Фатальная встреча (СИ) - Риз Лаванда

— Что париты сделают с Ли если обмен не состоится? — спрашиваю, не оборачиваясь.

— Говорят, что … отправят его в модуль.

— Что это значит? — хмурясь, смотрю на Гранта, на Эммина, Анну — лица у всех натянутые, переглядываются. Не к добру. Снова хотят что-то утаить. — Грант? — он как будто не слышит, глаза опустил, стоит, возит пальцем по столу и молчит.

Почему-то залезаю на стол, ползу по нему к Гранту, сажусь, обхватывая ладонями его лицо, поворачиваю к себе, он отрешенно смотрит на меня, параллельно замечаю, как Анна в ревнивом напряжении вытянула шею в нашу сторону.

— Прошу тебя, Грант, скажи мне! Всё равно ведь придется если мы семья.

— Вэл, мы просто боимся, как ты это воспримешь! — встревает Эммин.

— Я не с тобой сейчас разговариваю, а с Грантом!

Касаюсь губами его сомкнутых губ, хочу, чтобы он решился, потому что в его глазах действительно застыл страх.

— Ты думаешь, … модуль нам из воздуха … тела штампует, — наконец выдавливает Грант, но лучше бы он этого не говорил! — Париты и мы обеспечиваем модуль биотопливом в равных долях.

У меня темнеет в глазах. Только не это! Почему всегда худший сценарий?!

— Вы уб…биваете людей? — с ужасом отрываю руки от его лица, сразу же представляя, что ради этого тела кому-то пришлось умереть. — Не трогай меня! — пищу, шарахаясь, когда он пытается поймать меня за руку. — Не прикасайся!!!

— Валери, — испуганно шепчет Грант, бледнея, — Всё не совсем так. Некоторые попадают в модуль, потому что смертельно больны, некоторым суждено погибнуть от несчастного случая, наши ясновидящие находят их. Мы не убиваем кого попало. Модуль превращает материю в энергию, трансформирует и затем синтезирует оболочки для новорожденных шудр или паритов. Это необходимое условие для нашего выживания. … Одно из них.

— Грант, заткнись! — шипит Эммин. — Ты и так уже внушил ей устойчивое отвращение!

— Я должен ей рассказать иначе она перестанет мне доверять! Валери, посмотри на меня, — умоляет он, а я не могу. Не хочу смотреть ему в глаза! Мне хочется рвать на себе волосы и вопить. Я больше не выдержу услышать что-то ещё! Нет, я не готова! Закрываю ладонями лицо и не найдя другого выхода для эмоций — начинаю рыдать! … Причитая, вздрагивая всем телом, сидя посреди стола.

— У меня больше ничего нет, … у меня забрали всё. … Маму, …мою жизнь, … любовь, … моего лучшего друга, …а теперь оказывается, что моя семья по отцу жрёт людей! … Я не хочу … ничего этого помнить! Вы чудовища…

— О, боже! — стонет Грант. — Эммин, Анна, уйдите оба! Оставьте меня с ней! Валери, … Вэл. Мы никого не жрём. Мы используем тела потенциальных смертников, два-три человека в год, ради будущих жизней. А ещё, … некоторым из нас, время от времени, нужна энергия, и мы подпитываемся от живых людей, от их эмоций, они этого даже не замечают, так иногда испытывают лёгкое недомогание. Мы не такие уж и монстры, просто другие. Это наша природа. В этом не виноват ни я, ни Эммин, ни твой Джейк.

— Он не мой! — вскидываю на него мокрые глаза.

— Ну, наконец-то, посмотрела. Ты меня теперь ненавидишь, да? — глядит на меня со смесью разочарования и нежности. В груди у меня опять появляется тяжесть — и я снова заливаюсь слезами, потому что на самом деле — я не хочу его ненавидеть, и отца, и Эммина, потому что все они мне уже немного нравятся.

— Я не смогу вернуть тебе твою мать, и от памяти отказываться не стоит, но я могу вернуть тебе твоего друга. Я поменяюсь с ним. Ты уже сегодня сможешь увидеть Ли, — что самое поразительное, я верю, что Грант говорит совершенно искренне. Он сделает это из принципа, позволит себя обжечь снова, и страдая даст себе повод для злости, чтобы презирать паритов ещё сильнее.

Ползу к нему обратно, уже в получокнутом состоянии. Опять обнимаю ладонями его лицо. Смотрю в глаза, не знаю, что хочу там увидеть. Поверить ему хочу, хочу, чтобы он действительно оказался со мной на одной стороне, потому что я панически боюсь одиночества.

— Скажи мне правду, для чего я тебе нужна? Если не брать во внимание интимные заморочки, игру в соблазнение и битву характеров, тебе от меня что-то нужно, да? Это связано с тем, что я гибрид?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

И Грант еле заметно кивает. Затем осторожно отводит мои руки, притягивает меня к себе за талию, намереваясь прижать сильнее, но я упираюсь ему руками в грудь. Я пока не готова к тотальному сближению. Он хмурится.

— Я бы сказал больше, но не могу. Ты пока не умеешь защищаться от Хэнка. Но что бы ты там себе не напридумывала — я ни в коем случае не желаю тебе зла. Я не собираюсь запихивать тебя в модуль, расчленять в лаборатории или ставить над тобой опыты. Валери, не отстраняйся от меня, я хочу поцеловать тебя на прощание. Я верну тебе твоего чёртового китайца, и ты, наконец, прекратишь реветь!

— Какое ещё прощание, дубина? Я не хочу, чтобы тебя обменивали на Ли, неужели не понятно?! Я запрещаю, даже не смей, иначе я сама убью тебя потом! Нужно придумать что-то другое, но ты останешься со мной! Можешь считать, что ты доигрался! — у Гранта немного отвисает челюсть, а я, соскакивая со стола, беру свой телефон, и набираю номер Джейка.

После того, как мы с ним расстались, я каждый день хотела это сделать — позвонить ему и хотя бы услышать его голос. Но не делала этого из-за страха снова быть отвергнутой и остатков гордости, чтобы уж окончательно не стать мазохисткой. И вот теперь у меня возникла такая необходимость.

— Валери? — раздаётся такой до боли, до глубины души волнующий меня голос.

— Как быстро ты угадал, — у меня щиплет в носу от слёз, но я стараюсь говорить резко. — Какого чёрта ты творишь, Джейк? Зачем ты теперь лезешь в мою жизнь?

— Может, потому что хочу защитить тебя?

— Но я не просила! Если бы я позвонила и сказала: «Джейк вывези меня из города» — тогда это был бы поступок с твоей стороны, но в данном случае — это преступление! Зачем вам Ли? Ты хочешь убить моего друга? Это такая твоя любовь?

— Да, Вэл! Я уже был готов силой вывезти тебя, потому что именно тот, кто любит по-настоящему — берет на себя сложные решения. Тебе не место здесь, вся правда слишком пугающая. Я не хочу, чтобы ты стала заложницей этого города. И я не собираюсь убивать Ли, он нужен для обмена. Моя мать получит Гранта, ты Ли. Почему ты упрямишься? Сейчас ты бы была уже далеко вместе с Ли.

— Вы не получите Гранта, слышишь?! Так и передай своей мамочке! Пусть ложиться под грузовик — я его вам не отдам! — искренне и красноречиво шиплю я в трубку. — Ледмеры моя семья и я сознательно остаюсь здесь, потому что сама этого хочу! Если с Ли что-нибудь случится Джейк, я возненавижу не только тебя, но и каждую минуту памяти о тебе, каждую секунду, проведенную вместе с тобой. Опомнись, Джейк Грегор, у тебя нет права решать за меня! Ты же сам был против конфликтов, но ты же его и развязываешь, держать человека в заложниках это низко! Хотя о чём это я, вы же заталкиваете людей в модуль! Я не узнаю в тебе того парня, которого любила!

— Уже в прошедшем времени? — с грустью говорит он. — Почему ему ты веришь, а мне нет? Грант самый худший из шудр. Он проливал кровь моих братьев. Он заслуживает наказания. Его ненавидит даже собственный брат. Грант отлично играет разные роли, и для тебя он может сыграть белого, ласкового и пушистого, но ты не знаешь его!

— А ты значит знаешь? Я верю ему, Джейк, потому что мы с ним одного вида и по одну сторону баррикад, и если его ненавидит Хэнк, тогда я верю ему ещё больше. Живи делами своего клана, спаривайся со своей женой, слушай мамочку, оставь меня в покое и найди в себе последнюю каплю любви — отпусти Ли!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Когда же ты так успела ожесточиться Вэл?

— Когда? Ты издеваешься? Когда ты вышвырнул меня из дома, сказав, что я мерзкий монстр, когда, узнав о твоей свадьбе — я рыдала первый раз в своей жизни, когда вы похитили моего друга! Мало причин? Почему ты продолжаешь мучить меня, Джейк? Ты ревнуешь? Если бы я была не с Грантом, не с самым худшим из шудр — ты бы не выпроваживал меня из города так настойчиво?