Алекс Финн - Чудовище

Она шла по комнатам, открывая двери и выдвигая ящики. Тщательно продуманный гардероб не возымел успеха, но в дверях библиотеки она ахнула и остановилась. Она подняла голову, оглядывая ряды книг, протянувшиеся до потолка. Я обратил внимание на её домашнюю работу и постарался купить книги, которые бы ей понравились — не только романы, но и книги по физике, религии, философии, и продублировал весь этот объём для себя, чтобы я мог прочесть все, что привлечёт её внимание. Я начал работу по созданию базы данных по всем книгам, перечисленным по названию, автору и теме — как в настоящей библиотеке, но ещё не закончил её.

Она взобралась по лесенке и выбрала книгу, потом вторую. Она прижала их к себе, как гарантию безопасности, как щит. Ну вот, по крайней мере, это уже успех. Она принесла книги обратно в спальню, положила их на ночной столик, а потом, всхлипывая, рухнула на кровать.

Мне хотелось ее успокоить, но я знал, что не смогу, не сейчас. Я надеялся, что когда-нибудь она поймет.

В полдень Магда принесла Линди ланч. Я наблюдал через зеркало. В течение нескольких дней Магда покупала еду на вынос, потому что я скучал по фаст-фуду. Но сегодня я попросил ее приготовить нечто такое, что понравилось бы девушке, например, сэндвичи без корочек и изысканный девичий суп. Края фарфоровой посуды были оформлены кантом из розовых роз. Вода была в хрустальном бокале на высокой ножке. Нож и вилка были из лучшего серебра. Еда выглядела вкусной.

Я наблюдал. Она не съела ничего и вернула поднос Магде, когда та вернулась. Читая книгу, взятую на полке, она опустилась на кровать. Я глянул на заголовок. Сонеты Шекспира.

Я боялся постучать в дверь. Когда-нибудь я должен буду сделать шаг вперёд, но я не знал, как его сделать, не пугая её. Вопить: «Пожалуйста, впусти меня, обещаю, что не съем тебя» — было бы слишком?

Возможно. Вероятно, её напугает даже звук моего голоса. Но я хотел, чтобы она знала, что если она просто выйдет из комнаты, я буду очень хорошо вести себя с ней.

В конце концов, я написал ей записку.

«Дорогая Линди,

Добро пожаловать! Не бойся. Я надеюсь, тебе будет комфортно в твоём новом доме. Чего бы ты ни захотела — только попроси. Я прослежу, чтобы ты получила это незамедлительно.

Я с нетерпением жду встречи с тобой на ужине сегодня вечером. Я хочу понравиться тебе.

С уважением, Адриан Кинг».

Я удалил последнюю фразу, распечатал текст, а затем принес письмо к её комнате и незаметно просунул его под дверь. Я ждал, боясь пошевелиться, чтобы не наделать шуму.

Через минуту записка вернулась.

Слово «НЕТ» было написано большими буквами поперек страницы.

Я долго просидел там в раздумьях. Смогу ли я писать ей письма, как какой-то романтический герой, таким способом пробуждая в ней влюблённость ко мне? Без вариантов. Я не был писателем. А как я сам смогу полюбить, если вижу её исключительно в зеркале? Мне придётся заставить ее разговаривать со мной. Я подошел к двери, тихо и неуверенно постучал. Когда она не ответила, я попытался снова, но уже громче.

— Пожалуйста, — донёсся ее ответ. — Мне ничего не нужно. Просто уходите!

— Я должен поговорить с тобой, — сказал я.

— Кто… кто это?

— Адриан… — Кайл… хозяин этого дома… зверь, обитающий здесь. — Меня зовут Адриан. Я тот… — Тот, кто держит тебя в плену. — Я хотел познакомиться с тобой.

— Я не хочу с тобой знакомиться! Я тебя ненавижу!

— Но… тебе понравились твои комнаты? Я старался сделать так, чтобы у тебя всё было красивым.

— Ты с ума сошел? Ты похитил меня! Ты похититель.

— Я не похищал тебя. Твой отец отдал мне тебя.

— Он был вынужден.

Это меня взбесило. — Да, верно. Он ворвался в мой дом. Он рассказал тебе это? Он пытался ограбить меня. Но у меня установлены камеры. И тогда, вместо того, чтобы принять своё наказание как мужчина, он привел сюда тебя, чтобы ты расплачивалась за него. Он пожелал продать тебя, чтобы спасти себя. Я не собираюсь причинять тебе боль, но он этого не знал. Я мог бы запереть тебя в клетке, и он должен был об этом подумать.

Она ничего не сказала. Мне было интересно, что за историю он ей наплёл, если мои слова были первыми правдивыми из всех.

— Кусок дерьма, — пробормотал я, собравшись уходить.

— Замолчи! Ты не имеешь права! — она сильно ударила в дверь, может быть, своим кулачком, а может, чем-то еще, например, туфелькой.

Боже, я болван. Конечно же, было не самым умным ляпнуть такое. Будто вернулся в свою прошлую жизнь. Я, что, всегда раньше говорил такие предельно бредовые глупости? Может, и так, но это сходило мне с рук. До Кендры.

— Послушай, прости. Я не это имел в виду. — Дурак, дурак, дурак!

Она ничего не ответила.

— Ты меня слышала? Я сказал, что мне жаль.

Всё равно тишина. Я постучал в дверь и позвал ее по имени. В конце концов, я ушел.

Спустя час она была всё еще в комнате, а я мерил шагами пол, думая о том, что мне надо было бы сказать.

И что из того, что я похитил ее? У нее ведь все равно ничего не было. Этот дом — лучшее, что она когда-либо видела, даже лучше, чем могла себе представить, но вот была ли она благодарна этому? Нет, конечно, нет. Не знаю, чего я ожидал, но уж точно не этого.

Я пошел к Уиллу. — Я хочу, чтобы она вышла! Ты можешь ее заставить?

— И как ты предлагаешь мне это сделать? — спросил Уилл.

— Скажи, что я этого хочу! Что она должна!

— Ты ей приказываешь? Так же, как приказал ее отцу привезти ее сюда? Вышло просто… замечательно.

Это было не то, о чем я думал, но, это именно то, чего мне хотелось.

— Да.

— И как, ты думаешь, она это воспримет?

— Как она воспримет? А как насчет меня? Я трудился всю неделю, чтобы ей было комфортно, уютно, я сделал для нее все! а она… неблагодарная девчонка!.. она даже не вышла, чтобы увидеть меня.

— Увидеть тебя? Она не хочет видеть человека, который забрал ее из дома от родного отца. Адриан, ты же держишь ее в заложниках!

— Ее отец — подонок. — Я не сказал Уиллу про зеркало, о том, как наблюдал за ней и видел, как отец бил ее. — Ей лучше без него. И я вовсе не хочу, чтобы она была заложницей. Я хочу…

— Я знаю, чего ты хочешь, но она не знает. Она не замечает розы в вазах, или то, как ты покрасил стены в комнате. Она видит лишь монстра, и это притом, что она еще не видела тебя.

Моя рука машинально дернулась к лицу, но я знал, что Уилл имел ввиду мое поведение.

— Монстра, — продолжил он, — который привез ее сюда, Бог знает для чего — убить, пока она будет спать или же держать ее, как рабыню. Она боится, Адриан.

— Хорошо, я понял. Но как же мне объяснить ей, что она здесь не как рабыня или жертва?