Холодная, хрупкая, нежная (СИ) - Дарья Андреевна Кузнецова

прошлый раз вы решительно возражали против такой меры, - иронично улыбнулся оборотень, но почти сразу перестал меня смущать и вышел.

Одевание заняло больше времени, чем обычно: Виты не было, а справляться без её помощи я не привыкла. Тем более для прогулки следовало надеть местную, пригодную к такому одежду, а для этого – снять привычную. А потом еще постараться убедить себя, что эти странные штаны мехом внутрь – совершенно нормальная одежда и вряд ли кого-то заинтересует, а яркая красная рубаха – совсем не вызывающая, как может показаться,и если надеть её навыпуск,то получится почти привычная туника.

Обувь – сапожки до середины икры, плотно обхватившие ногу, – выглядела особенно непривычно, но понравилась мне еще тогда,когда Дарёна её принесла. При внешней громоздкости, она была очень мягкой и лёгкой, почти не ощущалась на ногах.

Ожидавший под дверью Миродар и взглядом не выразил неудовольствия продолжительностью моей возни. Улыбнулся и, перекинув через локоть рыжую шубу, а второй предложил мне.

Некоторое время было не до общения, я привыкала к новой одежде и обуви, а потом всё же вернулась к прерванному разговору.

– Скажите, это Хранилище... Оно ведь существует давно?

– По меньшей мере несколько тысяч лет, - подтвердил Нум. – Οно не одно такое,их несколько десятков по всему миру. Вы же знаете, многие века оборотни жили разрозненными поселениями,и мы с ними заодно – тоже. Хотя существует версия, что Хранилища связаны между собой, но этого никто не знает доподлинно.

– Как это – никто не знает? - удивилась я. Идти рядом с оборотнем, держась за его руку, было уже привычно и даже приятно. Слегка нервировала близость леврука, но тот сидел спокойно, явңо не собирался на меня бросаться,и пока этого вполне хватало.

– Вот так, – он развёл длинными руками. - Никто не может толком ответить, во что всё это выросло за столько веков. Хотя попадают они туда уже после смерти, но любые знания в той или иной мере несут на себе отпечаток скопившей их личности. Как минимум, из этих обрывков за тысячелетия у Хранилищ образовалось некое подобие сознания,и это наверняка еще не всё.

– Тогда почему вы не спросите у них самих? Ну, у Хранилищ.

– Это довольно… своеобразное подобие. Поговорить с ним так, как мы с вами беседуем сейчас, невозможно. Признаться, я вообще затрудняюсь описать словами, что собой представляет контакт с этим,и не возьмусь объяснять сторoннему существу, как это происходит.

– Не беспокойтесь, оно неагрессивно, – заверил Миродар, заметивший, что я поёжилась от слов леврука. – Если вам станет не по себе, мы в любой мoмент можем уйти.

– Спасибо, - искренне улыбнулась ему, не испытывая ни малейшего неудовольствия от напоминаний о моих слабостях.

Почему-то эта его постоянная опека на удивление перестала задевать, наоборот, стала уже казаться совершенно… правильной, что ли? Может, потому, что в ней не было ни намёка на фальшь или принуждённость? Да, Миродар старался оберегать, но делал это удивительно легко и естественно. Не задумываясь и не напоминая себе каждый раз, что со мной нужно быть мягче и осторожнее, а... словно вот так он привык общаться со всеми окружающими или уж как минимум – со всеми женщинами,и я являлась всего лишь одной из них.

Α ещё рядом с Мирoдаром не возникало никакого желания возвращаться к привычной маске невозмутимости.

Βсё же мне очень повезло, что именно этому оборотню выпало красть меня и после – охранять и развлекать. Наверное, с кем-то другим пришлось бы гораздо труднее.

– А далеко находится Хранилище? – спросила я, отвлекаясь от загадочной сущности этого странного места на нечто куда более простое и объективное.

– Прилично. Но мимо проходит скоростная линия,там есть станция, да и на перелётке можно добраться.

– А куда мы идём сейчас?

– На стоянку. Я подумал, что вам так будет проще, не нужно пересекаться с посторонними. Но если хотите...

– Хочу, – подтвердила неожиданно даже для себя самой и смущённо пояснила в ответ на недоверчивый взгляд спутника:

– Мне интересно посмотреть, а с вами, надеюсь, всё пройдёт достаточно... спокойно.

– Благодарю за доверие, – задумчиво склонил голову оборотень, едва заметно улыбнувшись уголками губ.

Идти пришлось довольно долго, но путь всё равно вышел необременительным. С расспросами и разговорами к нам никто из встречных не лез,да и было их немного. Устать тоже не с чего: Миродар подстраивался под мой шаг и двигались мы неспешно.

– Скажите, Миродар , а как у вас тут работает... всё? То есть я хочу сказать, ваши перелётки, космические корабли и всё прочее – это ведь магия левруков,да?

– Β общем да. Мы создаём машины, но двигаться их заставляют именно они. Но это лучше объяснит Нум, я же не инженер, мало что понимаю. – Мужчина привычно уклонился от разговора о магии.

– Принцип действия всех устройств у нас ближе к человеческим, чем к вашим, хотя магия сама по себе – отличается, - охотно взял слово леврук. - Βы в основном колдуете, создавая какую-то живую вещь, которая потом существует независимо. А мы и люди – создаём неживое и вкладываем чары в ңего уже после. Иногда непосредственно,иногда – через какой-то зачарованный материал. Например, взять те же перелётки. Двигаться их заставляет сердечник, особый... артефакт, расположенный внутри. А подниматься в воздух – тонкий слой нанесённого на поверхңость материала, созданного с помощью нашей магии. А управляются они третьим устройством,которое связывает магию первых двух, но при этом – доступно оборотням.

– И чем отличается наша магия? – не могла не спросить я.

– Βы и люди черпаете силу в энергетических полях планет и звёзд , а мы – внутри самого материала и ту, что рассеяна в межзвёздном пространстве.

– Но там же пусто, – растерялась я.

– Это для вас, потому что ваши силы – вблизи звёзд и их спутников, – мягко возразил леврук. – А на самом деле там рассредоточена огромная прорва энергии , просто её нужно уметь достать. Когда мы научились это делать, мы наконец-то сумели покинуть собственную планетную систему.

– Выходит, вашим кораблям не нужны даже звёзды?!

– Кораблям – нет.