Подопытный №1030 (СИ) - Ом Виктория

  Вывести себя из здания я не позволила. Спрятавшись с отцом за колонной, я с волнением следила за происходящим у лестницы. Время лениво тянулось, нагнетая обстановку в ожидании исхода.

  Заметив, что капитан разогнулся, я вытянулась на носочках от нетерпения, вглядываясь в даль. Освободив Бруно от пояса, они осторожно положили устройство на пол, а сами направились к лестнице.

  Они спустились. Капитан выпроводил всех нас на улицу, приказав солдатам проверить здание, найти и вывести задержавшихся в нём людей. Затем отчитался майору о проделанной работе. Всех людей из здания вывели, того самого генерала задержали, из-за чего очень громко возмущалась одна женщина, которая оказалась его женой. Приглашённые на вечер превратились в зевак и с напряжением ожидали приезда сапёров, обсуждая случившееся и людей в форме, что оцепили здание во избежание жертв.

  Воспользовавшись моментом, пока военные и мой отец были заняты наведением порядка, я бросилась к Бруно и крепко обняла его. От сердца отлегло, но всё еще болело. Эта ситуация для нас подошла к концу, мы воссоединились, но что будет дальше, никто прямо не скажет, поэтому оставалось строить догадки.

  Нас с Бруно отвезли в военный городок, посчитав лишним наше присутствие в городе. Не дав толком отдохнуть, даже перекусить, Бруно забрали врачи и сотрудники научного отдела для осмотра. Я же не находила себе место и, пользуясь отсутствием отца, слонялась в коридоре возле медкабинета.

  - Салли? - окликнул меня женский голос. Я обернулась и увидела женщину-врача, которая намедни осматривала меня.

  - Да?

  - Я как раз думала о вас, - удивила она меня.

  - Что-то не так с моими анализами? - сразу  сообразила я. 

  - В целом всё хорошо, если не считать одного  момента, - прошептала она, словно боясь быть услышанной кем-нибудь посторонним. - Давайте зайдём в мой кабинет и обсудим полученные данные.

  Последняя фраза вызвала во мне страх. Несмотря на изначальное заявление врача, сложилось впечатление, что мои дела плохи, ведь именно с таких слов начинались беседы докторов с моей мамой, когда обнаружился рак и потом, когда вскрылось резкое ухудшение её здоровья.

32 Празднование воссоединения

БРУНО/ 1030

  Больше часа меня мурыжили врачи. Они вели себя осторожно и деликатно, по крайней мере, не усыпляли меня.

  До того как я услышал голос Салли, всё выглядело спутанным и неясным. И те немногие воспоминания, которые были накоплены, казались наваждением, но девушка рядом опровергала эти мысли и чувства. Вот только для общения с военными врачами нам пришлось разделиться. Весь извёлся, потеряв её из виду. Невпопад ответил на многочисленные вопросы, чтобы как можно скорее отделаться от надоедливых врачей.

  Взяв у меня кровь, мазки и анализ мочи, наконец отпустили, приставив сотрудника лаборатории, чтобы я не заблудился на новом месте. Открыв дверь на волю из душного, пропахшего химикатами помещения, я увидел Салли. Она стояла в сторонке, задумчиво глядя себе под ноги.

  - Салли? - забеспокоился я.

  - О, с тобой уже закончили, - обрадовалась она, устремив на меня грустный взгляд.

  В несколько шагов пересёк разделяющее нас расстояние.

  - Что-то не так?

  - Нет, всё в порядке, - замотала она головой,  старательно растягивая рот в улыбке.

  - Простите, - подал голос парень, приставленный ко мне, - мне велели проводить его в столовую и показать, где у нас...

  - Я сама, - бодро оборвала его Салли и, схватив  меня за руку, потащила по коридору.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

  Парень помялся на месте, но в итоге развернулся и отправился обратно в кабинет еще до того, как мы с Салли вышли на улицу.

  Мы прошли по узкой дорожке между комплексами. Салли не забывала показывать на здания, рассказывая где что находится, иногда прибавляя «но туда нам нельзя».

  Остановились мы в столовой. Салли помогла организовать стол, заставив его практическим всеми блюдами, которые в тот момент предлагались. Чуть позже к нам присоединился парень. Салли представила его своим другом, тем самым, который должен был приехать утром в сгоревший дом. Вспомнив некоторые моменты той ночи, я поинтересовался: почему этот друг оставил девушку одну в глуши с неизвестным человеком? Сразу отмёл аргумент, что этот неизвестный был я, и что мне надо было следить за своими манерами и лучше отнестись к гостеприимству. В итоге разгоревшийся спор остановила Салли:

  - Прекратили!  Что было, то было. Сейчас не лучше ли попытаться наладить контакт, раз мы с вами застреваем на этой базе на  неопределённый срок?

  Мы с очкариком притихли.

  - Если к нам не приставили охрану, это не значит, что мы вольны покидать базу, когда нам захочется, - продолжила Салли.

  - Майор сказал, что с нашей практикой уже  договорился. Мы будем числиться в отделе СМИ при их подразделении. Мне даже предложили заняться выпуском местной газеты, - сказал её друг.

  - Очень мило со стороны майора, но местная газета тут никому не нужна. В городке человек не больше трёх сотен. Здесь быстро узнают новости, запуская сарафанное радио - недовольно ответила Салли. - Я что-то уже наелась, - сморщилась она, толком ничего не съев из своей тарелки. - Я бы пошла прилегла, ты, Бруно, еще не наелся?

  Я запихал в рот оставшийся кусок мяса от первоначального стейка и встал, готовый уйти.

САЛЛИ

  Клайв всё не унимался. Последовав за нами с Бруно в выделенный домик, он шёпотом пытался воззвать к моему разуму:

  - Может, не стоит приглашать его в наш дом?

  - Прекрати, - шикнула на него, опасаясь, что эти слова не понравятся Бруно, но тот молча шёл по другую сторону от Клайва, бросая  на нас хмурый взгляд. - Не будь грубым.

  - Но там всего три спальни.

  - И что? - Я резко остановилась, пришпилив друга гневным взглядом. Клайв споткнулся, а потом замер на месте, смотря на меня, словно загнанный зверь. Ему на базе не нравилось даже больше, чем мне. Но у него всё не так удручающе было.

  - Нам с Бруно одной спальни будет предостаточно, - добавила я.

  - Но...

  - Что?

  - Не боишься разозлить отца? - понизив голос до едва слышимого шёпота, поинтересовался Клайв.

  - Нет, - отмахнулась я и возобновила шаг.

  На пороге в дом поторопила Бруно, чтобы Клайв и в спальню за нами не увязался. Закрыла дверь в комнату на замок. Она должна была временно стать моей, но, кажется, это может отмениться. Да и с Бруно пока ничего не ясно. Я отвернулась от двери и наткнулась на пристальный взгляд.

  - Всё  хорошо? - осторожно поинтересовался Бруно, коснувшись моего плеча.

  - Да, просто устала. Лучше скажи, что тебе доктора наболтали?

  - Ничего. Сплошные вопросы. Местами смущающие.

  - Это  какие? - усмехнулась я, поймав себя на мысли, что этот силач только мышечной массой от меня и отличается, а так — обычный человек. 

  Нет, всё еще очень необычный. И потянулась к нему, откровенно соскучившись по его близости, теплу и запаху. Теперь можно было немного расслабиться. В окружении военных нас точно не побеспокоят, кроме этих самых военных. Но майор, если верить услышанному, пока не разберётся в здании филармонии, на базу не вернётся, а с ним и мой отец.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

  - Ну, про нас, - замявшись, признался Бруно,  отрывая мои ладони от своей груди. Я  нахмурилась, настойчиво сопротивляясь:  

  - Что, уже нельзя тебя потрогать?

  - Можно,  но тут такое дело...

  - Да что еще?! - взвилась я, переполненная  яростью, и дёрнула руки, на этот раз в попытке вырваться из крепкого захвата.