Ведьма созидательного пламени 2 (СИ) - Кристалл Ангелишь

Вот только миров несчетное множество и сколько именно он уже оставил без драконов — остается только гадать. Сейчас я — его главный и самый сильный враг в этом мире. Он сделает все, чтобы меня уничтожить, а после не станет прятаться и выйдет сам. Но для этого ему нужно убедиться в моей смерти.

Я бы сказала, что сейчас идеальная возможность инициировать свою смерть, но тогда Валтер точно умрет, а твари прорвут защиту: когда есть приказ, действующий на сознание, это становится более, чем возможным. Значит, еще не время, да и моего резерва не хватит для создания своей совершенно точной копии.

Валтер был так сильно сосредоточен на поддержании защиты, что не заметил моего пробуждения. Оно и не удивительно. Твари во время моего последнего боя были рядом, а когда я получила серьезную травму, решили закончить свою миссию, в которой их собрат сильно подвел. А сейчас они уже почти добились своего: по защите пошла трещина, у вампира по лицу стекал пот, а резерв постепенно опустошается. И мне бы предпринять сейчас что-нибудь, но я уже с минуту смотрю на купол сверху и изучаю странное плетение магии с энергией бездны, которую в себе даже не ощущаю. И не нужно, ведь я

— ведьма-дракон.

— Опусти щит, — поднимаясь и не чувствуя при этом боли, попросила Валтера.

Если парень и хотел возмутиться, сил на это у него не осталось. Все-таки куполообразное защитное заклинание было достаточно мощным и энергозатратным, чтобы так долго сдерживать натиск тварей, целой ордой старавшихся его пробить. Купол начал разъезжаться, начиная с самой высокой точки опускаться вниз, а я начала превращаться в дракона, с пренебрещением смотря на ликующих тварей по ту сторону купола.

К их великому сожалению, драконья форма не зависит от моего резерва. Поэтому пламя я могу выпускать сколько пожелаю, как и подниматься в воздух и сражаться, пока не закончатся физические силы и я не буду вымотана, как тысяча адских собак при нападении на демона высшего класса, оказавшегося им не по зубам и все то время боя забавлявшегося над их тщетными попытками отодрать от него хотя бы кусок плоти. Мне такое не грозит, ведь я уже собрала нужные образцы и могу заняться их исследованием, а после и разработкой антидота.

Щит не успел полностью исчезнуть, а я аккуратно подставила переднюю лапу для вампира, позволяя тому на нее взобраться и взмыла вверх, одновременно выпуская пламя в первых неудачливо попавших к нам драконоубийц. Ликование в их глазах мне не нравилось: все как один уже считали, что мы никуда не денемся, а значит они скоро разорвут нас на части. Все, кто имел крылья, начали взлетать, присоединяясь к другим, что уже были в воздухе и поджидали нас.

Взмахнула хвостом, отбрасывая тварей от нас подальше, вслед выпустила конусообразную струю, заставляя ту закрутиться вокруг нас и подпалить как можно больше врагов. Слабые сразу же замертво падали на землю, другие сопротивлялись, били в ответ, но мое пламя, усиленное желанием убивать, оказалось сильнее.

Я не собиралась тратить время на бессмысленную битву с этими тварями, тем более что у меня в лапе был Валтер, поэтому особенно сейчас не разгуляешься. Мои раны уже практически затянулись, лишь досадно покалывают. Регенерация значительно улучшилась с прошлого раза, значит тело почти свыклось с изменениями и вскоре будет готово использовать всю силу по максимуму. Сейчас, к сожалению, не получится использовать самые мощные заклинания, на которые я способна, иначе внутренние каналы, пока полностью не перестроившиеся, могут сильно пострадать.

С такими мыслями я покидала поле боя, стрелой помчавшись в открывшуюся брешь вверху защитного плетения, чтобы архимагистры больше не удерживали защиту. Пара секунд и мы в безопасной зоне. Защита замыкается, на прощанье сверкнув полностью соединившейся формулой. Твари, что летели за нами и не оставляли надежды откусить мне хвост, врезались мордами и тут же отлетели на добрых десять метров, получив хорошую порцию электрических зарядов и еще парочки боевых заклинаний. Издав предсмертных хрип, остекленевшими глазами уставились на меня, в которых даже сейчас была неприкрытая, всепоглощающая ненависть.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Другие, что снизу продолжали биться головами и сырой магией, получили хорошую отдачу. Так их ряды значительно поредели, оставив практически самых сильных тварей, а потом земля начала дрожать в такт грохоту. Я, все еще паря в воздухе, смотрела немигающим взглядом прямо в огромные ярко-оранжевые глаза с крестообразным черным зрачком появившегося огромного монстра. Из-за огня и дыма было плохо видно его тело и голову, но это нисколько не помешало оценить его размер: огромный, сильный и проблемный.

Будущая битва против иномирца будет очень сложной. Учитывая способности его созданий, не могу представить, насколько силен сам создатель. Это напрягает не на шутку, но что хуже всего — у меня нет ничего, чтобы могло помочь найти его в кратчайшие сроки. Никогда не чувствовала себя настолько отвратительно, а главный враг только и ждет подходящего момента. После этой битвы поняла, что мой план бы не сработал. На меня бы двинулась целая армия таких тварей. Вся сила обрушилась бы именно на них, а иномирец вышел бы последним и завершил свое дело, потому что сил у меня не хватило бы даже на то, чтобы подняться на ноги.

Я спустилась на землю, осторожно положила вампира и приняла человеческий облик, с беспокойством смотря на слишком бледного мага, над которым уже тряслись архимагистры. Они проанализировали его ауру и состояние здоровью, по мрачным лицам стало понятно, что все далеко не так хорошо, как со мной. Наследник Ориндейла использовал слишком сложное заклинание и постоянно вливал в него магию вопреки правилам заклинания, умудрился допустить ошибку в плетении и сейчас подверг свою жизнь опасности.

Нас перенесли порталом во дворец, где продолжили стараться спасти его жизнь. Мне же дали очень много спиртного, чтобы восстанавливала свои силы, и отодвинули подальше, чтобы не путалась под ногами, пока от меня нет никакого толка. Поэтому мне только и оставалось на расстоянии наблюдать за аурой парня, состояние которого продолжало ухудшаться.

Ко мне подошел непонятно как оказавшийся здесь фамильяр и со скорбным урчанием положил голову а мои колени, не отрывая взгляда от мага с рваным дыханием. Внутри меня все сжималось от беспокойства, а потом я заметила, как по его телу поползли вздутые черные вены, паутиной оплетя шею и затронув лицо. Похоже, ему досталась порция яда и сейчас он умирает от яда. Архимагистры, даже будучи сильнейшими магами, ничем ему уже не помогут, а я не успею разработать противоядие.

Сложно сказать, чего мне стоило сохранять спокойное выражение лица и прямо сейчас не броситься к нему, чтобы начать тщетные попытки исцелить его магией, в которой не очень хороша. Когда училась в академии, преподаватель по целительству только из-за страха передо мной и видя все мои старания, ставила высший бал. На деле мой уровень в этом крайне низок и я ничем ему не помогу, да и вряд ли существует заклинание, которое обезвредит яд неизвестного происхождения.

Поморщилась, прикрывая лицу рукой, и постаралась вспомнить все, что читала в закрытых разделах библиотеки и запретных заклинаниях, а потом вспомнила про Бездну, о которой ничего не знаю. Во мне есть ее энергия, но совершенно нет времени ее искать, чтобы использовать сейчас…

Фамильяр, словно почувствовав, что я подумала о его родине, поднял на меня свои глаза и в них я увидела то, чего не ожидала. В них была готовность к самопожертвованию ради вампира. В голове даже раздалось едва различимое рычание: «Использую меня в качестве энергии». Я сглотнула, понимая, насколько хорошим и добрым оказалось существо, которое я заперла в том месте и никогда не посещала его. Оно, так и не познав до конца вкуса свободы и счастливой жизни, готово сейчас отдать свою жизнь ради совершенно незнакомого существа.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

От этого на душе стало так паршиво. От своего поступка, поведения и категорического отказа его посещать. Какая же я жестокая тварь, раз даже не разглядела в этом существе такой светлой души. Начала судить по силе и энергии бездны и обрекла на муки и страдания, а сейчас еще должна ради спасения вампира лишь его жизни.