот раз я приду не с миром. Джоли моя, и я не позволю им надолго разлучать меня с ней, чего бы мне это ни стоило.

Тени ползут по полосатым песчаным дюнам, прогоняя последние лучи света. Я отправляюсь на поиски чего-нибудь, чтобы разжечь огонь. Когда тьма отвоевывает землю, я нахожу достаточно для своих целей. Я дышу на маленькую кучку мусора, выпуская огонь из желез в задней