Жизнь и Месть Чёрной Королевы (СИ) - Головач

и тогда будет тот ещё конфуз, — негромко усмехнулась я, слегка понежившись своей усталой мордашкой о его чуть влажную, но разгорячённую грудь.

— Ещё какой. Столько миллионов и под землю фьють, — просвистел на последней нотке мужчина и захохотал чуть громче: — Тогда все твои подданные нас отметелят за единственное доступное жильё с комфортом алл инклюзив.

— Отметелят? Да они нас убить попытаются, — издала я весёлый и ехидный смешок.

— Ага, будут нас, как мультяшек вокруг развалин гонять, а мы с тобой, вместо криков Тома и кастрированного Гуффи визжать от каждого удара фурой или трубой по голове и заднице. И только Грелль будет бежать позади нас и принимать удары, вереща: «Не трогайте Себастьянчика-а-а-а-а!»

— Бедняжка Грелль.

Я невольно тихонько захихикала в ладонь, представив данную картину.

— Но зато нам послужит вдоволь, — Себастьян выдохнул сквозь смех так, словно выпускал сигаретный дым с губ. — Ой, только бы сейчас все опять спать не стали… Стыдно будет объяснять, что это мы, как суккуб и инкуб сошлись вместе и всех совращаем нашими стонами на секс.

— Если вспомнить, как всё обернулось в прошлый раз, то такой поворотец вполне возможен, — лёгкая хитрая улыбка коснулась моих губ.

— Я уже боюсь за жнецов. Им же будет худо после второго такого акта.

— Мне страшно представить, что могла Зира сотворить с Уиллом в этом случае.

— Нет, думаю, на этот раз Уилл с ней сотворил. От неё сейчас такая смущённая энергетика идёт, что у меня даже мурашки по коже побежали.

— У-у-у-у… Даже так.

— О, да-а-а, как будто ты сейчас не чувствуешь её женский трепет и робость.

— Чувствую, именно поэтому это немного удивительно для меня, зная Зиру.

— Я скорее удивлён, что Уилл решил сделать секс более мягким.

— Кхм… Учитывая, что он…

Но не успела я договорить, как в коридоре нашего второго этажа раздался громкий и раздражённый вопль Грелля:

— ДА ВЫ СГОВОРИЛИСЬ ВСЕ ЧТО ЛИ?! ТАК ИЗДЕВАТЬСЯ НАД МОЕЙ БЕДНОЙ ДЕВИЧЬЕЙ ФАНТАЗИЕЙ?! — не трудно было представить лицо этого жнеца, когда он так вопил. — КОТОРЫЙ РАЗ!

— Оппа… Пошло вновь желание чувствовать себя женщиной, — тихо засмеялся Себастьян, закатив глаза.

— Что с другой стороны и неудивительно, — я слегка улыбнулась.

— Ему бы половину вторую для себя найти. Иначе кричать, как истеричка будет долго.

— Найти-то надо. Вопрос только в том, как и где.

— Посмотрю кого из демонов в своём департаменте и мэрии. Может, будет какой-нибудь вариант для него.

— Ты серьёзно?

— Ну, а почему бы и нет? Сама ведь знаешь, что у Грелля к демонам особая слабость. Да и вряд ли кто-то из жнецов согласится вступить с ним в отношения.

— Ну-у-у-у-у…

— Вот только не говори мне, что ты собиралась попытаться свести его с… Гробовщиком?

В ответ на этот вопрос Михаэлиса я лишь хитро, заговорчески и в то же время вполне невинно захихикала.

— Почему бы и нет? — продолжая хихикать, я пожала плечами. — Они будут отличной парой. Изведут друг друга как следует, но зато какая страсть у них в постели будет.

— Вынужден тебя разочаровать, но Гробовщик не по части мужчин, моя дорогая, — Себастьян ухмыльнулся в ответ.

— Какая жалость, а я уже представляла, какой у них будет свадьба, — я ехидно усмехнулась и чуть зевнула.

Демон тут же рассмеялся и покачал головой, до сих пор не привыкнув к моему юмору:

— Ох, шутила бы ты так почаще.

— Не могу ничего обещать, — со смешком отозвалась я, когда мужские руки снова заключили меня в тёплые и такие родные объятья. — Я шучу так только тогда, когда у меня особенное настроение, — и словно маленькая девочка весело, но быстро показала брюнету язык.

— У тебя оно всегда особенное, милая. А теперь давай отдохнём. Дел завтра много, и я хочу в хорошем настроении устроить выходной с сыном и любимой женой.

— Всё так и будет, любимый, — я чуть приподнялась и мягко поцеловала Себастьяна в щёку, после чего вновь улеглась у него на груди, прикрывая глаза.

Постепенно наши тела стали остывать после любовных страстей, шумиха за пределами комнаты тоже поутихла. Наше поместье погрузилось в сон, полный эйфории.

А вот утром нас будил Данилка, который поднял на уши наших старших.

Кажется, у него поменялись планы, и ему захотелось на пляж.

— К чёрту этот парк! Хочу на пляж! Там же будет выступление рок-группы!

— Но твой папа хочет в парк, — пыталась угомонить мальчика Анателла, чьему ангельскому терпению можно было позавидовать.

— Ну, тётя Ани! В парк мы всегда можем поехать, а вот попасть на выступление рок-группы нет! — наш сын продолжал настаивать на своём.

— Хорошо, милый, подожди, пока родители проснутся. Они тебя тоже должны выслушать.

— Ладно-ладно… Хорошо, я подожду, тётя Ани.

— Кажется, мы нужны Анателле, — прошептала немного сонно я, первая открыв глаза.

— Мгм-м-м-м… — пробубнил сонливо Себастьян, еле открывая глаза. Да-а-а, кажется, он быстро очеловечился, заступив на пост мэра. — Я теперь понимаю людей с семьёй и детьми.

— Придётся потихоньку привыкать, дорогой мой, — я ласково улыбнулась и постаралась как можно аккуратней выбраться из его объятий, чтобы слегка потянуться и, наконец, встать с постели.

— Знаю, милая, знаю, — Михаэлис и сам лениво потянулся и всё же поднялся с кровати, попутно довольно быстро одеваясь. — О-о-о-ох, я первый пойду к Даниле, а ты приведи себя в порядок.

— Хорошо, — я согласно кивнула, а затем усмехнулась: — Лучше поторопиться, иначе даже ангельскому терпению Ани может наступить конец.

— Данила, не беги! Твои родители не оделись! — пропищала девушка за дверью.

— Уже наступает, — уже полностью одетый демон нежно подмигнул мне. — Жду в холле, любимая.

С этими словами мужчина всё же покинул комнату и поспешил на выручку к Анателле, которая, судя по всему, пыталась догнать мальчика, чтобы пока не пускать его к нам.

Мне же пришлось как можно скорее отправиться в ванную, захватив из гардероба обыкновенную белую рубашку и тёмно-синие джинсы.

Так было куда практичней и удобней, по крайней мере, на сегодняшний день.

Приняв бодрящий душ и почистив зубы, я оделась, засучив рукава рубашки по локоть, расчесала и заплела свои слегка влажные длинные чёрные волосы в удобный и аккуратный пучок, после чего отправилась наконец-то в холл.

Себастьян умело успокаивал нашего приёмного сына, говоря с ним спокойным и в меру строгим убедительным тоном:

— Хорошо, мы отправимся, куда захочешь, давай съездим на твой концерт, но потом парк развлечений. Когда он начинается?

— В два часа дня, если я правильно помню, — сказал мальчик, который постепенно успокаивался, очень медленно, но не капризничая в ответ.

— Вот видишь, мы успеем и в парк развлечений и