Валентина Герман - Возвращённые тенью

— Почему же лишает?.. — попыталась возразить Иллиандра, наконец осознав, к чему граф говорил все это.

— Потому что ты должна сделать выбор, — тихо ответил Делтон. — Ты была моим самым лучшим партнером в Тайной Гвардии, я говорю это без преувеличения. Но теперь ты с ним, Илли. И это значит, что ты больше не можешь продолжать это.

— Я не уверена, что я все еще с ним, Ронтан, — едва слышно ответила Иллиандра, и глаза ее потускнели. — Он не хочет больше видеть меня. Я боюсь, он не сможет простить.

— И именно поэтому он приказывает мне немедленно докладывать ему обо всем, во что ты попытаешься ввязаться, — с усмешкой ответил Делтон. — Илли, его гнев вполне понятен. А поскольку он как король имеет полное право запретить тебе появляться ему на глаза, он делает это, тем самым пытаясь заставить тебя прочувствовать силу этого гнева, — граф мягко улыбнулся. — Все образуется, я ни капли не сомневаюсь в этом. Но будь готова к тому, что в минуты размолвок он может еще не раз прибегнуть к этому приему.

— Не говорите так, будто он делает это с расчетом, — Иллиандра слегка сжала губы.

— Это не чистый расчет, но это и не только эмоции. Поверь мне. Он король, Илли, ты так часто забываешь об этом.

«Вы просто не видели его таким, каким видела я», — подумала Иллиандра, однако вслух сказала только:

— Возможно, Вы правы.

— Что ж, тогда, я подозреваю, твой выбор сделан.

— Вовсе нет, я…

— Илли, пойми, компромисса быть не может.

— Ронтан, я уверена, он привыкнет, — пылко возразила Иллиандра. — Ему просто нужно немного времени…

— Нет, Илли. Он не привыкнет. Невозможно привыкнуть к тому, что твоя любимая женщина намеренно сближается с убийцами, рискует своей жизнью, да хотя бы просто позволяет другому мужчине касаться себя, только ради того, чтобы ты сам был в безопасности.

Иллиандра потерянно смотрела на Делтона.

— Но я не смогу сидеть сложа руки, зная, что ему что-то угрожает… ох, Ронтан, ведь Вы знаете меня…

— Тебе придется сделать это ради него, — ответил Делтон. — Так же, как ты сломя голову бросаешься в омут ради его безопасности, постарайся больше никогда не делать этого ради его счастья.

— А если с ним что-то случится? Я буду всю оставшуюся жизнь винить себя в этом.

— А если с тобой случится что-то, как уже произошло однажды?.. — тихо возразил Делтон. — Илли, ты не видела его в ту ночь, когда он сидел подле твоего тела.

Иллиандра вздохнула и опустила глаза. Несколько мгновений она молчала, потом наконец произнесла.

— Я все же предлагаю компромисс, Ронтан. Я пообещаю отныне не давать Вам повода докладывать обо мне Его Величеству. Но взамен Вы пообещаете мне, что не станете насовсем отгораживать меня от того, что мы с Вами вот уже несколько лет делаем вместе. Я не готова вот так вдруг бросить все и посвятить свою жизнь созерцанию каминной полки в гостиной. Я все еще могу быть полезной Вам, Ронтан. Даже не бросаясь в омут, я могу порой подать ценные идеи.

Делтон улыбнулся.

— Уверена, что сможешь сдержать такое обещание, Илли?

— Разумеется.

— Тогда пообещай мне немного иначе. Ты не станешь ввязываться ни во что опасное, даже если тебе будет казаться, что я об этом не узнаю.

Иллиандра усмехнулась.

— Ох, Ронтан, Вы слишком внимательно меня слушаете. Зачем?..

— Чтобы не окончить свою жизнь четвертованным?.. — повторил Делтон когда-то произнесенную им шутку, и Иллиандра рассмеялась:

— Простите меня. В этот раз я, кажется, в самом деле едва не подвела Вас к этому.

Делтон улыбнулся в ответ.

— Так что же, Илли, по рукам?

Иллиандра вместо ответа молча протянула ему ладонь.

Они обменялись рукопожатием, и лицо Делтона приняло серьезное выражение.

— Теперь, Илли, не забудь о только что данном обещании. Я должен сказать тебе кое-что.

— Да, конечно, — она слегка нахмурилась. — Что?..

— Сегодня сын Карреса пытался убить Его Величество.

— Ох… — Иллиандра резко побледнела и сделала шаг назад. — Как он?..

— В порядке, — ответил Делтон. — Фатес Аматье сейчас находится в тюремной башне. Завтра в полдень его казнят.

— Мы должны поговорить с ним. Он может знать что-нибудь об этом призраке.

— Ты хотела сказать, я должен, да, Илли? — Делтон с усмешкой смотрел на нее.

— Ронтан, что опасного может быть в разговоре?.. — возмутилась Иллиандра.

— В разговоре с убийцей?

— Но он в тюрьме! Завтра его повесят…

— Думаю, если я пущу тебя к нему, меня повесят с ним вместе.

Иллиандра не удержалась от усмешки и печально всплеснула руками.

— Выходит, теперь я и шагу не могу ступить, чтобы не подставить Вас под удар. Замечательно Вы провернули все это, Ронтан… — Иллиандра с трудом подавила в себе нотки раздражения. — Что ж, но Вам тоже придется исполнять свою часть уговора. Вы поговорите с ним один, но после этого немедленно расскажете мне все, что Вам удастся выведать.

Делтон чуть усмехнулся в усы.

— Хорошо, Илли.

Спустя несколько часов Иллиандра обеспокоенно бродила по просторной гостиной, бесцельно переставляя вещи с места на место. По ее расчетам, Ронтан уже давно должен был вернуться; однако текли минуты, а от него по-прежнему не было ни весточки.

В коридоре послышались шаги, и Иллиандра с надеждой обернулась, но спустя мгновение осознала, что стук каблуков был женским. В гостиную заглянула Диадра.

— Илли?.. — она заметила подругу и тут же с сочувствием подошла ближе. — Ох, Илли, на тебе лица нет. Выходит, ты знаешь.

— О чем?.. — Иллиандра почувствовала, как сжимается внутри холодный клубок страха.

— О том, что сын Карреса вызвал короля на дуэль.

К удивлению Диадры, Иллиандра вдруг облегченно рассмеялась и обняла подругу за плечи.

— Ох, Ди, ты напугала меня… разумеется, я знаю. Но только дуэли не будет. Фатес пытался убить Плоидиса сегодня. Завтра его казнят на главной площади.

Диадра ошеломленно глядела на нее.

— Ох… Плоидис в порядке?…

Иллиандра вздохнула.

— Ронтан сказал, что да.

Диадра печально сощурилась и чуть склонила голову.

— Я представляю себе, что творится в твоем сердце, Илли. Ты уверена, что не можешь пойти к нему?..

Иллиандра отрешенно взглянула в окно.

— О да, Ди, я уверена. Я не посмею более показаться ему на глаза, пока он сам не позовет меня.

Диадра вдруг усмехнулась.

— Это говорит твоя гордость или твое смирение?..

Иллиандра взглянула на подругу.

— Я так ранила его, Ди. Причем здесь моя гордость?..