О Гусейнова - Забери мечту с собой!

Я удивленно взглянула на него, а потом мне в голову пришла дикая мысль, которой я поделилась шепотом с Риолом, под настороженным взглядом Глеба. Риол подошел вместе со мной к решетке и, как будто не замечая Виктора, начал диалог со мной:

- Да, судя по всему тут дела совсем плохи. Жаль-жаль, только Айриса решила согласиться на его ухаживания, а тут вон как... Теперь не человек, не животное! Ну и ладно, за Айрисой еще двое ухаживает стерхов, вдруг какой из них приглянется. Я только что слышал, как Кинан пошел ей предложение делать, думаю, что Айриса не глупая и предложение его примет. Других лишних мужчин-то у нас нет...

Риол еще не закончил говорить, как черный волверк с размаху кинулся на решетку, потом зарычав, отскочил, и через секунду его дрожащее от напряжения и боли тело обернулось человеком. Не говоря ни слова, он как был обнаженным, рывком открыл решетку, оттолкнул Риола и с воплем: 'Я убью любого, кто тронет мою Айрису!', ринулся мимо нас на выход, чуть не снеся при этом входную дверь. Глеб облегченно улыбался, я просто смеялась вместе с Риолом, который, потирая ушибленное плечо, подошел к нам со словами:

- Да, ребята, с вами не соскучишься - это точно.

Еще сутки отдыха и в эту комнату с решеткой вошел Роман, который вышел оттуда меньше чем через сутки, чем очень сильно всех удивил. Но я была уверена, именно он справится, настолько сильно было его единение со своей сущностью. С переменным успехом прошли обращение уже все, кроме Михаила. Его я оставила напоследок, очень своеобразная была у него сущность. Болотный кот слишком независим, слишком свободен и абсолютно неуправляем. За Мишку я боялась не меньше, чем за Глеба. Такие сильные сущности как болотный кот и волверк сами выбирают себе хозяев и свое превосходство над ними нужно доказать.

Я сидела с ним уже пятые сутки, Мишка в форме кота забился в угол и уже оттуда грозно рычал и кидался на любого, кто приближался к решетке. Он сильно похудел, желтые глаза ввалились, бока свалялись, от усталости он уже ничего толком не соображал и, вывалив длинный розовый язык, только лежал на боку и тяжело дышал, иногда похрипывая. Вниз спустился Глеб и, судя по его виду, он был в бешенстве. Он подошел к решетке и, не прикасаясь к ней, громко обратился к другу уже в который раз пытаясь достучаться до его человеческого я. Было заметно, что и Глеб уже на пределе, я подошла и, прижавшись к его спине, обняла за талию и спросила тихо:

- Что тебя так расстроило и вывело из себя, любимый?

- Риол собирается ликвидировать завтра Миху. Он считает, что это милосердный шаг, по отношению к нему, что так он будет умирать долго и мучительно, а выпускать его в таком состоянии с такой не контролируемой сущностью нельзя. Слишком опасно для окружающих.

- И что ты ему ответил?

Я задала вопрос, уже зная ответ, но я видела, как он хочет выговориться и насколько ему сейчас больно.

- Не волнуйся, пока они не получат моего разрешения, никто не посмеет причинить ему вред. Пойдем, перекусим и вернемся обратно.

Я буквально силой утащила его наверх, после ужина мы оба с тоской в душе и отчаяньем в глазах спускались вниз, и уже в дверях оба застыли. Рядом с решеткой на коленях сидела Валеета и мягко звала Михаила. Его кот, прижав к голове уши, прислушивался к ее голосу и, прикрыв глаза, мелко подрагивал. Она звала, иногда всхлипывая, потом опять звала, протяжно вытягивая его имя:

- Мииишааа, Мииишааа, выходиии ко мне, ну пожалуйста. Я согласна стать твоей, Миишаааа! Только не бросай меня одну!

На последних словах я заметила, как тело кота вздрогнуло и, моргнув, частично трансформировалось. Весьма жуткое впечатление видеть верхнюю часть человеческого тела плавно переходящую в заднюю часть кота. Верхняя часть Миши подтянулась на руках ближе к решетке, а задняя все также вяло тянулась за ним. Я в ужасе зажала кулаком рот, чтобы не закричать, Глеб замер и побледнел, с напряжением наблюдая за другом, и только Валеета все звала и звала, глотая слезы и протягивая к нему руки:

- Должен полностью обратиться. Миишаа, только полностью сможешь выйти и дотронутся до меня. Сделать меня своей, навсегда! Миишааа, выходи.

Еще рывок и Мишка полностью вернул себе свое тело, но обессиленный смог только ползти, не отрываясь глядя на девушку. Дополз и, поднявшись на колени, открыл дверь и вывалился наружу к ногам любимой женщины, которая вытащила с того света и вернула разум. Он уткнулся в ее колени, а Валеета, склонившись над ним, не переставая, шептала, что любит. Я утерла слезы радости и прижалась к Глебу, ища поддержки и ласки. Он крепко сжал в объятиях, прижался к моим губам в коротком поцелуе и подошел к другу.

- Мих, поздравляю с возвращением с того света, давай-ка, я тебя отнесу в дом, помыться побриться, поесть, попить, а потом можно и жениться, правда, Валеета?

Девушка держала руку Миши и перебирала его пальцы, уже даже не пытаясь стереть или остановить слезы радости. Она просто согласно кивнула Глебу и тихо попросила:

- А можно мне с Вами, Князь? Я помогу за ним ухаживать.

Заметив, с каким тоскливым выражением Миша смотрит на Валеету, еще даже не расставшись с ней, Глеб согласно кивнул, а потом, взвалив Мишку себе на плечо и крякнув под его тяжестью, чуть повернувшись к девушке, пробурчал:

- Знаешь, Миха мне брат вроде как, так что ты меня просто по имени лучше зови. Родственниками скоро станем, так к чему церемонии разводить.

На следующий день, за большим обеденным столом собрались все десять воинов с Земли, трое из которых присутствовали здесь со своими половинками. Рядом с ними сидели Риол с женой и еще несколько стерхов выбранных общим собранием в высший совет. Разговор неторопливо крутился вокруг назначенной на завтра церемонии брачного единения. И впервые эта церемония будет проводиться одновременно тремя парами, которые изъявили желание связать свои души. Айриса с Виктором даже за столом все время переругивались и ехидно подтрунивали друг на другом, но как только Айриса нечаянно разбила стакан и легко порезала руку, как Виктор впал в панику, словно курица-наседка суетился вокруг своей женщины и, бинтуя ее руку, как будто она не порезалась, а вовсе лишилась руки, и ей грозит полная кровопотеря. И судя по лицу Айрисы, такая его суета вокруг ее персоны вполне ее устраивала. Валеета все время держалась за руку Михаила и зорко следила за тем, чтобы он больше ел и пил, все еще переживая за его здоровье после перехода. Миша же постоянно подносил ее ручку к своего лицу и либо вдыхал ее аромат, либо просто неосознанно касался ее губами. Глеб удовлетворенно наблюдал за всеми и больше слушал, чем говорил сам, при этом все время поглаживая мое бедро, доводя меня этим до сексуального исступления. Посидев еще несколько минут, я резко встала и, потянув его за руку, громко сказала остальным: